Едва только услышав его слова, Лидия тут же вскинулась, словно собака, увидевшая возможность ухватиться за добычу.

— Консультативная работа не означает…

— Вся его группа блестяще сдала экзамен по этике, — спокойно перебил её бывший судья в отставке. — Я наводил справки у Аркадия. Из его группы ниже отлично получил лишь один единственный студент.

О как! А вот об этом я не знал. Нет, то есть я в курсе, что зачёты у ребят уже прошли и сейчас должны были идти экзамены, но не знал, что этику они на этой сессии уже сдали. Надо будет поздравить их что ли как-то. Заслужили ведь.

Но сейчас меня волновал другой вопрос.

— Прошу прощения.

— Да, ваше сиятельство? — посмотрел на меня старик.

— А не могли бы вы сказать, кто именно опростоволосился? Всё-таки я много сил вложил в этих ребят и хотел бы знать…

— Понимаю, — кивнул тот. — Некто Юрий Шарфин. Получил удовлетворительно. Помните такого?

— Более чем хорошо, — улыбнулся я.

— Так, — громче обычного сказал председатель. — Я предлагаю перейти к делу.

Тут уже согласились все. Ну почти все. По эмоциям чувствовал, что эта старая карга готова была ещё поспорить, но… Да пошла бы она куда подальше. Остальная часть коллегии явно находилась на моей стороне. Ну, по крайней мере в вопросе справедливости её нападок. Точнее в отсутствии в них вообще какой-либо справедливости.

Дальше пошёл уже стандартный рабочий процесс. Сначала посыпались вопросы. Привлекался ли я ранее к дисциплинарной или административной ответственности? Есть ли у меня судимости, в том числе непогашенные? И всё в том же духе. Задавались они больше для проформы. Мои «экзаменаторы» понимали, что Император кому попало лично титула давать бы не стал. Меня должны были проверить вдоль и поперёк. Но учитывая, что всё шло под протокол, задать их они были обязаны.

Дальше пошёл уже более предметный разговор. Коллегия приступила к разбору моих дел. Этого я ожидал, а потому подготовился, проверив каждую мелочь, чтобы нельзя было подкопаться. Почему? Да потому, что как минимум в половине из них меня вполне себе можно было подтянуть под нарушение этического кодекса. Ключевое слово «можно было бы». Вот я и постарался, чтобы этого сделать оказалось нельзя.

На каждый каверзный вопрос следовал ответ — стороны пришли к мировому соглашению и наши споры были урегулированы в досудебном порядке. Единственное, где старая злая карга попыталась меня поддеть — дело со Стрельцовым и Марининой подругой в силу его открытости. Решила зацепиться за моё поведение в суде, но мне не стоило больших проблем доказать предвзятость прокурора, так что она быстро сдулась.

Потом последовали проверки в плане профессиональной этики. Это я тоже прошёл с лёгкостью. Чай зря что ли ребятишек этому учил?

И только после того, как я дал чёткие ответы на все вопросы, меня попросили удалиться в отдельную комнату для ожидания, пока коллегия будет совещаться. Пререкаться я не стал. Порядки знаю. Вышел через боковую дверь в отдельный кабинет, сел в кресло и стал ждать.

Прошло пять минут.

Затем десять.

Затем ещё десять.

Судя по доносящимся от меня отголоскам эмоций из зала, где они заседали, спор там разгорелся знатный. Я даже слышал отзвуки их голосов, но разобрать что-то кроме пары слов, сказанных явно на повышенных тонах, не смог.

Да оно и не важно. Я просто сидел и спокойно ожидал. Зачем дёргаться? Всё, что случилось со мной за последние полгода, так или иначе, но привело меня именно сюда. В это самое место. К столь заветной для меня лицензии.

Как-то сама собой пришла крамольная мысль. Я ведь чувствовал эмоции всех, кто там находился. А значит, они все были уязвимы для моего дара. Мне достаточно было бы просто войти туда, сказать пару слов и всё! Всего несколько слов. Посмотреть им в глаза и сказать чего я хочу. И я бы это получил. Вот так, просто. Всё, что мне нужно было бы у меня в кармане. Даже стараться не пришлось бы.

Не пришлось бы стараться. Именно так, должно быть, и поступил бы Андрей. И даже не задумался бы о правильности своих действий.

Мысль о мёртвом кровном брате заставила меня скривиться. Как уродливое отражение в зеркале. Нет. Спасибо. Я могу подождать ещё немного. И решить всё сам. Без проклятых магических заморочек.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем дверь в комнату открылась и на пороге появился секретарь.

— Ваше сиятельство, коллегия вынесла своё решение, — сообщил он. — Будьте добры пройти со мной.

— Конечно, — я улыбнулся вставая с кресла.

Вышел обратно в зал и занял свой стул перед широким столом.

— Ваше сиятельство, — начал председатель. — Как вы, возможно, уже могли заметить, наше обсуждение заняло несколько больше времени чем вы веротяно ожидали.

— Да я обратил внимание, — спокойно ответил я. — Ничего страшного.

— Думаю, что с моей стороны будет ложью сказать, что наше мнение на ваш счёт несколько… скажем так, оно оказалось разным, и мы не сразу смогли прийти к согласию. Тем не менее, пусть и не сразу, но мы вынесли своё решение.

Председатель поправил очки на носу и взял лежащий перед собой лист бумаги, готовясь зачитать уже отпечатанное на нём решение.

— Решением адвокатской коллегии от семнадцатого января вынесено положительное заключение касательно одобрения выдачи его сиятельству лицензии имперского адвоката.

Сказав это, мужчина взял ручку и поставил свою подпись на листе, после чего поднял взгляд и посмотрел на меня.

— Поздравляю вас, ваше сиятельство, — произнёс он. — С этого момента вы адвокат империи.

— Поздравляем! — радостно выкрикнула Ксюша.

Её голос сопровождался хлопком от вылетевшей пробки из бутылки. Князь с довольным и гордым видом принялся наливать шампанское в бокал.

Мы собрались в его апартаментах на пятом этаже. Я, Ксюша, Мария и Князь. Больше я никого звать не стал. Да и отмечать это в зале бара тоже желания не было. «Ласточка» вернулась к своей привычной работе, так что народа там сейчас хватало.

А эту радость я хотел разделить с самыми своими близкими людьми.

— Спасибо вам, — поблагодарил я, наблюдая за тем, как Князь разливает шампанское.

— Да нам-то за что? — с усмешкой спросил он. — Саша, давай по-честному. Ты сам всего добился…

— Не сам, — покачал я головой, принимая бокал из его рук. — Не имею привычки забывать чужие заслуги.

— Как и я, — фыркнул Князь, который в последнее время находился в крайне приподнятом настроении. — Поверь мне, Александр. Я часто видел, как целеустремлённые люди спотыкаются, идя к своей цели. Порой спотыкаются так, что потом не могут вновь подняться на ноги.

Сказав это, он наполнил ещё один бокал и передал его довольной Ксюше, которая сидела рядом со мной.

Кстати, мы недавно ездили с ней на новую квартиру. Понятное дело, что на какие-то хоромы вроде тех, где жили покойный барон Волков или даже Настя, у меня денег сейчас бы не хватило. Зато их хватило на хорошую, пусть и небольшую, двухкомнатную квартирку в недавно построенном жилом комплексе. Да, далеко не центр города, но, как говорится, в пяти минутах от метро. Да и сам район очень хороший и уютный. Застройщики здание как раз недавно сдали, и квартира представляла из себя лишь пустую коробку с минимальной отделкой в виде белоснежных стен.

И вот ведь какая неожиданность. Всю дорогу, что мы туда ехали, Ксюша слегка «капризничала». Нет, я видел, как внутри она светится от счастья, что вот-вот увидит наконец мой подарок вживую. Но внешне всё ещё пыталась немного дуться, что, мол, подарок очень дорогой. Даже слишком дорогой. И она вообще понятия не имеет, что с этой квартирой делать…

Угу. Ровно до того момента, пока мы не открыли дверь и не переступили через порог.

Ксюше потребовалось всего пять минут, прежде чем она начала осторожно фантазировать о том, как бы она могла сделать декор. Затем стала думать, какую мебель поставить. А потом её понесло. Я почти сорок минут наслаждался её рассуждениями, в какой цвет покрасить стены. Какое освещение вместо грустных временных ламп, что свисали с потолка. Что она хочет в ванной. Что на кухне и так далее.