— Не знаю, — спокойно отозвался я и отхлебнул из кружки. — Не пробовал.

Настя, видимо, хотела сказать что-то ещё, но лежащий на столе мой телефон прервал её звонком.

Глянул на экран. На дисплее высветилось «Лазарев Роман». Любопытно… Хотя, учитывая моё сегодняшнее выступление, я покривил бы душой, если бы сказал, что не ждал этого звонка.

Сейчас на меня будут орать. И даже почти за дело.

— Да? — спросил я, ответив на звонок.

— Живо в мой кабинет, — коротко произнёс Роман таким голосом, каким обычно родители вызывают к себе набедокурившего ребёнка, и повесил трубку.

— Извини, начальство зовёт, — улыбнулся я Насте. — Потом расскажи мне, как тебе кофе.

— Что? — она недоумевающе уставилась на меня. — Я…

Но я её уже не слышал. Если хочет наступить на грабли, то кто я такой, чтобы её от этого спасать? Хотела самостоятельности? Вот пусть и получает.

На то, чтобы добраться до кабинета Лазарева, у меня ушло не больше трёх минут. Всего-то и надо дойти от кафетерия до лифта, подняться, а там через холл и по коридорам до его кабинета.

Конечно же, он был там не один.

— Я требую, чтобы его уволили! — рявкнул Сергей Юдин, едва я только открыл дверь и вошёл в кабинет.

— Как вы посмели подделать наши подписи? — не отстала от него супруга и гневно посмотрела на стоящего с недовольным выражением на лице Романа. — Вы хоть в курсе, что творят ваши люди⁈

— Мы думали, что вы серьёзная фирма, — продолжил Сергей. — А ваш сотрудник пытался договориться с Арсеньевым за нашей спиной! Мы…

— Так, спокойно, — произнёс Роман. — Я понимаю, почему вы недовольны…

— Недовольны? — проговорила Юдина таким тоном, будто не верила в то, что только что услышала. — Недовольны⁈ Мы пришли к вам за помощью! Пришли за ней потому, что нас обманули! И что выходит⁈ Вы сами решили нас обмануть⁈

Роман повернулся ко мне и я прямо по его лицу видел, как он себя сдерживает.

— Александр?

— Что? — спросил я его в ответ. — Так и есть. У меня другой вопрос. Откуда они знают, что я это сделал?

— Нам позвонили адвокаты Арсеньева! — зло бросил Сергей. — Хотели узнать, точно ли мы отказываемся от их предложения. А мы даже не знали, что оно было! И не узнали бы, если бы не их звонок после того фарса, который вы там устроили!

— Какого ещё предложения? — задал вопрос Лазарев.

— А я разве тебе не говорил? — попытался я состроить удивлённое лицо, но, судя по всему, получилось так себе.

— Нет, — тут же язвительно произнёс он. — Запамятовал, видимо.

— Видимо, — согласился я. — Прекращение дела в обмен на компенсацию в десять процентов от украденной суммы…

— Они серьёзно так и сказали? — На лице Лазарева появилась ироничная улыбка. — «Украденной»?

— Ну, может, я немного приукрасил. Разумеется, нет. Сказали, что это чистосердечная и невероятно щедрая компенсация из средств самого Арсеньева. По доброй воле и с оливковой веточкой, так сказать…

— Скорее уж с косточками. Понятно. — Лазарев повернулся к Сергею и Марии. — Не могли бы вы нас оставить? Я хотел бы поговорить со своим сотрудником…

Оба супруга возмущённо посмотрели на него.

— Кажется, вы не поняли, — произнесла Мария, бросив на меня злой и колючий взгляд. — Мы хотим…

— Я прекрасно понял, чего именно вы хотите, — холодным тоном перебил её Лазарев. — А ещё я знаю, что мы занимаемся этим делом бесплатно. Поэтому ваш отказ от него не нанесет нам сильного вреда. Уж точно не больше, чем вам.

Эта тирада моментально сбила спесь с обоих. Видимо, в своём возмущении они немного позабыли о том, в каком именно положении сейчас находятся.

И Роман быстро понял, что это осознание к ним пришло. Не став провоцировать дальнейший конфликт, он ещё раз попросил их выйти, после чего уставился на меня.

— Может быть, объяснишь?

— Так, а чё тут объяснять? — довольно искренне удивился я. — Они, кажется, и так уже тебе всё рассказали.

— То есть ты не будешь отрицать, что подделал их подписи и эту чёртову доверенность?

— Нет.

Роман на пару мгновений прикрыл глаза. Глубоко вдохнул, после чего медленно спросил:

— Ты что творишь?

— Выигрываю дело. А ты что подумал?

— То, что я подумал, Александр, тебя не касается. Ты в курсе, что адвокатской лицензии лишали и за меньшее?

— Ну тогда очень удачно получилось, что у меня её нет вообще, — развёл я руками.

— Зато она есть у меня, — огрызнулся он. — Так решил мне отомстить? Завалить дело, чтобы потом скинуть на меня его последствия? Это подсудное дело!

— Ты серьёзно думаешь, что я настолько мелочный? — искренне поинтересовался у него. — Ещё скажи, что не смог бы отмазаться от подобной ерунды.

— Я считаю, что, вместо того чтобы заниматься своей работой, ты творишь какую-то чушь, — не остался он в стороне.

— Так я им и занимаюсь!

— Что-то не особо видно…

— Так ты меньше Насте помогай, — брякнул я и сразу же после этого мысленно обругал себя.

Понадеялся, вдруг он за это не зацепится.

— Что, прости? — переспросил Лазарев.

А нет. Зацепился.

— Просто забей, — отмахнулся я и поспешил сменить тему. — И касательно этого, да, я подделал их подписи на этой чёртовой доверенности. Специально это сделал. И да, я прекрасно знал, что Арсеньев и его адвокат им позвонят после того, как я уйду.

Лазарев хотел было что-то сказать, но затем нахмурился. Ему хватило примерно шести секунд.

— Ты устроил им ловушку, — сказал он.

— Дошло наконец, — не удержался я, надеясь, что сарказм в моём голосе не очень заметен. — Лучше расскажи, что за надменный мужик в адвокатах у Арсеньева.

— Какой ещё мужик? — не понял Лазарев.

— Полноватый такой, — начал я описывать. — Носит очки. Рожа вечно недовольная. О, ещё он французскими фразочками бросается и…

— Проклятие. Так и знал, что он в это влезет, — пробормотал Роман и раздраженно поджав губы уселся на одно из кресел. — Артемий Филинов. Мой старый… можно сказать, соперник. Я знал, что Артемьев нанял юриста из его фирмы, но на бумагах стояло другое имя.

— Ну, судя по всему, он решил вписаться, когда узнал, кто именно будет представлять Юдиных, — сказал я. — Потому что мужик к тебе явно неровно дышит.

— Ещё бы. — Роман невесело усмехнулся. — У нас с ним что-то вроде давнего спора. Или соревнования, если хочешь. Пока три-два в мою пользу.

— Хочет сравнять счёт?

— Ты вроде бы говорил, что деньги, которые он вывел, отследить нельзя, — вместо ответа спросил Лазарев, не став раскрывать эту тему.

— Говорил, — согласно кивнул. — Но я на сто процентов уверен, что они сейчас все до последней копейки вложены в инвестиционные портфели фонда, где он работает с одобрения своего дружка…

— Думаешь, что тот замешан?

— А ты бы знал о том, что твоя фирма занимается отмыванием денег для, допустим… организованной преступности?

Кажется, стоило задать этот вопрос, как температура в комнате упала на пару градусов. Услышав этот вопрос, Лазарев хмуро посмотрел на меня.

— Бред.

— Ну чисто гипотетически? — продолжил давить я, внимательно следя за его лицом.

— Мы бы никогда этого не сделали, — отрезал Лазарев, и в его голосе слышалось искреннее возмущение.

— А если бы сделали? — не стал я отступать. — Если бы кто-то использовал возможности компании для своих целей? Ты бы позволил посторонним людям копаться в её делах ради того, чтобы найти виновного?

— Если бы это была моя компания, то нет, не позволил бы, — произнёс Лазарев, сделав особое ударение на словах «моя компания». — Потому что это колоссальный репутационный удар.

— Вот тебе и ответ, — развел я руками. — Даже если он не замешан, если мы сейчас ему сообщим о том, какое именно дело начато в отношении Арсеньева, то он либо предупредит его…

— Что даст тому время вывести деньги в другое место, — закончил за меня Лазарев и добавил: — Либо же вовсе с ним в доле.

Я кивнул.

— Одно из двух. Либо то, либо это.