Сколько раз уже он будет это повторять? Сколько раз ему нужно будет доказывать, что он достоин того, чтобы быть сыном своего отца? Эти два года, каждый день, Андрей неумолимо стремился к этому моменту. Планирование. Подготовка. Всё это занимали его без остатка…

Нет. Не без остатка.

Андрей в очередной раз вспомнил своего младшего брата и в этот раз уже не смог скрыть обуревающего его раздражения. Мысль о том, что Александр смог так легко отказать ему… она огорчала и бесила его одновременно! Почему⁈ Почему он просто не мог понять эту простую истину? Он Разумовский! Хочет того Александр или нет, но этого изменить он не сможет никогда, как бы не скрывался за чужой фамилией. Он сын их отца. Он его брат. Они должны стоять вместе. Друг за друга, как и полагается братьям! Быть семьёй!

Но не взирая на это, Александр ему отказал.

Вспоминая их последний разговор, Андрей до сих пор не мог найти хоть сколько-то адекватную причину для того, чтобы его младший брат отказался от своего наследия.

Князь, этот глупец, просто не понимал. Несмотря на то, что он когда-то носил фамилию их семьи, он никогда не являлся её частью. Он лишь подтвердил это, когда сам, сознательно отказался от своего имени и выбросил его, заменив этой дурацкой кличкой. Насмешливым прозвищем, которое дал ему отец. Это был его выбор. Решение отбросить всё то, что делало его частью одного из самых древних аристократических родов.

И вот в его случае Андрей понимал причину такого поступка. Бастард, лишённый их дара, никогда не смог бы добиться даже толики того величия, которого добился их отец. Подобный поступок являлся не более чем сознательным и очевидным признанием собственной слабости.

Но его собственный брат… неужели это какая-то глупая издёвка судьбы?

При одной только мысли об их встрече и разговоре, который за этим последовал, Андрей испытал нестерпимое желание сплюнуть на пол. Рот словно наполнялся желчью. Какая глупая и ненужная растрата потенциала! Он ведь видел это. Александр был умён. У него имелась решимость стоять на своём. Но вместо того, чтобы идти дальше, он глупо и бесцельно растрачивал свои силы на не заслуживающих этого людей. Вместо того, чтобы просто принять то, кем он являлся на самом деле…

Шорох шагов тяжёлых ботинок по бетонному полу отвлек Андрея от его мыслей. Подняв голову, он заметил, как к нему приближается одна из его пешек. Если память ему не изменяла, то этот высокий мужчина, что сейчас шёл к нему с лишённым каких-либо эмоций выражением на лице, раньше был германским полицейским. Он и его напарник, что сейчас остался на их базе в промышленном районе столицы, остановили их два месяца назад недалеко от Мюнхена желая проверить документы. Что же, они стали хорошим приобретением. Всего-то и нужно было сказать лишь пару слов и взгляд в глаза, чтобы их прошлые жизни остались далеко позади.

Он даровал им новый смысл. Новую цель. Ту, которую определил сам.

— Нас нашли, — спокойно произнёс он, подойдя ближе.

— Насколько их много? — поинтересовался Андрей.

— Сложно сказать, — глухо проговорил бывший полицейский. — Мы насчитали три машины и ещё несколько наблюдателей на крышах. Но я уверен, что их больше. Они появились около пяти минут назад. Думаю, что у нас есть минут пятнадцать. Может быть, двадцать, прежде чем они начнут какие-либо активные действия.

— А главная цель? — уточнил Андрей.

— Они направляются сюда. За ними следят.

Повернув голову, Андрей взглянул на своего отца, и тот решительно кивнул.

— Тогда приступаем, — сказал он, и его сын даже не подумал о том, чтобы спорить. Всё шло к этому.

— Передай нашим людям, чтобы были готовы, — приказал Андрей. — Действуйте по плану.

В любом случае, только так они и будут действовать. Для каких-то импровизаций здесь места не было. Андрей очень хорошо успел изучить свой дар за последние два года, а потому знал его пределы и слабые стороны.

Впрочем, неожиданностей он не ждал.

Кивнув, бывший полицейский развернулся и направился к паре широких столов, рядом с которыми сейчас копошились остальные «пешки». Подойдя к одному из них, он взял лежащий там грузный и тяжёлый жилет, точно такой же, какие сейчас надевали остальные, и принялся застёгивать его на своей мощной фигуре.

В дополнение к нему, в один из карманов жилета отправился пластиковый пузырёк с герметичной и надёжной крышкой. Это зелье обошлось им дорогой ценой. Не только деньгами. Пришлось заплатить и иную цену. Но оно того стоило. Выходить против подобного противника, как Меньшиков, а Андрей не сомневался в том, что именно он пришёл по их души, не имея на руках дополнительных козырей, выглядело бы верхом недальновидности.

Повернувшись, он посмотрел на сестру.

— Ольга, ты знаешь, что делать?

Услышав заданный братом вопрос, она подняла голову и посмотрела на него в ответ. Когда-то яркие и полные жизни голубые глаза стали теперь точно такими же, как и остальных людей, что его теперь окружали.

— Конечно, — кивнула она, и одновременно с этими словами её тонкие и длинные пальцы вставили магазин в тщательно собранную и проверенную винтовку. — Я всё сделаю.

— Тогда иди, — приказал брат.

Кивнув, сестра вскинула на плечо оружие. Крупная и длинноствольная винтовка под патроны пятидесятого калибра казалась монструозной рядом с её хрупкой фигурой. Но хватило одного взгляда на то, с какой лёгкостью она подняла оружие всего одной рукой, чтобы понимать — эта девушка далеко не так проста, как могло показаться на первый взгляд.

Забрав с собой дополнительный магазин, Ольга направилась на выход, предварительно накинув брезентовое покрывало на оружие, чтобы скрыть его от лишних глаз. Одетая в форменный комбинезон работников порта и с каской на голове, под которой спрятала свои собранные тёмно-каштановые волосы, она не будет сильно выделяться. Да, маскировка не продержится долго.

Но много времени им и не нужно.

— Тебе лучше уйти отсюда, — произнёс Андрей, повернувшись к своему отцу. — Нельзя, чтобы кто-то узнал о том, что ты ещё жив. Не так рано.

— Я могу помочь, — вместо этого ответил Илья. — Ты же знаешь?

Оба вопроса носили исключительно риторический характер, и они оба это знали. Пришедший в его жизнь два года назад, в день, когда открылся его дар, Илья Разумовский хорошо понимал, что сын никогда не поставит его жизнь под угрозу.

Только причина состояла не только в этом.

— Нет, — отрезал Андрей. — Я справлюсь сам. Как и обещал.

Короткий, но исполненный столь глубокого и искреннего доверия взгляд, воодушевил молодого парня лучше любых слов.

Ему даже не нужно было прилагать усилий для того, чтобы вспомнить, что произошло в тот день. Два года прошло с тех пор, а он помнил всё так, как будто это было вчера. Момент, когда он обрёл свой дар. В тот день они пришли с Ольгой на пляж со своими досками. Лучшее время, когда волны были достаточно большими и предсказуемыми для сёрфинга.

Но в тот день они оказались на излюбленном месте не одни. Группа каких-то парней громко веселилась и пила на пляже. Не то, чтобы в этом было хоть сколько нибудь странное. Пляж был популярен, и там всегда было много народа. Особенно в пригодный для катания на волнах сезон. Да и Андрея с Ольгой местные знали хорошо.

Но в тот день им не повезло. Какой-то сынок португальского аристократа решил провести свой день вместе с друзьями на пляже. Он просто не мог не заинтересоваться Ольгой и её стройным подтянутым телом в купальнике. Уж больно сильно она выделялась на фоне местных девушек своей красотой.

Это и спровоцировало словесный конфликт и последовавшую за ней драку. Второй самый пугающий и доводящий до дрожи момент в его жизни после дня, когда он узнал о мнимой гибели своего отца. Он хорошо запомнил ощущение собственного бессилия, когда двое дружков этого ублюдка держали его за руки, пока знатный выродок избивал его по окровавленному лицу.

А затем его заставили смотреть, как одуревший от чувства собственной безнаказанности мерзавец срывал купальник с тщетно пытающейся отбиться сестры. Он помнил звучную пощёчину, которой тот ударил Ольгу и повалил сестру на песок.