Андрей поморщился, будто одни лишь воспоминания об этих событиях причиняли ему боль.

— Но знаешь, в конце концов, можно сказать, что я поступлю с ними куда милосерднее, чем они со мной, — легко и непринуждённо, как бы между делом, заметил Андрей. — То, с чем я жил двадцать лет, они будут испытывать лишь несколько секунд.

— Ты больной, — прошептала Мария, в ужасе глядя на стоящего перед ними парня. — Просто сумасшедший.

— Скажи мне, Мария, — Андрей повернул голову в её сторону. — Кто настоящий безумец? Тот, кто принимает себя таким, какой он есть? Или же тот, кто всеми силами старается казаться нормальным?

Звук выстрела в замкнутом помещении походил на раскат грома, и пуля ударила Андрея точно в грудь. Князь резко повернулся. Михалыч стоял сбоку от него, держа пистолет на изготовку, а от ствола оружия шёл небольшой дымок.

— О как, — пробормотал Андрей, глядя на свою грудь, где не было даже следа раны. Обернулся и полюбовался на дыру в стене за своей спиной.

— Его здесь нет! — выкрикнула Мария, когда до неё дошёл смысл произошедшего.

— Ну почему же, — хмыкнул Андрей и, подняв руку, указал двумя пальцами в сторону старого и покрытого облупившейся краской окна. Сделав это, он загнул один из пальцев.

Тотчас же окно треснуло. Не разбилось, а именно треснуло. На его покрытой старой эмалевой краской поверхности, которой кто-то силился закрасить всё окно, появилось неровное и круглое отверстие с ползущими от него во все стороны крошечными паутинками трещин.

Но Князь заметил всё это мимоходом. Его мозг даже не обратил на это особого внимания. Стоящая рядом с ним фигура Дмитрия вспыхнула золотистым светом, когда сработал защитный артефакт. Но чтобы не прилетело из окна, это явно оказалось сильнее, чем прикрывающий мужчину магический амулет. Плёнка барьера исчезла, и одновременно с этим Дмитрий упал на пол, схватившись за раненую ногу, в которой зияла дыра.

— А теперь вторая, — спокойно произнёс Андрей, загнув второй палец.

Князь понял, что случится в то же мгновение, и бросился к Марии. Он даже успел закрыть её собственным телом. Да только у женщины явно имелись собственные мысли на этот счёт.

Она просто оттолкнула его от себя в ту секунду, когда треск пробитого стекла наполнил комнату во второй раз. Что-то с тихим шелестом пронеслось мимо Князя и ударило женщину в грудь. Вспыхнувшее золотистое свечение ознаменовало сработавший защитный артефакт, но его не хватило и в этот раз.

Всё случилось за какое-то крошечное, почти неуловимое мгновение. Защитный барьер, прикрывающий Мари, полыхнул золотом и исчез, а женщина рухнула на пол, держась за грудь.

— Мари! — Князь вмиг оказался рядом с ней на коленях, одной рукой стараясь закрыть рану, а другой вырывая из кармана пластиковый футляр. — Дура, за каким дьяволом ты это сделала!

— Очевидно, потому, что любит тебя, — высказал свое предположение Андрей, подходя ближе, и только сейчас Князь заметил, что тот двигался абсолютно бесшумно, как и подобает неосязаемому фантому. — Странная штука, любовь, да? Порой она толкает нас на безумные поступки.

— Катись ты в ад, — прорычал Князь, не обращая на него никакого внимания и вместо этого осматривая рану.

Пуля прошла насквозь и пробила лёгкое. И бог знает, что ещё натворила. Но у него имелся способ исправить даже это. Перестав зажимать кровоточащую рану, он раскрыл футляр и вынул из него пузырёк, зубами сорвав крышку.

Следующим действием он влил содержимое в окровавленный рот женщины и зажал его, чтобы она гарантированно проглотила зелье.

— Готовый к любым ситуациям, как всегда, — пробормотал Андрей, стоя рядом с ним и наблюдая за происходящим. — Знаешь, я даже не удивлён…

Мария забилась в первых судорогах, а закрывающую её рот ладонь обожгло огнём. Но Князь даже не обратил на это внимания. Где-то по звукам, судя по всему, первую помощь Дмитрию оказывал Михалыч, стараясь поставить парня на ноги. И, судя по болезненному выкрику, тратить драгоценную и безумно дорогую алхимию на него здоровяк не рискнул.

Через несколько секунд лежащая на полу женщина затихла и раскрыла глаза, хрипло задышав.

— Я тебя найду, — пообещал Князь, подняв взгляд на Андрея.

— Я даже не сомневаюсь в этом, — спокойно отметил тот. — Но вот о чём подумай. Я ведь предупреждал тебя. Сказал, чтобы ты не стоял у меня на пути. Помнишь?

Андрей присел на корточки перед ним, так что они оказались лицом к лицу.

— Считай, что это моё предпоследнее тебе предупреждение, — произнёс племянник, глядя ему в глаза. — И да, я нисколько не сомневаюсь, что его будет недостаточно. Что тебе в голову взбредёт что-то ещё. Отец всегда говорил, что, несмотря на свою ущербность, ты очень и очень умён. Хочешь верь, хочешь нет, он всегда уважал тебя за это…

— Думаешь, что мне не наплевать на это? — рыкнул Князь. Больше всего ему сейчас хотелось ударить собственного племянника. Ударить так, чтобы разбить ему лицо. Чтобы согнать эту нахальную лёгкую улыбку с его морды.

— Думаю, что меня это не особо волнует, — равнодушно пожал плечами Андрей. — Заметь, я пришёл к тебе. Я предупредил тебя. Я дал тебе возможность выйти из игры, чтобы не пострадать. В качестве благодарности за то, что ты для нас сделал. А как ты мне за это отплатил? Пришёл сюда чтобы что?

Андрей кивнул на лежащий рядом с Князем пистолет на полу.

— Чтобы убить меня?

— Если ты не оставишь мне выбора, — выдохнул Князь.

— Выбор? — Андрей едва не рассмеялся. — Поверь мне, Князь, у тебя никогда его и не было. Ты всегда останешься заложником своего положения, как бы ни старался. Даже здесь, когда я лично дал тебе этот «выбор» ты поступил именно так, как я от тебя и ожидал.

Наклонившись ближе, Андрей посмотрел ему в глаза, и только в этот момент Князь с неожиданным осознанием понял, насколько тот походит на Илью.

— Когда живёшь в стеклянном доме не стоит кидаться камнями, — проговорил он. — Иначе узнаешь о том, насколько хрупкие стены тебя окружают.

Поднявшись, Андрей пошёл к выходу, пройдя сквозь распростёртую и начавшую приходить в себя Марию и склонившегося над ней Князя. Но у самой двери он остановился и оглянулся.

— Ах да. Помнишь, я сказал про «предпоследнее предупреждение»? Вот тебе последнее. Если выживешь, больше никогда не вставай у меня на пути. Других шансов я тебе не дам.

Едва эти слова слетели с его губ, как фигура Андрея растворилась в воздухе, развеявшись, будто утренний туман.

— О чём он говорил? — обеспокоенно спросил Михалыч.

— Понятия не имею, но даже знать не хочу, — резко отозвался Князь. — Уходим отсюда.

Он поднял Марию на руки и пошёл на выход. Михалыч помогал Дмитрию, придерживая его под плечо. Они успели дойти до двери и даже выйти в коридор, когда здание содрогнулось от первого взрыва, а его нижние этажи утонули в ярком пламени.

Князь не стал что-либо говорить. Они с Михалычем бросились бежать по коридору в сторону лестницы, когда пол под их ногами вспух и взорвался вихрем обломков. И они влетели прямо в центр этого смерча.

— Будет жить, — сказал невысокий и сутулый мужчина, снимая перчатки.

Я слышал, как Князь долго и протяжно выдохнул. Так, словно в одном этом жесте скопилось всё обуревающее его напряжение и тревога.

— Как она? — спросил он, на что мужчина, которого звали Рудольфом, поморщился, будто от раздражения. Как объяснил мне Князь, он подрабатывал врачом для людей, выбравших не самый законный образ жизни.

— Я же сказал, — пренебрежительно и выплюнул он. — Жить будет, что тебе ещё надо…

— Мне надо знать, как она, — рявкнул Князь, поднимаясь со стула и начав угрожающе двигаться в сторону врача. — И если я спросил…

— Я слышал, что ты спросил, — отозвался врач. — И я тебе говорю, что она будет жить. Я приехал вовремя. Промедли я ещё хотя бы пять минут, и интоксикация от алхимии убила бы её. О чём ты думал, когда вливал в неё столько этой дряни⁈