— Одна игра, значит? — уточнил я и не смог удержаться от ответной улыбки.

— Одна игра. Ты и я. Сразимся в карты. А ставки… — он с усмешкой на лице пожал плечами. — Кто знает, что нам будет нужно на тот момент. Но, зная тебя, я уверен, что это будет нечто…

— Интересное? — закончил я за него, и он с довольным видом кивнул.

— Ещё как! Прямо с языка снял.

— Идёт, — кивнул я и протянул ему руку.

Когда я так в прошлый раз сделал во время разговора с Романом, тот замялся. Это продлилось всего мгновение, но я заметил, как он посмотрел на мою протянутую ладонь, словно та могла его укусить.

А Браницкий даже не колебался. Оскалившись, он схватил меня за руку и пожал её с таким видом, будто один этот жест веселил его больше, чем предстоящая возможная игра.

Развернувшись, он махнул рукой сидящим за столом мужчинам. Те молча и с недоумением наблюдали за этой сценой.

— Пьер! Pardonnez-moi, mon cher ami, но я боюсь, что нам придется перенести эту игру.

Один из сидящих сделал вид, что очень этому расстроен, и что-то ответил Браницкому по-французски.

Впрочем, я практически сразу же понял две вещи. Во-первых, все трое явно были аристократами. Слишком уж дорогая одежда на них была. Во-вторых, все трое либо обладали Реликвиями, либо же имели артефакты, защищающие их от ментальных способностей.

Ну, было и в-третьих. На закуску, так сказать. Несмотря на недовольство на своих лицах, я видел, что на самом деле они рады происходящему. Это можно было понять хотя бы потому, что кучка фишек у того места, где сидел Браницкий, была больше, чем кучки всех остальных игроков вместе взятых.

Не нужно быть гением, чтобы понять, кто именно побеждал в игре.

— Ну что же, — Браницкий повернулся ко мне и хлопнул в ладоши. — Пошли, растолкаем эту недотрогу. О, это будет весело. Жень, отнеси девушку в пятую гостевую комнату. Мы скоро подойдем.

— Конечно, ваше сиятельство, — кивнул охранник и направился к обмякшей и кажущейся спящей на стуле Елизавете.

— Не переживай, — шепнул мне Браницкий. — Пусть пока полежит на постели. А мы пойдём в логово ведьмы.

И повёл меня обратно к той двери, через которую мы уже прошли. В этот раз магии не случилось. Браницкий просто открыл её и пропустил нас с Ларом в коридор. Нет, не тот, что был в офисном здании. Обычный, так сказать, для старого замка. Каменные стены. Гобелены. Картины на стенах. Всё это соседствовало с современным, скрытым в специальных нишах освещением.

— У меня вопрос…

— Как это ты из Империи в один шаг оказался во Франции? — усмехнулся Браницкий.

— Только не надо строить из себя такого догадливого умника, — я не смог удержаться от ответной усмешки. — Мой вопрос не так уж и сложно было угадать.

— Так и ответить на него несложно, — пожал плечами идущий рядом граф. — Лар, сделаешь одолжение?

— Портальная сеть, — отозвался тот, идя рядом и рассматривая гобелены на стенах. — Правда, я думал, что она всё ещё неустойчива. Признаю, я удивлён. Сделать такую хорошую копию…

— Копию? — уточнил я, и Лар кивнул.

— Точно такая же есть в Императорском дворце. Наша работа. Связывает между собой все принадлежащие императору имения.

— Ну, у меня их не так много, зато я места выбираю поживописнее, — вслед за ним сказал Браницкий. — Этот замок принадлежал моему деду. Если не ошибаюсь, то он его ещё во времена Великой войны отжал, когда здесь имперские войска стояли. Потом, правда, пришлось сделать вид, будто вернул обратно. Впрочем, местечко красивое, и я его люблю.

— А твои гости…

— А, не бери в голову, — махнул он мне рукой. — Пьер и остальные… пара герцогов и маркиз. Родственники французского короля. Мы часто в карты у меня играем. Ну и разного рода вопросы решаем, когда это нужно нашему начальству. Можешь считать, что это что-то вроде нейтральной территории, где мы можем выпить вина и поговорить без всей этой дипломатической ерунды.

Почему-то вот этому я совсем не удивлён.

Браницкий провёл нас по коридору, двум винтовым лестницам и через один из залов, что был уставлен рыцарскими доспехами на постаментах. Идя по нему, я обратил внимание на огромное витражное окно. Неизвестный мастер, судя по всему, потратил солидное количество времени и сил на то, чтобы сделать свою работу и превратить тысячи крошечных кусочков стекла в потрясающе натуралистичное изображение распустившейся алой розы, чей зелёный стебель обвивает клинок средневекового меча.

Дойдя до ведущих в закрытое помещение двустворчатых дверей, Браницкий даже не подумал остановиться. Просто взялся за ручки и распахнул двери, сделав шаг внутрь.

— Эри! Солнышко! Дело есть…

— ТЫ СОВСЕМ ИЗ УМА ВЫЖИЛ⁈

Хорошо, что Лар успел ухватить меня за плечо и утащить чуть в сторону. Через открытый проём…

Ладно. Признаю. Не каждый день можно увидеть, как через дверной проём пролетает комод. Явно дорогой и сделанный из красного дерева предмет меблировки с грохотом врезался в стену, разлетевшись в щепки за нашими спинами.

— Эй, полегче, милая, — услышал я голос всё ещё живого графа из помещения. — А то я так и по попке тебя отшлёпать могу. Давай, кстати, вытаскивай её из этой бадьи и одевайся. У меня есть для тебя работа… Эй, пацан! Чего там спрятались⁈ Иди сюда…

— Может, я лучше тут подожду? — на всякий случай спросил я и подумал, что, наверное, стоит отвести взгляд. Да только поздно подумал.

Да и не факт, что смог бы. Уж больно притягательно выглядела стоящая посреди огромной, наполненной пеной ванной обнажённая альфарка. Если кто-то хотел получить пример идеального женского тела без единого изъяна, то я только что наблюдал его воочию.

Может быть, именно поэтому покрывающая её тело татуировка так сильно бросалась в глаза. Тонкая вязь странного вида тёмно-синих символов змеилась по её телу, спускаясь от шеи вниз, между упругих грудей, и проходила кольцами под ними и уходили за спину. Точно такая же вязь, будто кто-то решил вытатуировать на женском теле пособие для шибари, шла по бёдрам, плечам и на талии.

Заметив мой взгляд, она даже и не подумала прикрыться.

— Пф-ф-ф. Все вы, мужики, убожества. Только и можете, что пялиться и…

— Привет, тётя Эри! — весело помахал ей Лар.

Признаюсь, думал, что в нас сейчас ещё один комод прилетит. Настолько её лицо перекосило.

Не. Она просто взмахнула руками, и тяжёлые двери перед нами захлопнулись с таким грохотом, что, кажется, весь замок содрогнулся.

— С чего ты взял, что я вообще буду вам помогать⁈ — рявкнула эта злая фурия.

В этот раз уже одетая.

Альфарка сидела в кресле. Мы все в них сидели, если уж на то пошло. Я, Лар, Браницкий. В просторной гостиной с горящим камином и широким балконом с стеклянными дверьми, с которого открывался потрясающий вид на Альпы.

— И, какого дьявола он тут делает? — продолжила она, ткнув пальцем в Лара с энтузиазмом поглощающего печенье с душистым чаем.

— Дорогая моя, это сейчас не так важно, как вопрос в том, сможешь ли ты помочь в нашей небольшой проблеме? — поинтересовался граф, держа в руке бокал с коньяком.

— Помочь? — язвительно уточнила Эри, покачивая рукой в которой был бокал вина. — Что-то я не припомню у тебя тяги спасать всяких оборванок…

— Ну, тебе-то я помог, — едко улыбнулся Браницкий, прежде чем сделать глоток из собственного бокала. — Так что не зарекайся. Если бы не я, то твоя прекрасная фигурка уже давно кормила бы червей недалеко от Килиманджаро. Да и давай по честному. Мы оба знаем, что у тебя и особого выбора нет.

Её губы сжались в тонкую линию, а взгляд явно не обещал ничего хорошего сидящему напротив неё графу. Впрочем, тот, похоже, не обратил на эту молчаливую угрозу никакого внимания и продолжал наслаждаться коньяком.

К слову, своё одеяние из пены она сменила на довольно лёгкое и открытое белоснежное платье, которое струилось по фигуре.

— Да, помочь, — холодно произнёс я. — Лар сказал, что ты можешь это сделать.