Я глубоко вдохнул. Они были правы: невероятное стечение обстоятельств, титанические усилия сотен людей, легенда, вернувшаяся из небытия — все это сложилось в единую картину, которая позволила нам выстоять. Нужно было лишь разделить их, не дать объединиться, и… Без этого мы бы проиграли. Мир бы проиграл.

— Значит, — тихо сказал я, глядя на трофеи, которые собирали товарищи, — эти части… не просто трофеи. Это ключи к пониманию Леса и созданию оружия против него. Или… — я посмотрел на Элронда, — к чему-то еще?

Старик улыбнулся.

— Ко всему, мальчик, чего захочет твоя воля и талант. Но для начала — просто возьми, пока не разобрали. — он толкнул меня в сторону небольшой кучи темных, мерцающих осколков, которые лежали рядом с основанием отрубленной клешни. — Суставной материал. Самый плотный, прочный и… «живой». Думаю, для тебя он будет полезнее всего.

Я не стал спорить. Подошел и осторожно положил ладонь на холодные, шершавые осколки. Они были тяжелыми, как куски железа, но под пальцами ощущалась странная, дремлющая вибрация. Собравшись с мыслями, я вызвал интерфейс инвентаря. Осколки дрогнули, вспыхнули легким сиянием и исчезли. В системном хранилище появилась новая запись: «Фрагменты суставной древесины Короля Леса (Краб) — 12 ед. Качество: Внеклассовое».

Затем я обошел тушу и забрал несколько пластин панциря с замысловатыми узорами прожилок, пару когтей поменьше и, после секундного колебания, сгусток черной, смолистой субстанции, вытекший из развороченного черепа.

«Концентрированная ментальная эссенция Короля Леса (Краб). Качество: Внеклассовое».

Закончив, я отступил. От гигантского краба почти ничего не осталось- лишь грубые, бесформенные обломки и лужица медленно испаряющейся жидкости.

Наконец, мы двинулись к городу. Шли молча, осмысливая пережитое.

По дороге встречались другие группы. Они, как и мы, возвращались в «Белый Шпиль»: бледные, изможденные, но с твердым, решительным блеском в глазах. Многие несли трофеи — части панцирей, щупальца, сгустки энергии. Ликования не было. Это было не ощущение победы, а скорее… выполненного долга. Глубокой, выстраданной необходимости, которая наконец осталась позади.

Распахнутые ворота города встретили нас гулким эхом шагов по пустым улицам. «Белый Шпиль» все так же молчал, но теперь его тишина была не зловещей, а умиротворенной, словно после бури. Мы добрались до площади у подножия центральной башни и, почти без сил, опустились на холодные каменные плиты. Кто-то прислонился к стене, кто-то просто сел на землю, закрыв глаза.

Я замер, вскинув взгляд на площадку башни, где виднелись две фигуры — Кай и Лина. Затем перевел его на Элронда. Старик, опираясь на посох, тоже смотрел наверх.

— Пойдем? — тихо спросил я.

Элронд лишь кивнул.

Мы поднялись по винтовой лестнице и вышли на открытую площадку. Нас встретил холодный утренний ветер и бескрайняя степь.

Кай стоял у самого края, спиной к нам. Лина сидела на выступе и смотрела на восток. Услышав наши шаги, она обернулась. Ее лицо было бледным, глаза — огромными, но паника уступила место глубокой, бездонной усталости и тихому облегчению.

Кай тоже повернулся. Шлем был снят, короткие темные волосы развивал ветер. Его правильное, резкое лицо было спокойным, но в пронзительных глазах читалась такая же усталость, как и у нас. Он молча посмотрел на меня, на Элронда, затем кивнул в сторону степи.

— Вы все большие молодцы. — сказал он. Его голос звучал приглушенно, почти обыденно.

Я подошел к парапету и посмотрел вниз, на площадь, где постепенно собирались другие Творцы. Многие уже вернулись, другие подходили малыми группами. Все были измотаны, но не сломлены.

— Осталось немного. — продолжил Кай, следуя за моим взглядом. — Там, на северо-востоке, еще дерутся три группы, но они берут верх. — он замолчал, дав нам время оценить обстановку.

Я прищурился. Вдалеке, у подножия одинокого холма, еще мелькали вспышки, но их характер изменился. Яростная, хаотичная схватка сменилась методичными, точными ударами, скоординированными атаками. Творцы перехватили инициативу.

— Системные Творцы. — прошептал Элронд. В его голосе смешались гордость и горечь. — Изгои. Те, кого веками преследовали, боялись, уничтожали… Только что в одиночку остановили апокалипсис.

В глазах Кая, обращенных к старику, мелькнуло теплое, почти отеческое чувство.

— Не в одиночку, Элронд. — произнес он, кивнув в мою сторону. — Вместе со всеми, кто сегодня отдал свою силу. Лес побеждается не одним героем, а волей целого народа. Я знал это всегда, просто… мир успел забыть.

Мы стояли молча, провожая взглядом последнюю вспышку на горизонте. Наступила абсолютная тишина, словно даже ветер затаил дыхание, чтобы не нарушить этот момент.

Победа.

Но она не принесла бурной радости. Не было ни криков, ни слез, ни бурных объятий. Лишь тихое, всеобщее опустошение, смешанное с глубочайшим, почти физическим облегчением. Творцы на площади опускались на камни, кто-то ложился, закрывая глаза. Некоторые делились водой из фляг, перевязывали раны, но в воздухе царил лишь всеобъемлющий покой.

Кай подождал, пока последние отряды не вернулись в город, слившись с общей массой. Он внимательно посмотрел вниз, словно сверяясь с невидимой картой в своей голове, и наконец медленно кивнул.

— Все. — произнес он. — Готово.

Он повернулся к нам, и в его позе, в выражении лица появилась деловая, холодная собранность. Наступил момент для следующих шагов.

— Ключ Контроля, — начал он, подняв руку с браслетом. Тот все так же ровно пульсировал, но теперь его свет был не резким, а мягким, умиротворяющим, — выполнил свою главную задачу, но его миссия еще не окончена.

Он сделал паузу.

— Артефакт держит Лес под контролем, но для поддержания этой власти требуется постоянный приток Живой Энергии.

— Значит, он должен быть активен все время? — уточнил я, не сводя глаз с браслета.

— Да. — подтвердил Кай. — Но уровень энергопотребления сейчас в сотни раз ниже. Горстка Творцов, даже один, смогла бы поддерживать его годами. Проблема в другом. — его взгляд омрачился. — Ключ не работает, будучи в инвентаре. Он должен быть частью мира, в физическом контакте. Поэтому я и хранил его в Терминусе, в Хранилище. И именно поэтому… сейчас у нас проблема.

Терминус лежал в руинах. Мертвый, опустошенный город, где даже дух, казалось, выветрился за века забвения.

— Не вижу никаких проблем. — возразил Элронд. — Нам нужно просто восстановить его.

Кай взглянул на него с искрой надежды в глазах.

— Нужно. — согласился он. — Но это не просто город, Элронд. Это крепость, сердце защиты мира. Его стены должны выдерживать любые атаки, а жители — быть вечными стражами. Мы с товарищами строили его десятилетиями, имея ресурсы всей Империи, лучшие умы, огромную силу. А сейчас… — он развел руками.

Но Элронд не дрогнул. Старый Творец выпрямился во весь невысокий рост, и морщинистое лицо озарилось внутренним светом непоколебимой решимости.

— У тебя есть я, Кай. — произнес он, бархатный голос неожиданно обрел стальную силу. — А у меня есть Пристанище, где собрались Творцы со всего Эйвеля. И у нас есть все необходимое, чтобы возродить Терминус. Чтобы вернуться домой.

Его слова звучали с такой страстью, с такой верой, что даже Кай, казалось, на миг отступил под этим напором. Легенда смотрела на старика, которого когда-то знала малышом. В его глазах бушевала буря эмоций: ностальгия, боль, гордость и вновь — надежда.

— Пристанище… — пробормотал Кай. — Да, это хорошо. Но для Терминуса нужны не просто Творцы, Элронд. Нужны Системные Творцы — воины, защитники. Те, кто сможет встать на его стенах и сказать «нет» любой угрозе. Те, чья воля будет такой же несокрушимой, как камни его фундамента.

Я кашлянул, привлекая их внимание. Оба взгляда — ледяной Кая и мудрый Элронда — устремились на меня.

— Внизу, — сказал я, кивнув в сторону площади, — их уже несколько десятков.