Бранка стояла в центре зала. Ее поджарое, мускулистое тело излучало собранность и готовность. Простая тренировочная форма облегала ее, подчеркивая каждый рельеф. При нашем появлении она не ответила приветствием или улыбкой, лишь сурово и предельно сосредоточенно посмотрела на нас глазами цвета темного меда.

— Макс! — ее хриплый голос гулко прокатился под сводами. — В раздевалку! Переодевайся и ко мне! У тебя три минуты!

Кивнув, я быстро направился к двери. Внутри раздевалки царил полумрак и резкий запах дезинфекции. Я нашёл свободный шкафчик, скинул одежду и надел лёгкую, но прочную тренировочную форму из тёмно-серой ткани.

Вспомнив наставление Элронда о Пристанище, я мысленно отключил «Сокрытие Путей». Над головой вновь засияли все три линии Путей. Активировав титул «Первый Игрок двух миров», я был готов к тренировке.

Едва я вышел из раздевалки, как заметил, что Горст и Эдварн уже сменили одежду и расположились позади меня. Каэл же, усевшись на скамье в углу, смотрел на происходящее с нескрываемым любопытством.

Бранка скользнула взглядом по моим спутникам.

— Делайте что угодно. — заявила она без тени приветливости. — Тренируйтесь, медитируйте, на стену смотрите. Но если хоть одним звуком или движением помешаете нашему занятию… — она оставила фразу неоконченной, но обещание боли в ее глазах было красноречивее любых слов.

Мужчины, прошедшие закалку в пограничных войсках, синхронно кивнули и отошли, освобождая пространство.

Бранка же полностью сосредоточилась на мне. Она медленно обошла меня, внимательно изучая. Ее пронзительный взгляд сканировал осанку, каждую мышцу. Иногда она останавливалась, и ее твердые, шершавые пальцы с невероятной точностью прощупывали ключевые точки: плечи, лопатки, мышцы кора, бедра. Она то одобрительно хмыкала, то коротко кивала, бормоча что-то себе под нос.

— Феноменально. — наконец вынесла она вердикт, остановившись передо мной. — Для твоего возраста это просто невероятно. Будь я лет на десять моложе, наверное, влюбилась бы. — на ее строгих губах мелькнула редкая улыбка. — Мышечные волокна высочайшей плотности, идеальные сухожилия, костная структура… будто тебя вылепили вручную по чертежам древних богов. Если бы мне кто-то рассказал о таком, я бы рассмеялась в лицо. Но ты стоишь здесь. И это… хорошо.

Она сделала паузу, и в ее глазах загорелся огонь амбициозного мастера, готового выковать свой самый ценный шедевр.

— Но сырья, даже самого качественного, недостаточно. Нужна обработка. Огнем и молотом.

Она достала из инвентаря четыре невзрачных предмета. Темно-серые браслеты, без каких-либо украшений или рун, выглядели так, будто их наспех выковали из обычного железа.

— Надень. — скомандовала она, протягивая их мне. — На запястья и лодыжки.

Не задавая вопросов, я повиновался. Браслеты были холодными и на удивление легкими. Защелкнув последний на правой лодыжке, я посмотрел на Бранку, демонстрируя готовность.

Она широко улыбнулась. В этой улыбке было что-то хищное и радостное одновременно.

— Отлично. Добро пожаловать в мою Кузницу, Макс. Раскаляем металл.

И в тот же миг на меня обрушилась гора.

Это было не просто образное выражение, а осязаемое, физическое ощущение. Браслеты на руках и ногах словно ожили, сковав конечности невидимой, чудовищной тяжестью. Руки, еще мгновение назад свободно свисавшие вдоль тела, теперь с трудом удерживались от того, чтобы не впечатать меня в пол. Ноги стали ватными, невероятно тяжелыми, будто мою обувь отлили из чистого свинца. Я едва не рухнул на колени, инстинктивно напрягая каждую мышцу, чтобы удержать равновесие. Четвертый уровень Пути Закаленного Тела взревел внутри меня в знак протеста. Это были утяжелители, но по сравнению с ними все, что я испытывал раньше, казалось детской забавой.

Бранка дала мне несколько секунд, чтобы насладиться новыми ощущениями. Ее взгляд был доволен.

— Чувствуешь? — спросила она. — Это не просто дополнительный вес, а артефакты, влияющие непосредственно на гравитационное поле вокруг твоих конечностей. Они увеличивают не массу, а ее притяжение в десятки раз. И это еще не все: утяжелители будут гасить инерцию. Каждое твое движение станет настоящей борьбой, словно ты пытаешься двигаться по густому, вязкому меду.

Я попытался сделать шаг. Это было мучительно. Нога отрывалась от пола с таким отчаянным трудом, словно я вырывал ее из цепкого бетона. Движение получилось медленным, неловким, требующим колоссальных усилий даже от моих закаленных мышц.

— Прекрасно. — констатировала Бранка. — А теперь… разминка.

И начался настоящий ад.

Она не стала усложнять задачу техническими элементами. Все было до примитивности просто. И оттого — в тысячу раз тяжелее.

— Бег по кругу! — скомандовала она.

Попытка бежать обернулась кошмаром. Ноги превратились в свинцовые гири, каждый шаг — мучительным усилием, высасывающим кучу энергии. Дыхание, обычно ровное даже в пике нагрузки, сбилось уже после второго круга. «Абсолютное Тело» работало на пределе, перераспределяя ресурсы, нейтрализуя молочную кислоту, но даже оно не могло справиться с чудовищной тяжестью браслетов.

— Теперь отжимания! — раздалась следующая команда, едва я, обливаясь потом, остановился перед ней.

Опуститься в упор лежа было испытанием. А сделать отжимание… Руки дрожали от непривычного, чудовищного напряжения. Каждое движение требовало концентрации всей моей воли. Я чувствовал, как горят мышечные волокна в груди, плечах и трицепсах.

— Приседания!

Поднять собственное тело, умноженное на силу гравитационных артефактов, было сродни подвигу Геракла.

Бранка не стояла на месте. Пока я изнывал под натиском простейших упражнений, она использовала другие артефакты. Один, напоминающий крупный кристалл, Бранка направила на меня. Воздух вокруг мгновенно сгустился, стал вязким, словно желе, делая каждое движение мучительно трудным. Другой, небольшая сфера у ее пояса, издавал едва уловимый гул, который усиливал давление на мою нервную систему, заставляя мышцы рефлекторно напрягаться и тратить драгоценную энергию.

Она заставляла меня ползать по-пластунски, качать пресс, делать выпады, выжимать из себя последние силы в каждом движении. Пресс горел, мышцы ног дрожали от невыносимой нагрузки. Каждое упражнение было пыткой, каждая секунда — испытанием. Пот заливал глаза, дыхание срывалось хриплым, прерывистым стоном. Я не знал такой усталости даже после самых ожесточенных схваток. Это была не битва, а методичное, безжалостное разрушение моих прежних пределов, перековка тела.

Горст и Эдварн, наблюдавшие с безопасного расстояния, смотрели на это с нескрываемым ужасом, смешанным с уважением. Они сами прошли через ад тренировок, но то, что творила Бранка, выходило за рамки их понимания.

Когда я, по ее приказу, в десятый раз попытался подтянуться на перекладине, которая вдруг стала предательски скользкой и шаткой — очередное ее дьявольское изобретение — мои пальцы разжались. Я рухнул на пол. Единственным моим желанием было лежать и не двигаться. Казалось, каждая клетка моего тела отчаянно кричала от боли и полного истощения.

Я лежал, пытаясь просто дышать. «Абсолютное Тело» работало, я чувствовал, как оно пытается стабилизировать сердцебиение, утилизировать продукты распада в мышцах, но нагрузка была запредельной.

Бранка подошла, склонилась надо мной, заглядывая в лицо. На ее строгих чертах застыло удовлетворение.

— Неплохо. — произнесла она, в ее голосе прозвучала легкая насмешка. — Для первого раза. Целых сорок семь минут продержался. Многие мои бойцы сдавались раньше.

Она сделала паузу, давая мне осознать «комплимент».

— Ладно. — девушка выпрямилась, потягиваясь. Ее мускулы напряглись под тканью формы. — Хватит отдыхать. Разминка закончена.

Мое сердце, только начавшее успокаиваться, снова забилось как сумасшедшее. Я уставился на нее, не веря своим ушам.

— Что? — хрипло выдохнул я.

— Ты думал, это и была тренировка? — она удивленно подняла бровь. — Нет, мальчик мой. Это была всего лишь РАЗМИНКА. Чтобы разогреть металл, подготовить его к ковке. А теперь… — ее глаза снова вспыхнули знакомым огнем фанатизма, — … начинается настоящая тренировка. Вставай. Покажу тебе, что такое веселье.