Я затаил дыхание, мысленно умоляя его убраться подальше с добычей. «Вот сейчас… Сейчас он возьмет кокон и утащит в нору», — безнадежно надеялся я, чувствуя, как пот стекает по спине. Но мои надежды рухнули. Закончив упаковку, паук не стал тащить тушу. Вместо этого, подволакивая раненую лапу, он подобрался к основанию соседнего дерева и начал быстро взбираться по стволу.

Ледяное прозрение пронзило меня острее любого клинка. Он не ушел, а остался. На высоте метров семи чудовище принялось за работу. Вскоре между ветвями начала формироваться примитивная, но зловещая структура — его логово. Это было катастрофой. Теперь восьмиглазый кошмар становился моим соседом. Моим вечным дозорным, чье присутствие делало невозможным любой спуск и любое передвижение в этом секторе леса. Я попал в ловушку.

Мозг заработал в лихорадочном темпе, перебирая безумные планы побега. Может, попытаться незаметно спуститься с противоположной стороны, пока он занят? Или перебраться на соседнее дерево? Но я не успел даже толком обдумать эти варианты. Один из его глаз, мерцающих холодным зеленым светом, медленно повернулся и… остановился на мне. Не скользнул мимо, не проигнорировал. Он УВИДЕЛ меня.

В тот же миг его тело, еще секунду назад занятое строительством, напряглось как пружина. Раздался противный скрежет, и он ринулся в атаку. Чудовище не побежало — оно почти полетело, цепляясь острыми лапами за кору. Его огромное тело с легкостью змеи устремилось вверх по моему дереву. Сердце прыгнуло в горло, мир сузился до приближающегося монстра.

Я мобилизовал все силы организма, отголоски тренировок, боли и отчаяния, что копились во мне с момента моего появления в этом аду. Топор сам лег в руку, став продолжением воли. Паук был уже в паре метров, его жало, источающее ядовитую смолу, было занесено для удара. Оно метнулось вперед — молниеносный выпад, призванный пронзить меня насквозь.

Я не думал, а действовал. Топор взметнулся навстречу, и сталь встретилась с хитином с оглушительным лязгом. Это была не атака, а отчаянное парирование. Жало соскользнуло с заговоренного лезвия, и ядовитая капля брызнула на ветку рядом со мной. Раздалось шипение. Дерево будто вскрикнуло — в том месте, куда упал яд, словно пролили кислоту. Древесина почернела, вспучилась и начала разлагаться на глазах. Всего лишь брызг… а что будет, если он попадет на меня?

Жуткое зрелище придало мне решимости. Я понял: в открытом бою мне с ним не тягаться. Его скорость, броня, яд… моих сил было недостаточно. Но у меня оставалось кое-что еще. Хитрость и отчаяние.

«Страж Порогов» в кармане отозвался низкочастотной вибрацией. Я мысленно рванул на себя невидимую нить, приведя в действие его активную способность.

Возвратный Импульс(Активное, 1 раз в 24 часа): При активации владелец может направить накопленную энергию защиты в короткую сокрушительную волну, отбрасывающую противников и наносящую им урон, пропорциональный силе полученных за последнее время атак.

От меня во все стороны, бесшумно и мгновенно, разошлась волна сокрушительной силы. Невидимая, но ощутимая — плотный, упругий удар, выброс всей энергии, что накопило защитное поле от атаки жалом. Паук, уже готовившийся к следующему выпаду, получил этот удар прямо в грудь. Он не ожидал такого. Раздался оглушительный хруст, и тварь, потеряв сцепление с корой, сорвалась с дерева и полетела вниз, тяжело шлепнувшись на землю.

Это был мой шанс. Единственный. Я не стал проверять его. Доверившись инстинктам, я вложил в лезвие топора все, что оставалось. «Энергетическое покрытие!» — мысленно скомандовал я, направляя в оружие порцию Живой Энергии. Лезвие вспыхнуло ослепительным светом, загудело, словно живое. Я сделал широкий замах, вложив в бросок всю мощь корпуса, всю ярость и страх. «Меткий бросок!».

Топор вырвался из руки и помчался вниз, оставляя за собой сверкающий след. Это был не полет, а мгновенное исчезновение с ладони и столь же стремительное появление у цели. Эффект превзошел самые смелые фантазии. Заряженный энергией топор пронзил голову паука, будто она была сделана из тончайшего стекла, а не из прочного хитина. Раздался тихий хлопок, похожий на лопнувший перезрелый плод, и голова монстра попросту испарилась в облаке черной пыли и брызг.

Мгновение спустя перед глазами возникло знакомое сияние системного шрифта.

Убийство «Тенепряда Древесного» (Редкий). Начислено очков Инициации: 100.

Требуется до завершения испытания: 900 очков.

Я прислонился к шершавому стволу, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Мир расплывался перед глазами, но награда была реальна: сто очков за редкого монстра. Вот он и ответ, прямой и безжалостный. Система жаждала крови, она была безжалостным селекционером, отсеивающим слабых и возвышая сильных. Чтобы пройти Инициацию, мне предстояло набрать тысячу очков, став палачом в этом зеленом аду.

И в этой жуткой перспективе таилось одно-единственное, жалкое, но такое важное преимущество: мне не нужно было скрываться. Не приходилось притворяться слабым, бояться чужих взглядов, зависти или страха. Здесь не было ни Вальтера, ни Горста, ни любопытных горожан. Только я, лес и его обитатели. Я мог использовать все, что имел, выложиться на полную. Время начинать охоту! Но сначала — убраться отсюда. И как можно быстрее.

Взгляд скользнул по искалеченному телу кабана и обезглавленному пауку. Шальная мысль мелькнула: не забрать ли трофеи? Части этих тварей могли пригодятся в ремесле… Но я тут же отбросил эту идею. Это не спокойная охота, а арена. Звуки битвы и грохот падения монстра наверняка привлекли внимание других обитателей чащи. То, что они еще не напали означало лишь одно: они боялись. Боялись паука и кабана — двух местных авторитетов. Но теперь оба мертвы. И очень скоро кто-то более смелый или голодный решится проверить, что случилось на поляне. Тогда-то и начнется настоящая вакханалия.

Медлить было нельзя. Я мысленно скомандовал: «Ко мне!». Топор, застрявший в теле паука, дрогнул и по кратчайшей дуге взмыл вверх, шлепнувшись мне в ладонь. Он был теплым и липким от темной крови. Я протер лезвие о мох на стволе и, не оглядываясь, спрыгнул с дерева. Неловкое приземление, короткий откат, и я уже бежал. Не в случайном направлении, а туда, куда изначально и собирался пойти — вглубь леса, прочь от этого проклятого места.

Следующие несколько часов превратились в изматывающую погоню и прятки. Адреналин от схватки постепенно сменился леденящей усталостью, но останавливаться было нельзя. Казалось, лес ожил. Из каждого куста, из-за каждого ствола доносились шорохи, щелчки, скрежет. Я видел мелькающие тени, слышал тяжелое дыхание. Амулет «Дубовый Щит» помогал, скрывая от низкоуровневых монстров, но против более серьезных тварей его защиты было недостаточно.

Моим главным козырем стало «Боевое Чутье». Оно не умолкало ни на секунду, посылая по спине ледяные мурашки, заставляя замереть на полшага, отпрыгнуть в сторону или прижаться к стволу. Это было шестое чувство, внутренний голос, шепчущий: «Стой, опасность справа», «Прячься, впереди угроза», «Беги, атака с тыла неизбежна». Без него я бы не продержался и десяти минут в этом хаосе.

Наконец сквозь непроглядную темень гигантских крон пробился первый слабый свет. Ночь отступала. С ее уходом исчезали и многие ночные монстры. Их устрашающие силуэты растворялись в тенях, уступая место… новой угрозе. Стоило мне осмотреться в утреннем, сером и холодном свете, как я заметил тревожную перемену. Концентрация системных деревьев вокруг меня возросла в разы. Они были повсюду. И не только «Молодые» и «Зрелые» Древесины, но и другие, помеченные системными метками, в которые не было времени вчитываться. Монстров тоже прибавилось. Днем лес наполнялся новой, иной жизнью — более медлительной, но оттого не менее опасной.

К полудню давление стало невыносимым. Продолжать путь по земле было чистой авантюрой — каждый шаг мог стать последним. Я поднял голову, взглянул на сплетенные мощные ветви и вдруг осознал: а кто сказал, что путь лежит только внизу? Может, стоит попробовать двигаться наверху?