— У кого…

— София, блин. — Я сам уже начинал злиться. — Третья группа первого. Где у них сейчас будут занятия⁈

Она задумалась, но быстро кивнула.

— Да. Но мне надо вернуться в свой кабинет. Мой ноутбук там, а доступ к расписанияю только на нём.

— Пошли.

На то, чтобы выйти из здания третьего учебного корпуса и добраться до второго, где располагалась кафедра Софии, у нас ушло не больше пяти минут. Вроде не так уж и много, но всё это время я был как на иголках, постоянно прощупывая окрестности на предмет знакомых мне эмоций.

Я уже понял, почему ощутил их в первый раз, когда мы шли к ректору. Видимо, тогда у источника этих эмоций как раз были занятия в одной из аудиторий на той стороне здания, мимо которой мы шли в тот момент. А сейчас я их ощутил потому, что мы опять находились рядом. Так получается? Выходит, что так.

И у меня имелись крайне веские причины беспокоиться. Потому что во второй раз эти эмоции были куда сильнее… Нет, не то. Они ощущались более отчётливо. Как если бы тот, кто их испытывал, всё ближе и ближе подходил к осознанному решению.

И мне это абсолютно не нравилось. Вот совсем не нравилось!

— Так, сейчас посмотрю. Подожди, — сказала София, заходя на свою кафедру.

Внутри находилось несколько преподавателей, которые вежливо поздоровались с Софией. Я сюда практически не заглядывал. Всего пару раз либо очень рано утром, либо уже поздно вечером, предпочитая больше кабинет самой Голотовой и диван, который у неё там стоял. Тем не менее меня тут знали, пусть и шапочно.

Впрочем, сейчас это не так уж и важно. Коротко поздоровавшись с присутствующими, я проследовал за Софией к её столу, где лежал закрытый ноутбук. Ей потребовалось примерно две минуты, чтобы найти нужную информацию.

— Так, у них сейчас общая лекция у всего курса. Введение в юридическую профессию.

— Где?

— Третий лекторий в первом корпусе.

— Отлично, спасибо, я…

Замолчал. Задумался. Хотел сначала сказать ей, чтобы быстро шла в ректорат и сообщила, что у них есть человек, которому крайне нужна помощь. Пока ещё есть, наверное. Но затем мне в голову пришла мысль — а как им вообще объясню, откуда я это знаю? Отличный, блин, вопрос.

Потому что в том, что просьбы объяснить это возникнут со стопроцентной вероятностью, я не сомневался. И ведь придется объяснять. Плевать, что обо мне знают такие люди, как Меньшиков или Лазарев. Открываться таким образом в мои планы вообще не входит.

С другой стороны…

Возможно, на другой чаше весов лежит чья-то жизнь. Какого хрена я вообще тут раздумываю?

— Иди к начальству и скажи им, что у вас потенциальный самоубийца по универу ходит, — тихо, чтобы не слышали окружающие, сказал я ей. — Скажи, что это, скорее всего, кто-то с первого курса. Третья группа. Понятия не имею, кто именно…

С каждым моим словом на её лице появлялось всё большее и большее непонимание.

— Что? Ты уверен? С чего ты вообще это взял? — так же тихо спросила она, глянув по сторонам.

— С того. Если потребуется, потом объясню. Пожалуйста, сделай так, как я сказал.

С этими словами я оставил её и направился прочь с кафедры. Выскочил на улицу, благо куртку я так и не снимал, и побежал к нужному зданию.

Пробежав по территории университета, добрался до здания первого корпуса. Перерыв между парами к этому моменту уже закончился, и занятия начинались, так что пришлось весьма грубо отпихнуть толпящихся у входных дверей студентов, которые чёрт знает зачем стояли и без толку трындели у входа. Залетел внутрь и бросился к лестнице…

— Саша⁈

Услышав знакомый голос, резко затормозил, едва не поскользнувшись мокрыми от тающего снега ботинками по полу.

— Настя? — удивился я, заметив идущую по коридору девушку. — Отлично! Третий лекторий! Где он⁈

Услышав меня, она явно удивилась.

— Чего?

— Насть, третий лекторий где⁈ Это срочно! — поторопил я её.

Слава богу, что сейчас она препираться со мной уже не стала. Не знаю, что именно было тому причиной: выражение на моём лице или же тон, но подействовало так, как надо.

— Вход в него на втором этаже. Налево после того, как поднимешься, — ответила Лазарева, явно не до конца понимая происходящее. — Что случилось-то, можешь сказать, или…

Что там было дальше, я уже не слышал. Рванул в ту сторону, где виднелся значок лестницы. Даже не забежал, а практически залетел на второй этаж, перепрыгивая сразу через две ступеньки.

Свернув от лестницы налево, направился по коридору, поглядывая на двери, пока не нашел нужную мне. Из нее уже доносился голос преподавателя, что говорило о том, что занятие уже началось. Постучал и зашёл внутрь.

Лекторий представлял из себя огромное помещение, явно занимающее сразу два этажа, если судить по высоте потолков. Расположенные как в амфитеатре места поднимались к дальней части и были заполнены студентами, в то время как преподаватель стоял внизу на специальном поднятом относительно пола широком помосте. Сейчас он стоял рядом с висящими на стене длинными досками и что-то писал на них.

Впрочем, стоило мне зайти внутрь, как он прервал свое занятие и тут же повернулся ко мне.

— Имя и фамилия? — резко произнёс он, буквально впившись в меня глазами.

— Что? — не понял я.

— Я спросил ваше имя и фамилию, — с нажимом произнёс он, бросив кусочек мела на полочку под доской. — Кажется, я сказал, не терплю опоздавших на своих занятиях! Так что называйте свое имя и фамилию и ждите за дверью, пока я закончу лекцию, а потом…

— О, прошу прощения, я не с первого курса, — тут же состроил извиняющееся выражение на лице. — Меня из ректората прислали.

Выражение на его лице тут же сменило гнев и раздражение на явное удивление.

— Из ректората? — повторил он.

— Да. Аркадий Ростиславович попросил меня сообщить, чтобы вы подошли к нему в кабинет.

— Ректор хочет меня видеть?

Мужик аж заморгал от удивления, а его эмоции тут же превратились во что-то непонятное. Что за бред? Передо мной как будто ребенок стоял, которому только что сообщили, что Дед Мороз уже принес подарки и они ждут его в соседней комнате. Как если бы он ждал нечто подобное.

— Да, — тут же закивал я. — Он сообщил, что хочет обсудить с вами какой-то вопрос, не уточнил, что именно. Просто сказал, что хочет встретиться с вами до своего отъезда, потому и вызвал прямо сейчас.

Преподаватель бросил быстрый взгляд на своих студентов, но бурлящее внутри него чувство радостного предвкушения практически сразу же взяло верх.

— Так, я отойду ненадолго, — торопливо сказал он, взяв висящий на спинке стула пиджак. — Пока повторяйте материал. После моего возвращения будет проверочная работа. Я скоро приду.

С этими словами он торопливо прошёл мимо меня и вышел за дверь лектория, а со стороны собравшихся в зале студентов прокатилась волна разочарования. Похоже, что перспектива грядущей работы их не особо прельщала.

Хотя какая, к чёрту, работа! Сейчас это волновало меня в последнюю очередь. Выждав ещё пару секунд, забрался на подиум и принялся прощупывать собравшихся своей реликвией. Поскольку лекция была общая для всего курса, собралось тут под две сотни людей. Так что первая же попытка найти нужного ни к чему не привела. Я банально потерялся среди такого большого и бурного потока чужих эмоций. Они были слишком расфокусированы. Слишком разные и отличные друг от друга, чтобы можно было чётко выделить что-то одно. Если на концерте или во время выступления Евы в ресторане людей объединяла музыка, то тут такой фактор единения отсутствовал вовсе.

Ладно, раз не работает чёртова магия, то используем мозги.

— Так! — громко сказал я. — Внимание, первый курс!

Часть людей посмотрела на меня, в то время как другие просто продолжили болтать или сидеть в телефонах. Даже взглядом не удостоили.

Ладно. Значит, по-хорошему вы не хотите. Хорошо.

Осмотревшись, заметил стоящий на столе бокал с водой. Видимо, преподавательский, чтобы была возможность промочить горло во время лекции. Сделав пару шагов к столу, взял бокал и выплеснул из него воду прямо на пол. Короткий удар об край стола, и у меня в руке осталась лишь половина бокала с рублеными, острыми от сколов гранями. То, что нужно. Именно этой частью я с силой провел по поверхности доски.