Лежащий на резном комоде у стены телефон вдруг зазвонил.

— Потом, — прошептала она, откинув голову и подставив свою шею его губам. — Просто сделай вид, что не слышал…

— К сожалению, но это не в моих привычках, — вздохнул Лазарев, снимая расстроенную таким поворотом событий женщину со своих колен. — Тем более что во всё этом мире есть лишь один человек, чей звонок пробьётся через беззвучный режим моего телефона.

Раздосадованный случившимся не меньше неё, Роман, тем не менее, встал с кресла и подошёл к телефону. Как он и предполагал, звонил отец.

— Надеюсь, что причина, по которой ты звонишь так поздно, действительно важная, — не смог скрыть он недовольства, когда ответил на звонок.

— Немедленно езжай в нашу клинику, — не терпящим возражений тоном приказал отец.

Одного лишь его голоса Роману хватило, чтобы любые посторонние мысли мигом испарились из головы.

— Что произошло?

— Рядом с одним из наших жилых комплексов была стрельба. Сам догадаешься, по чьей вине, или тебе подсказать?

— Рахманов?

— Его сейчас везут туда, — подтвердил Павел.

— Насколько всё плохо?

— Очень плохо. Врачи скорой не уверены, что он выживет.

— Роман. — Ольга увидела выражение его лица и встревожилась. — Что произ…

Роман жестом заставил её замолчать, а сам вернулся к разговору с отцом.

— Ты уже позвонил Распутину? Если всё так плохо…

— Если я правильно понял то, что там произошло, с этим могут быть некоторые проблемы, — недовольно произнёс его отец.

— Понял. Я скоро приеду.

Быстро повесив трубку, он кинул телефон в карман и, схватив свой пиджак, направился к выходу.

— Рома! Что случилось⁈ — растерянно спросила Ольга, пытаясь понять происходящее.

— Оль, извини, но мне нужно ехать, — коротко сказал он ей, взяв ключи от своей новой машины. — Можешь остаться тут, я предупрежу охрану.

И, не говоря больше ни слова, пошёл на выход.

— ТВОИ ЛЮДИ СОВСЕМ РЕХНУЛИСЬ⁈

— Успокойся, Григорий, — попытался усмирить взбешённого друга Уваров, но это произвело лишь обратный эффект.

— УСПОКОИТЬСЯ⁈ — рявкнул тот в телефон. — ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ УСПОКОИТЬСЯ⁈ МОЮ ВНУЧКУ ЧУТЬ НЕ ПОХИТИЛИ, А ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ УСПОКОИТЬСЯ⁈

— Сейчас она в полной безопасности…

— Была бы! — прорычал Распутин. — Она была бы в безопасности, если бы твои люди не бросили её там одну!

Уваров поморщился. А что ещё они могли сделать⁈ Дмитрий сообщил ему обо всём происходящем слишком поздно, чтобы они могли предпринять хоть какие-то действия. Да, им, похоже, удалось решить проблему, но…

Граф Василий Уваров тихо выругался.

Всё пошло не так. Совсем не так, как они предполагали. Вмешалась какая-то третья сторона… только они понятия не имели, кто именно это был.

После начавшейся стрельбы прибывшие полиция и служба безопасности Лазаревых оцепили весь район таким кордоном, что попасть внутрь него казалось просто немыслимым. Дмитрий и Сахим едва смогли унести ноги…

Точнее, ноги успел унести Дмитрий. А вот Сахим… только одну.

Василий до сих пор не мог понять, что именно там случилось. Начальник охраны сообщил, что, после того как его человек всадил пулю в грудь Рахманова, они тут же начали отступать. Вполне здравое и логичное решение, если учесть, что, по словам Дмитрия, все нападающие были устранены. Так ещё и приехавшая на место полиция должна была обеспечить дополнительную безопасность.

Так что да. Они оставили Распутину именно там. А какой у них был выбор⁈ Похитить её и увезти оттуда? Уваров прекрасно понимал, что это абсурд. И Григорий бы полностью с ним согласился… если бы речь не шла о его бесценной внучке. Всё же эмоциональное вовлечение чревато.

Проблема заключалась в том, что Дмитрий и его человек не смогли отступить без, скажем так, «потерь».

Когда они отходили к краю сквера, чтобы забрать свою машину, их нагнала какая-то тварь. По рассказам Дмитрия Уваров так и не смог до конца понять, что именно произошло. Только то, что в результате короткой схватки эта дрянь изодрала лицо и руку начальнику его охраны до такой степени, что тому сейчас в спешке накладывали швы. А Сахим и вовсе лишился ноги. Зверь оторвал её во время своей первой атаки.

По словам Дмитрия, они потратили почти весь боезапас, что у них при себе имелся, чтобы просто отогнать эту бестию и сбежать. Думать о том, что в такой обстановке они могли сделать что-то ещё, — верх глупости и безрассудства. Хорошо, что их вообще не заметили и участие людей Уварова в происходящем осталось секретом.

По крайней мере, он хотел на это надеяться.

А вот после начались уже странности.

— Ты веришь в то, что сказал тебе Лазарев? — спросил он.

— О том, что эти выродки хотели похитить Елену? — даже не предпринимая малейшей попытки скрыть ярость в голосе, спросил Распутин. — Понятия не имею! Ты сам сказал, что, по словам твоего человека, один из них пытался её схватить!

— Он мог просто использовать её для того…

Уваров прикусил себе язык. Он почти произнёс, что Распутину хотели использовать как «живой щит», повторив слова Дмитрия.

— Возможно, он хотел взять её в заложники, — перефразировал он свою мысль.

— Да плевать мне на то, что он хотел! — зло проскрежетал Григорий. — Главное, что все они мертвы… Что? Подожди, Василий. Мне звонят по другой линии.

Разговор ненадолго прервался, дав Уварову короткую передышку. Граф вздохнул и наконец позволил себе сесть в кресло. Слишком уж эмоциональный вышел разговор, чтобы он мог провести его, просто сидя и…

— Василий, ты тут? — донеслось из телефона.

— Да, Гриша. Что-то случилось?

— Я еду в клинику, — сообщил он ему. — Кажется, твои люди не доделали своё дело.

Уваров удивлённо моргнул. Что за глупость. Дмитрий сообщил ему, что сам видел. Выстрел попал ему точно в грудь!

— Что?

— Рахманов жив. Его только что экстренно доставили в клинику.

— Он выживет? — сразу же спросил Василий.

— Пока неизвестно. Парня привезли в критическом состоянии. Я сейчас поеду туда.

Понимание ситуации сформировалось в голове Уварова всего за несколько секунд. Даже его люди ещё не знали об этом. Да и времени прошло всего ничего. А его служба безопасности и «разведки» была поставлена, пожалуй, лучше, чем у Григория. А значит, узнать он это мог только одним путём.

— Тебе позвонил Павел, так?

— Да, — не стал скрывать Григорий. — Только что снова с ним разговаривал. Он просит помочь спасти Рахманову жизнь…

На то, чтобы в голове у Уварова сформировался новый план, ушло всего несколько секунд.

— Ты не сможешь отказаться так, чтобы не вызвать подозрений, — проговорил Василий. — Но сможешь закончить дело, Гриша.

— Да, — вздохнул Григорий.

Они оба это знали. Мало кто догадывался о том, что дар воздействия на человеческий организм, что позволил Распутиным стать одними из самых сильных целителей в мире, имел и свою тёмную сторону.

— Я разберусь с этим, — проговорил он перед тем, как повесить трубку.

Красное спортивное купе пролетело через открытые ворота и въехало на территорию клиники. Под визг колёс машина резко затормозила у самого входа. Роман выскочил наружу, даже не став глушить двигатель, и проскочил мимо двух врачей на входе.

Оказавшись у регистратуры, оттолкнул в сторону какого-то мужчину. Тот попытался возмутиться, но хватило одного короткого взгляда, чтобы любая воинственность тут же пропала.

— Десять минут назад сюда доставили парня. Огнестрельное ранение в грудь. Где…

— Роман Павлович?

Обернувшись, Рома увидел выходящего из лифта главврача клиники и сразу же пошёл к нему.

— Сергей Геннадьевич, вы уже…

— Да, я знаю, — кинул тот. — Пойдёмте.

— Как он? — спросил Лазарев, идя следом за главврачом по коридору.

— В критическом состоянии. Его привезли с огнестрельным ранением грудной клетки. Пуля пробила ребра чуть правее центра. Осколки кости травмировали правое легкое. Предварительно диагностировали открытый пневмоторакс и гемоторакс справа. Есть признаки внутреннего кровотечения, вероятно, повреждены межреберные сосуды. Сейчас он находится в состоянии компенсированного шока. Мои люди уже начали немедленный дренаж плевральной полости и подготовку к операции для остановки кровотечения и удаления инородных тел. В нашем распоряжении есть парочка артефактов. В том числе из специального запаса. Думаю, всё будет хорошо.