— Было.

— Ой, Рахманов, да катись ты в задницу. Не хочешь — не надо…

— А я не против.

— А тебя, Рита, никто не спрашивал.

Рыжая надулась и с оскорбленным видом встала из-за стола, взяла коробку и пошла к стеллажу.

А я задумался. В конце концов, а почему бы и нет? Ну бесит он меня. И что? Не он первый, не он последний. Всё равно каких-то определенных планов на эти выходные у меня не было. Слушание по делу Яны перенесли на вторник. Там будет уже новый обвинитель, что в целом уже само по себе решало дело в нашу пользу.

Оставалось ждать одного из двух. Либо новый противник попадётся опытный, сразу же откажется от немедленного возобновления дела и будет тянуть время, чтобы разобраться в происходящем, как и поступил бы любой нормальный прокурор… либо нам назначат «козла отпущения».

Ладно, немного грубо прозвучало, но суть фраза передаёт точно.

Имелась такая вот категория людей, которых, как правило, направляли лишь для видимости и самого факта их присутствия. В большинстве случаев они были либо неумелыми и неопытными прокурорами, лишь недавно получившими свою должность, либо же уполномоченными помощниками этих самых прокуроров, набирающиеся практики на таких вот делах. Хотя последних в этой роли можно было увидеть лишь в самую последнюю очередь. Всё же хорошие государственные обвинители старались защитить своих протеже от подобной участи.

С другой стороны, кто в здравом уме захочет, чтобы в его личном деле в самом начале карьеры были пометки о сплошных проигранных делах?

В любом случае, если слушание со вторника не перенесут, то это с девяностопятипроцентной вероятностью будет означать лишь одно: победа за нами. Там он или признает несостоятельность обвинения и снимет его за недостаточностью улик, как, в общем-то и следовало сделать в самом начале, или доведёт всё до голосования присяжных, которые после моего перформанса тоже останутся на нашей стороне.

— В целом можно и выпить, — всё же решил я. — Если ты платишь, конечно же.

— А с чего это ты решил, что платить должен я? — тут же возмутился он.

— Ну, во-первых, пить всех позвал ты, — принялся загибать пальцы. — А тот, кто спровоцировал пьянку, тот и угощает. Это старая адвокатская традиция, между прочим…

— Что-то я впервые слышу о такой традиции, — послышался голос от дальнего стола, за которым последние два дня сидела Анастасия.

После того памятного вечера и своего проигрыша она больше не вступала со мной в полемику при всех, что, если честно, казалось мне странным и даже несколько пугающим. Казалось бы, такая гордячка с раздутым до размеров императорского дворца эго должна была попытаться вернуть себе очки при любой возможности.

Змея, сидящая в засаде. Не иначе.

Хотя стоит всё же отметить, когда мы оставались наедине, она этим и занималась.

А вот «на людях» держалась кротко, как невинная овечка… ладно, тут уже я соврал. Скорее, как холодная змея, которой не было до меня никакого дела. Она вообще была удивительно молчалива в последнее время. За весь этот вечер даже слова ни одного мне не сказала. А ведь как жаль! Какие возможности для развлечения пропадают!

— А ты адвокат? — не удержался я от подколки.

— А ты? — последовал встречный вопрос. — Я хотя бы образование имею…

— Ты ещё учишься.

— В отличие от тебя, — съязвила она, явно втягиваясь в перепалку, — оно у меня хотя бы будет.

— В прошлый раз оно тебе не помогло, — тут же напомнил я.

Забавно. В этот раз она не вспыхнула злостью или возмущением. Скорее наоборот.

— Ох, Рахманов, — зловеще произнесла она, — потешайся, сколько влезет. Пусть этот крошечный, как твой мозг, триумф, станет самым впечатляющим событием в твоей жизни, прежде чем я окончательно раздавлю тебя.

— Мечтай дальше.

— Моя мечта — увидеть тебя на коленях, — высокомерно бросила она.

— Ну, как говорил один мудрец, — вспомнил я. — Мечтай в одну руку, сри в другую. Расскажешь потом, какая быстрее наполнится.

— Это кто так сказал? — тут же спросил Розен.

— Ты его всё равно не знаешь, — махнул я рукой, вставая со стула. — Мы пить идём?

— Я за тебя платить не буду.

— Будешь, Розен. Ты мне должен, если ты не забыл.

— Я…

— Вы идёте? — перебил я его, повернувшись к остальным.

Как и раньше, сидевший дальше всех от нас Виталик покачал головой и сослался на какие-то дела. В целом я сильно сомневался, что Настя или Рита согласятся на подобное. К собственному удивлению, я оказался не прав.

— Почему бы и нет, — неожиданно сказала Анастасия.

— Я тоже пойду! — тут же влезла Рита, едва только Лазарева высказала своё желание пойти с нами.

— Ну она-то понятно, — кивнул я в сторону рыжей. — А ты с чего это вдруг согласилась?

— А ты не обнаглел ли, Рахманов? — улыбнулась она с явной издёвкой на губах. — Я делаю только то, что хочу. И не убогому плебею задавать мне такие вопросы…

— Ну, одна аристократка может лишь тявкать, а в ответах на вопросы слабовата, мы уже и так знаем, — пожал плечами. — Ладно. Тогда встречаемся внизу через пятнадцать минут.

Я пошёл в сторону лифта — и вот неожиданность! Лазарева увязалась за мной!

— Ты зачем меня преследуешь?

— Ты идиот или как? — тут же получил вопрос в качестве ответа. — Мы в одном отделе работаем. У меня вещи там.

— Да, я так, скорее, просто побесить тебя хотел.

— Пф-ф-ф, жалкая попытка.

— Ну конечно, конечно.

Забрав вещи, спустились дожидаться Розена и Риту. Я бы и Марину с нами позвал, но она ушла домой еще несколько часов назад. Розен с рыжей подошли примерно минуты через четыре, так что ждать долго их не пришлось. Собравшись, мы двинули в бар.

Заведение, куда привёл нас Евгений, находилось примерно в десяти минутах ходьбы от здания, где находилась фирма. По-честному, я ожидал, что Розен притащит нас в какой-то гламурный клуб или нечто подобное. Нет, ну правда, чего ещё от него ожидать? Все же сынок барона. Как иначе-то⁈ Ну наверное.

К моему удивлению, всё оказалось несколько иначе. Место это оказалось столь же далеко от слова «гламур», как бюрократия от эффективности. Вместо крутого и популярного заведения для любящей оторваться золотой молодёжи нас встретило тихое и даже уютное место.

Приглушенное освещение, создающее интимную атмосферу. Старинные бронзовые светильники отбрасывали теплый янтарный свет на темные деревянные панели стен, создавая игру теней и света. Барная стойка — вообще настоящее произведение искусства из полированного красного дерева, за которой виднелись ряды бутылок, мерцающих в мягком освещении. Высокие барные стулья с кожаной обивкой цвета виски приглашали присесть и насладиться напитком. В глубине зала располагались уютные кабинки с бархатными диванами глубокого синего цвета. Между ними — небольшие круглые столики из темного дерева.

Из мастерски скрытых в декоре интерьера динамиков играл негромкий джаз. Достаточно тихо, чтобы не мешать общаться между собой, но в то же самое время так, чтобы создавать нужную атмосферу.

Короче, резюмирую: отличное и весьма приятное место. Если тут ещё и пиво вкусное, то будет не зазорно сюда потом ещё раз зайти.

— Признаюсь, удивил, — сказал я Розену, оглядывая зал заведения.

— В смысле?

— Да не бери в голову. Пошли уже. Я бокал темного хочу…

Блин, даже удивительно. Розен — мелочный мудак. Рита — просто подлиза и склочница. Настя же… ну с ней и так понятно. Лучшая ли это компания, чтобы провести с ней вечер? На первый взгляд, вряд ли.

Но я не мог не признать один простой факт. Они были умны. Действительно умны. По крайней мере, в том, что касалось юриспруденции.

Так уж вышло, что, не имея между друг другом ничего, кроме взаимной и довольно едкой неприязни и странного духа соперничества, все наши разговоры в итоге свелись к обсуждению исключительно работы. Никто в целом и не протестовал. Мне, в общем-то, было плевать, как они живут. Розен и остальные отвечали мне взаимностью. Как и друг другу.