Точно! Дождавшись, пока рванет и опадет вспышка, я ворвался в амбар. Ну тут работа только на ускорении, вампиры — твари резвые, а на ускорение выходят не по заклинанию, как я, а природным метаболизмом. Но все равно, если ты застал их врасплох, да еще и не дал проморгаться…

Огнестрел на такой скорости бесполезен, когда ты движешься быстрее пули. Только холодное оружие. И вот тут природные таланты упырей становятся бесполезны — клыки и когти знамо короче сабли. А ей я и работал.

С четырьмя упырями я справился за четыре удара, поразив кого в череп, кому снеся башку. А вот пятый — похоже, их альфа — оказался прытче всех. Поняв, что ему пришел звиздец, попытался улизнуть. Э, нет, врешь, не уйдешь! Я метнул саблю, которая вошла ему точно в затылок. Все, выходим, энергия утекает, как в песок!

А теперь — контроль! Вынув из затылка альфы сабельку, я первым делом смахнул ему башку. Первый готов. Остальные…

Черт, про жертв я и забыл! Тройка похищенных девушек… Поправочка — уже не девушек. Тройка свежеобращенных упырей, ползущих ко мне с рыком и отрастающими когтями, с налитыми кровью глазами. Понятно, что пока херово, мутит и вообще буйство красок и звуков жить мешает. Да и жрать хочется после успешного обращения, кусочек свежего мясца с кровушкой — самое оно.

Я достал «Беретту» Грега — зачем мне свои волшебные пули тратить — и пристрелил всех трех новообращенных тварей серебряными в голову. А потом, спрятав пистолет, взмахнул саблей. А что делать? Вампиризм, как и некоторые инфекционные болезни с острым течением, не лечится. А если уже инициирован человеческой кровью — и подавно.

Нет, есть, конечно и социализованные приличные вампиры вроде Азии, но таких мало. Чаще всего те, кого укусили помимо воли, и не успели инициировать. Чтобы получить право на жизнь в моем мире твари надо было пройти семь кругов ада, но в конце концов, если ты не представляешь опасность для окружающих — ты свободен. Не знаю, как тут дела обстоят, потом выясню. Моя работа состоит не в этом.

Я вытер саблю об одного из упырей и вышел из амбара. Да, клинок надо сразу дезраствором ополоснуть. Мне-то пофигу, у меня прививка от вампиризма и ликантропии есть, а вот непосвященный может и заразиться. Правда, надо для этого постараться, лизнуть клинок с кровью и при этом порезаться…

Когда я вышел из амбара и взглянул на небо, сразу так хорошо стало… Синее небо, солнышко ядовитое для вампиров светит, ласковый ветерок… Самый лучший день, чтобы жить. Эх!

Ко мне уже спешил сержант, смешно раскачивая колыхающимся пузом и пара его подчиненных.

— Ну что? — с нетерпением спросил он. — Все?

— Ага, — безмятежно ответил я, щурясь и подставляя лицо солнцу.

— Заложники?

— Не выжили. Обернулись.

— А где Грег?

Точно, пойду по щекам его отхлещу, чтобы в себя пришел. Или подправлю оболок.

— Эй! Рота, подъем! — гаркнул я сержантским рыком под ухом нашего бравого зольдатика, балдевшего в теньке.

Веки Грега дрогнули, а затем приоткрылись.

— А… а что случилось? — его глаза выражали экзистенциальную глубину невосприятия окружающей реальности.

— Ничего. Тебя просто сморило, — усмехнулся я.

— Издеваешься? Меня? Сморило? Сейчас?

— Ну да, — подтвердил я, протягивая ему пистолет. — Да, спасибо за пушку. Помогла.

— Помогла? — он непонимающе заморгал.

Тьфу, черт. Надо ему объяснить политику партии и правительства. А то игра в вопрос-ответ затянется надолго.

— Все вампиры убиты, заложники обратились и тоже убиты. Больше жертв нет.

— Как это?

— Да вот так, — я уже потерял терпение. — Я вошел и всех замочил. Вопросы есть?

— Есть и много, — он подал мне руку. — Помоги встать.

— Хорошо, дедуля, — ухмыльнулся я. — А все вопросы — на разборе полетов у Сида. Оставим копам уборку и поехали!

Да, разбор полетов у Сида был громкий. В смысле, от меня громкий, я им не дал ни слова сказать.

— Какого хрена вы пустили в амбар это мясо? Каких-то неумелых реднеков?

— Они вроде как были сильными охотниками… — начал было Сид.

— Каким местом? — перебил его я. — Они? Сильные? Местный бич тараканов?

Ну если уровень местных такой, что два неумехи могут считаться сильными, то пришла звизда этому миру.

— Они хоть когда-нибудь охотились, на кого-нибудь посерьезнее койотов?

— И на медведей тоже, — сказал Грег.

— Вот только мы имеем дело не со зверьем, а с умным и опасным противником, который мало в чем нам… то есть мне уступает!

— Не много ли на себя берешь? — хмыкнул Грег.

Вероятно, не может мне простить, что я сам справился, без этого спецнаховца.

— А это уже оценивать тварям, — сказал я. — Оболок вы мой видели, нечисть я за все время перевел разную, от милых и безопасных зверушек вроде сегодняшних до Рыцарей Ада. Так что я беру на себя ровно столько, сколько стою.

— Все-таки начальник здесь я, — попытался вякнуть Сид, закрепить, такскать, статус-кво.

— Начальник? — иронично спросил я. — Начальник? Для них — может быть, а для меня ровно настолько, насколько я вам это позволю. Не забывайте, что это так называемое наше сотрудничество по принуждению и произошло с вашей помощью. Для меня же это загубленная жизнь со всеми вытекающими.

— И все же…

— Если вам это не понятно, то я с удовольствием разъясню. Вы отняли у меня все, что было. А было много чего и я это потерял. Дом, мать, любимую женщину, друзей, карьеру и будущее. Из-за того, что кучке мудаков приспичило устроить для своего будущего вот такое вот лядство с далеко идущими последствиями, не обращая внимания на других! — выдал я почти все, что хотел.

Посмотрим, как он полезет в залупу. А там может и сотрудничество закончится, не начавшись. Потому что это местное отделение я передушу голыми руками, как курей. Хотя бы просто пар выпустить. А там на вольные хлеба и нелегальную работу — и не от таких организаций скрывался.

— Закончил? — осведомился Сид. — Да, это так и я это полностью признаю. Да, мы сделали это сознательно и взвесив все «за» и «против». Что можем — мы попытаемся тебе компенсировать, хотя за то, что ты потерял, вряд ли устроит какая-то компенсация, тут вещи более важные, чем материальные. Но. У нас не было другого выбора. У всего мира его не было. Специалист с большим опытом, да еще и профессионально обученный — в нашем мире этого еще нет. И долго не будет. Это я тоже говорю честно. Поэтому еще раз прими наши извинения и выдвигай свои требования, удовлетворим, что сможем.

Я аж репу почесал. Да, немного неожиданно. Редко, когда признают ошибки. Вот только… мне от этого не легче, конечно. Я в положении жертвы несчастного случая — дерьмо случилось и теперь надо как-то с этим жить, привыкая. И, естественно, я местных не прощу — но надо как-то существовать, как я уже говорил.

— Хотя бы купите по списку то, что я заказал. Если уж все так хорошо и замечательно.

Сид издал стон души, не нашедшей покоя. Наверное, научился у привидений, которые бродят по ночам в этом замке. Правда, я еще ни одного не видел — но я-то и ночевал здесь всего одну ночь.

— Ты понимаешь, о чем просишь?

— Да. И все это для дела. Я могу еще заказать в порядке одной сотой части компенсации эскорт, лимузин и икру.

— Икру?

— Обязательно белужью и обязательно из России. Персидскую сами жрите, ею кошки брезгуют.

— В принципе, он прав, — сказал Сиду Грег. — Если мы хотим расширяться и стать действительно сильным отделением, то нам многое из этого будет необходимо.

— Да и я согласен, — простонал Сид. — Но где деньги взять? Королевские дома не дадут на это средств, но с огромным удовольствием прикупят это себе.

— Чтобы прикупить это себе — нужно быть артефактором хотя бы средней руки. Или ювелиром и магом.

— Представь себе, такие есть. В отделениях их мало, но на службе королевских домов — сам понимаешь.

— А если это заработать? — Грег прищурился, глядя на Сида.