— Снова.

— Что?

— Ты сказала «снова», — повторил я. — Что между вами?

— А тебя это вообще волновать не должно! — резко вскинулась она.

— Настя…

— Саша, я сказала, что это не твоё дело! Вот и не лезь в него!

Мда-а-а. Её эмоции кипели.

Я вздохнул и откинулся на спинку кресла. Помассировал закрытые глаза пальцами, пока размышлял, что делать дальше. А, собственно, что я буду делать дальше?

Да хрен его знает, если честно. Но, это не повод останавливаться.

Остаток поездки прошёл у нас в молчании. Настя говорить явно не хотела. Я и подавно. Всё же не каждый раз сталкиваешься с… блин, да я будто в кривое зеркало посмотрел. Этот мудак явно заранее знал каждый шаг, который я могу предпринять и уже подготовился к тому, чтобы иметь на них свои собственные ответы.

Но, ничего страшного. В эту игру могут играть двое.

Когда двери лифта открылись на этаже нашего отдела, Настя вышла наружу, но лишь через пару шагов обнаружила, что идёт одна.

— Саша…

— Мне надо поговорить с твоим братом, — бросил я, нажимая на кнопку. — Встретимся в отделе.

Двери лифта закрылись, заглушив её последние слова.

Шестьдесят седьмой этаж. Уже давно знакомая мне стойка приёмной…

— О, привет, Саша! — улыбнулась мне сидящая за ней рыжая красотка.

— Кристин, прости, но не сейчас, — сказал я, быстро пройдя мимо неё.

С этой рыжей я всегда поболтать был готов, но сейчас в таком состоянии не хотелось общаться ни с кем, кто мне хоть сколько-то нравился. Боялся сорваться на ком-нибудь. И так внутри всё горело.

Ненавижу проигрывать.

Заметив, что Роман стоит у окна и говорит с кем-то по телефону, постучал по двери. Поймал глазами его взгляд. Видимо выражение на моём лице оказалось красноречивее любых слов, так что Лазарев что-то произнес в трубку и махнул мне рукой.

— Судя по твоему лицу, я делаю вывод, что соглашения вы не получили, — произнёс он.

— Дырку от бублика мы получили, — проворчал я. — Они заранее были настроены на отказ.

— То есть, ты проиграл.

Он даже не спрашивал. Это было утверждение.

— То есть, я слил первый раунд, — категорически не согласился я, на что Роман вздохнул.

— Саша, ты понимаешь, что теперь, когда они отказали тебе в мировой, то это дело скорее всего пойдёт в суд? А учитывая его специфику…

— Спасибо большое, я как-то своим мозгом до этого вывода дошёл, — съязвил я. — Лев Калинский. Знакомое имя?

О, вот теперь его лицо оказалось красноречивее любых слов.

— Вижу, что знакомое, — произнес я, усаживаясь в кресло.

Роман поморщился, словно съел что-то крайне кислое и невкусное. Постоял несколько секунд, затем подошёл и сел напротив меня.

— Как отреагировала Настя? — сразу спросил он, не став тратить время на расшаркивания.

— Была в лёгком шоке. Кто он такой?

— Очень талантливый парень, — ответил Лазарев. — Чем-то на тебя похож…

— Спасибо, конечно, но давай без таких сравнений, — моментально среагировал я. — Мне одной встречи с ним хватило для того, чтобы записать его в список тех, кому бы я могилу вырыл. Заметь, записал ручкой. Не карандашиком.

— Ну, я на твоём месте перманентный маркер взял бы, — усмехнулся Лазарев, но вышло у него это как-то вяло. — Короче, как я уже сказал, он чем-то похож на тебя. Отдел кадров даже присматривался к нему в прошлом году, но его забраковали.

Произнёс он это таким голосом, что мне сразу стало ясно. За этой фразой скрывалось куда больше, чем могло бы показаться на первый взгляд.

— Что это значит, забраковали? Вы хотели взять его на работу, но потом передумали?

— Ну, скажем так, я крайне настоятельно порекомендовал им передумать, — дал дополнительное пояснение Роман.

И, опять-таки. Его голос. Выражение лица… что-то здесь было не так.

— Ром, в чём дело? — напрямую спросил я его. — Это ведь не вся история, ведь так?

— Какой ты догадливый, — невесело усмехнулся он. — Представляешь, вот ведь какое дело. Во всех остальных крупных компаниях, куда он направлял свои резюме, его тоже отсеивали.

Ясно. Понятно.

— Я так понимаю, что это не более чем удивительное совпадение? — задал я риторический вопрос.

— Как я уже сказал, ты удивительно догадливый, — тут же скривился Роман. — Да. Не более чем удивительное совпадение, что после моего звонка в эти фирмы, его резюме тут же стали выкидывали.

Однако. А ведь это даже страшнее, чем может показаться на первый взгляд. Одним своим звонком и небольшим намёком, Роман буквально обломал ему всю дальнейшую карьеру. Если на секундочку забыть о том, что я был бы счастлив забить его на хрен лопатой, то характеристика впечатляла. Пробиться из бедной семьи, получить стипендию. Это охренеть как многого стоило. Полностью бесплатное обучение и содержание на время учёбы. Да это грёбаный золотой билет. Человека с такой характеристикой потом с руками бы оторвали. Фирмы должны были себе глотки грызть ради того, чтобы затащить к себе столь перспективного кадра.

Его ждало золотое будущее. Если, конечно, верить, что всё, что о нём сказали Лазаревы было чистой правдой.

А Роман одним звонком и прозрачным намёком всё это сломал. Мда-а-а…

— Зная тебя, предполагаю, что для подобного имелась весьма веская причина. Я так поднимаю, что связана она с Анастасией.

— Знаешь, сегодня твоя догадливость просто не знает границ.

— И? Может быть немного подробностей и…

— А, что тебе сказала Настя? — спросила в ответ Роман.

— Что это не моё дело, — вспомнил я её слова.

— Ну, так вот. Это не твоё дело, Александр.

Окей. Возьмём на заметку.

— Хорошо. Проехали эту тему…

— Нет, — тут же перебил меня Лазарев. — Он обязан был что-то предложить тебе. Просто так втоптать тебя в грязь и не подстелить соломки он не мог.

Я едва не рассмеялся услышав его слова. Сам думал такими же «терминами».

— Снятие штрафных санкций с экипажа…

— Подпиши…

— Но взамен я отдаю им Уткина, — договорил я. — Я отказался.

Он тихо выругался.

— Лучше бы ты согласился…

— С чего это?

— Теперь, когда вы оба упёрлись, как бараны, это дело идёт в суд, а, значит, судья будет решать, кто из вас более убедительный, и…

— Только не говори, что неожиданно перестал в меня верить, — прервал я его. — Это, знаешь ли, несколько обидно звучит.

— Слушай, давай вот без сентиментальных соплей, — не скрывая своего недовольства попросил Лазарев. — Я хорошо представляю себе на что ты способен. И отлично знаю, на что способен Калинский. Саша, не в обиду тебе, но тут я вынужден признать, что шансы у него повыше…

— Это с чего это вдруг? — тут же вскинулся я. — С того, что у него есть какая-то бумажка?

— С того, что за время учёбы в университете он не проиграл ни одного игрового суда, — довольно резко осадил меня Лазарев.

Я не удержался и фыркнул.

— Тоже мне достижения. Я сам ни од…

И тут же заставил себя прикусить язык. Чуть не ляпнул, что сам ни одного не проиграл. И? Как бы я потом такую чушь объяснял.

Впрочем, мою заминку он всё равно понял неправильно.

— Вижу, что до тебя дошло, — произнёс он. — И, ты до сих пор не понял, что именно я хотел сказать. Когда я говорил о том, что он выигрывал игровые суды, то не сказал главного. Он всегда играл против старших курсов. С самого начала. Всегда.

— И не проигрывал?

— Ни разу, — подтвердил Роман.

Мда-а-а… поверить не могу, что другие фирмы не взяли его к себе в тот же момент, как он выпустился из университета с дипломом. Даже если это было чревато риском разгневать Лазаревых.

А затем до меня дошёл отдельный смысл сказанных им слов.

Калинский всегда играл против старших курсов. Всегда. С самого начала. Значит…

— А Настя с ним встречалась на игровых судах?

— Как я уже сказал, это не твоё дело, — холодно повторил Роман. — Но ты умный. Знаешь, насколько она гордая.

Это да. Тут и думать нечего. Как бы она поступила, получив возможность сразиться с таким известным старшекурсником, который имел исключительную историю побед, так ещё и был простолюдином. Разумеется ей в голову могла придти мысль о том, чтобы самой побить того, кто старше неё.