— Да, — вздохнул я. — Уволился. Даже спрашивать не буду, откуда ты…

— Мне Роман рассказал, — тут же подтвердила она мои мысли, наблюдая за работой Лара. — Он, кстати, был недоволен…

— Прости, Изабелла, но не думаю, что меня сильно волнует, доволен он этим или нет, — пожал я плечами.

— О нет, — тут же поторопилась она добавить. — Ты меня не понял. Он о тебе только хорошо отзывался.

— А чего тогда недовольный?

— Говорит, что опять какой-то спор проиграл, — ответила баронесса. — Больше ничего не сказал, так что я не совсем поняла…

— Зато я понял, — хмыкнул, вспомнив обстоятельства нашего знакомства. — Не переживай. Ничего серьёзного он не проиграл.

— Серьёзного? — насторожилась она. — В каком смысле?

— Деньги, — пояснил я. — И, может быть, немного гордости.

— Ну тогда понятно, — задумчиво произнесла она. — А я-то все пыталась понять, почему он такой мрачный ходил и… О! А кто это тут у нас такой хороший?

Столь резкая смена темы разговора моментально заставила меня перевести внимание с лежащей на столе горы человеческих черепов, которые я рассматривал, на стоящую рядом женщину.

— Ну охренеть просто.

Других у меня слов не было. Пока мы разговаривали, лежащий у входа пёс подошёл к нам и ткнулся носом в бедро Изабеллы. И теперь получал свою порцию ласки.

— Кто хороший мальчик? — чуть ли не с девичьим восторгом бормотала баронесса, поглаживая пса. — А? Кто хороший мальчик? Ты, да? Конечно, ты…

Блохастый засранец сидел и с довольной мордой вилял хвостом.

— Если хочешь, то забирай, — предложил я ей.

— Так он же твой, нет? — удивилась она, на мгновение прекратив поглаживая. Разумеется, псину такое положение дел совсем не устроило, и пушистый тут же принялся тереться мордой о её руку, быстро спровоцировав возобновление ласки.

— Да не то чтобы он мне особо нужен, — пожал плечами. — Если честно, то я вообще рассчитывал, что Лар решит проблему с ним путём избавления меня от её причины, но…

— Но он придумал иное решение, да? — улыбнулась она.

— Ты в курсе?

Изабелла кивнула и снова посмотрела на животину.

— Да, видела, как он возился с этим кольцом. — Она кивком указала на моё кольцо. — Сказал, что это подарок для тебя. А у альфар с этим строго.

— Насколько строго? — уточнил я на всякий случай.

— Фразу «подарки не отдарки» слышал?

— Ну… как-то по-детски, нет?

— Нет. Даже не близко. Это именно то, что я имела в виду. Ну вот что-то в этом роде, только выкрути серьёзность на тысячу процентов, — с назидательным выражением на лице произнесла она. — Если альф сделал тебе подарок, то это навсегда. Они никогда не примут его назад. А отказ от такого подарка может стать серьёзным оскорблением.

— Ясно, — пробормотал я, глядя на пса.

Изабелла проследила за моим взглядом и сделал приглашающий жест рукой.

— Давай, Александр. Погладь его. Он правда хороший…

— Да не хочу я…

— Да просто погладь. Уверена, что вы подружитесь. Лар сказал, что у вас есть связь и…

— Я не хочу, Изабелла. Я не люблю собак…

— Попробуй…

Пытаясь скрыть раздражение, попытался протянуть руку к его макушке. Медленно. Не торопясь. Едва только протянул, как скотина тут же зарычала.

— Видишь? — Я даже в него пальцем ткнул, чтобы дополнительно очевидность бесперспективности всего процесса подчеркнуть. — Говорю же, я не люблю собак, а они отвечают мне взаимностью и…

Пёс злобно и резко гавкнул. Настолько неожиданно, что я сделал шаг назад, натолкнувшись спиной на стол. Один из лежащих на ней предметов от толчка чуть не скатился на пол, но я успел поймать его рукой.

— Осторожнее! — взволнованно вскрикнула Изабелла. — Они дьявольски дорогие!

— Какая жуть, — прокомментировал я, глядя на покрытый короткой вязью рун человеческий череп.

— Лар! — повернувшись, крикнула баронесса. — Сколько раз я тебе говорила не оставлять их в таком беспорядке!

Она ещё что-то говорила, но я не особо слушал, рассматривая череп. Нет, особой брезгливостью я не страдал. Скорее, любопытством. Ну череп и череп. Что тут такого? Я бы не обратил на него особого внимания, если бы не одно «но». Был он каким-то… не таким. И дело даже не в том, что кто-то с особым старанием вырезал на его поверхности уже знакомые мне альфарские письмена.

— Слушай, Изабелла, а что это такое? — привлёк я внимание баронессы.

— Череп? — уточнила она. — Это не артефакт. Не магический, точнее. Скорее, как предмет истории. Альфары любили вырезать свои легенды на кости и…

— Да я не об этом, — сказал я, повернул череп к ней «лицом», чтобы хорошо была видна передняя челюсть. — Вот, смотри. Откуда у него такие клыки?

Потому что такой хрени я, признаюсь, ещё не видел. Вместо нормальных человеческих зубов клыки у этого были раза в четыре длиннее и острее. Гораздо острее. Под конец они и вовсе сужались до иглообразного кончика.

— А, ты об этом, — охнула она. — Ну, это…

— Мои предки любили экспериментировать не только с животными, — вместо Изабеллы поведал Лар, делая последние штрихи в своём блокноте.

— То есть с людьми они тоже экспериментировали? — уточнили я.

— Как будто вы в то время от животных сильно отличались, — не удержалась от едкого замечания Эри, но тут же довольно забавно взвизгнула, когда её племянник ткнул её кончиком карандаша в бок.

— Не дёргайся, ты мне всю структуру портишь.

Да, знаю, что мешать не очень хорошо, но мне было любопытно.

— Лар, то есть твои предки не только таких вот животин выводили? — спросил я его, заодно ткнув пальцем в пса, на что в ответ альф лишь пожал плечами.

— Что поделать, у всех есть скелеты в шкафу, — отозвался альф. — Иногда даже буквально. Всё, я закончил. Можешь одеваться.

Последнее предназначалось уже Эри.

— Наконец-то, — выдохнула она с таким видом, будто только подверглась невыносимым страданиям. — Я уж думала, это никогда не кончится.

Вместе с её словами начали исчезать и тёмные узоры, что покрывали её тело, будто бы растворяясь прямо на коже.

Это был уже третий наш визит к нему, где Лар занимался тем, что аккуратно и придирчиво переносил узоры печати на листы бумаги. Как он мне пояснил, ему это было необходимо, чтобы разобраться в её структуре. Сам он подобными техниками никогда не занимался, но как, опять же, сам он заявил — это будет интересный для него опыт.

Оставив ему задание закончить наконец проверку коллекции, Изабелла попрощалась и ушла, не забыв при этом перед уходом почесать пса за ухом.

— В целом, кажется, я знаю, как её снять, — заявил Лар, потратив несколько минут на изучение сделанных им же набросков.

— Кажется? — тут же требовательно спросила Эри. — Или знаешь?

— Кажется, знаю, — последовал ответ.

— Меня это не устраивает!

— Ну что поделать. — Альф развёл руками. — Придется тебе довольствоваться тем, что есть. И, знаешь, что-то я тут не вижу других наших, которые готовы броситься тебе на помощь. А если вспомнить твой статус, то…

Малейшее упоминание о том, кем она стала для своего народа, тут же вызвало у неё такую злую гримасу на красивом лице, что кто послабее духом и поумнее на месте Лара быстро бросился бы в укрытие.

— Только посмей сказать это, и я… — зашипела Эри, но я её тормознул.

— Эри!

Горящие яростью глаза тут же повернулись в мою сторону.

— Успокойся, — уже мягче произнёс я. — Вообще-то он прав.

— Я и без тебя это знаю, — выплюнула она.

— Значит, не шипи и дай ему сделать свое дело, — спокойно посоветовал.

— Вот именно, — тут же добавил Лар. — Ибо я помогаю тебе только потому, что за тебя попросил Александр. Так что, скорее даже, я помогаю не тебе, а ему как моему другу…

Хотелось горестно вздохнуть, да плюнул. Ну ведь не мог же он не знать, какую именно реакцию вызовут подобные слова. Разумеется, упоминание того, что ей помогают только потому, что за неё попросили, разозлил Эри ещё сильнее. А уж то, что ей помогают по просьбе ЧЕЛОВЕКА, усилил эту ярость ещё больше.