Подобное убило бы любого человека, не оставив ему и малейших шансов на выживание. Но в данном случае даже этого оказалось недостаточно. Незваный гость пошатываясь поднялся на ноги, держась одной рукой за стену.

Эри тут же бросилась вслед за ним, но в последний момент резко прогнулась назад, практически встав на мостик. Над её лицом прошло тонкое, но даже на вид безумно острое копьё из алого кристалла, едва не войдя ей прямо в глаз.

В тот же миг она коротким заклинанием наложила барьер на всю ещё лежащую без сознания Рахманову и, продолжив движение, ударом ноги сломала кристаллическое копьё…

Слишком поздно она поняла, что угодила в ловко расставленную ловушку. Её противник взмахнул рукой, отправив в сторону альфарки ещё с полдюжины багряных лезвий. Первые Эри отбила голыми руками, а остальные наткнулись на выставленный ею защитный барьер и разлетелись на осколки.

Поняв, что дальнейшие атаки бесполезны, враг бросился бежать по коридору. Не тратя время попусту, Эри сразу же бросилась вслед за ним. Отпускать эту тварь абсолютно не входило в её планы.

Выскочив в коридор, она коснулась ладонью стены. Короткое заклинание, и из стен ударили тонкие каменные иглы, превращая весь коридор практически в непроходимый лабиринт.

Бегущая фигура с удивительной лёгкостью увернулась от первого десятка, выписывая акробатические пируэты, которым позавидовали бы и лучшие циркачи, и врезалась в закрытое стеклом окно.

Эри опоздала всего на пару мгновений. Созданный ею в качестве преграды к бегству магический барьер почти успел закрыть спасительный выход. Но этот мерзавец двигался с такой скоростью, что успел прыгнуть в него до того, как путь к спасению оказался отрезан.

Но каким бы быстрым он ни был, он всё равно не успел сбежать от пули.

Тяжёлый револьвер оглушительно рявкнул у Эри прямо над ухом, и альфа успела заметить кровавый всплеск, когда пуля ударила это существо в правую руку. Что было дальше, она уже не видела, так как беглец мешком вылетел в окно и рухнул вниз с четвёртого этажа.

Оглянувшись, она увидела стоящего за своей спиной Князя.

Человек держал в руках револьвер и продолжал целиться в окно. Его губы шевельнулись, что-то сказав, но она не услышала ни единого слова из-за заполнившего окружающий мир мерзкого звона.

— Что? — переспросила она. — Я не услышала.

— Ты мне весь дом разнесёшь! — зло крикнул Князь ей почти в ухо. — Кто это был?

— Не знаю, — отозвалась Эри и быстро отменила уже наложенное заклинание, расчищая проход по коридору. Созданные ею тонкие штыри втянулись обратно в стены, не оставив после себя ни единого следа своего существования.

Не став ждать, Эри направилась прямо к разбитому окну и выглянула наружу. Внизу, на покрытом снегом асфальте, валялись обломки выломанной оконной рамы и осколки стекла. Часть снега покрывала кровь. Но больше ничего не было. Кто бы это ни был, ему всё-таки удалось уйти.

Отстав от Князя всего на полминуты, по лестнице в коридор вбежала Мария с пистолетом в руке.

— Что случилось⁈

— Что с сестрой Александра? — не ответив, спросил Князь, подойдя к Эри и выглянув наружу.

— Жива, — ответила альфа и, развернувшись, направилась назад в комнату.

Идти до двери она не стала, вместо этого забралась через проделанный ею же проём. Сначала внимательно осмотрела лежащую на полу девушку.

Ксюша просто спала, сделала вывод альфарка после беглого осмотра. В остальном с ней всё было в порядке.

— Что с ней?

— Её ввели в сон, — отозвалась Эри. — Пробудет в отключке ещё около часа. В остальном больше ничего страшного я не вижу.

Осмотревшись, она поискала глазами ту дрянь, которой ей едва голову не пробили. Она точно помнила, что разбила кристалл, и его осколки должны сейчас валяться по комнате.

Только вот вместо них нашла нечто иное…

— В ближайшее время мне предстоит заключить очень важную сделку, — сказал Смородин. — И я хотел бы, чтобы ты исполнил роль посредника при её заключении.

Его заявление меня весьма удивило. Ответил я не сразу, прикинув в уме, чем это может в итоге для меня обернуться. Точнее, попытался. Тяжело прогнозировать, когда у тебя на руках нет информации.

— Вы ведь понимаете, что я не могу дать вам немедленного ответа, — на всякий случай уточнил и тут же добавил: — И даже не потому, что не хочу. Проблема заключается в том, что я просто не вижу того, в каком виде могу принять участие в этом деле в той роли, в какой вы меня видите.

— Понимаю, — спокойно кивнул Смородин. — И даже одобряю. Осмотрительность и желание понять картину целиком — это похвальное стремление.

— Тогда, надеюсь, вы могли бы сообщить мне чуть больше информации, — предложил я, и Смородин задумался. — Чтобы картина стала почётче.

— Пожалуй, кое-что я могу сказать, — наконец произнёс он. — Через три дня, в воскресенье, в аукционном доме Филатовых пройдёт аукцион. На нём, помимо открытых торгов, будет проходить закрытая встреча по поводу крайне важного для меня предмета.

— Так в чём проблема? — развёл я руками. — Купите его, и всё. При всём уважении, не думаю, что вы испытываете недостаток в средствах.

— Проблема, Александр, заключается в том, что на закрытой встрече, о которой я говорю, артефакты не продают и не покупают, — покачал головой Смородин.

— Обмен? — предположил я, и он кивнул.

— Верно. К сожалению, у меня нет уверенности, что человек, обладающий столь нужной мне вещью, окажется абсолютно честен относительно её происхождения. Потому мне и нужна ваша помощь.

— Какого рода?

— Я знаю, что Разумовские могли читать эмоции, — пояснил Смородин. — Да, я знаю о некоторых… назовем их ограничениями. К счастью, тот, с кем мне предстоит заключить эту сделку, не обладает Реликвией, а потому у него не будет защиты перед твоим даром. Мне нужно быть уверенным, что я собираюсь у него приобрести именно то, что мне нужно.

М-да. Я, конечно, всякого ожидал от этой встречи, но точно не такого. И ведь этот предмет, чем бы он ни являлся, действительно ему нужен. Настолько, что он готов просить о помощи меня.

Вот только есть одна загвоздка.

— Боюсь, что не смогу вам помочь, ваше сиятельство, — потратив на размышления почти целую минуту сказал я.

Что удивительно, Смородин не торопил меня с ответом. Он спокойно ждал, к какому именно выводу я приду. И когда озвучил свой ответ, не стал опускаться до угроз, требований или чего-то такого. Лишь спросил:

— Могу я узнать почему, Александр? Я готов очень хорошо заплатить. Обещаю, что информация о тебе никогда и никоим образом не будет мной разглашена и…

— Проблема не в этом, ваше сиятельство, — вздохнул я. — Кажется, ранее в разговоре вы говорили, что, цитирую: «Доверие — штука обоюдная», ведь так?

— Да, — подтвердил он. — Говорил.

— Ну так вот. — Я улыбнулся и посмотрел ему в глаза. — Проблема заключается в том, что мои способности работают не так, как, очевидно, вы себе это представили. Я не могу чувствовать ложь. Лишь человеческие эмоции и ничего больше. Поэтому думаю, что в данном случае вам лучше воспользоваться артефактами, предназначенными для подобных ситуаций.

Немного подумав, я высказал свое предложение:

— Например, тот же Велиар прекрасно справится с этой задачей.

Крайне редкий, но тем не менее всё-таки доступный людям вроде Смородина артефакт представлял собой маленькую механическую канарейку. Творение альфарских мастеров, она прекрасно подходила, чтобы распознать ложь в человеческих словах. Впрочем, как показывал мой личный опыт, при определенном мастерстве даже его можно было обмануть, правильно отвечая на заданные вопросы. Тут важны формулировки.

Сам же Смородин, к моему удивлению, покачал головой.

— К сожалению, Велиар, как и другие подобного рода артефакты, тут бесполезны. Поверь мне, Александр, если бы я мог его использовать, мне не пришлось бы просить тебя о помощи.

— Я не понимаю. В чём может быть причина? Если вам нужно проверить вашего… Как вы сказали? Партнера?