Окей. Тут пока тоже без догадок. Нет, конечно же, я точно знаю одну личность, которая могла бы прояснить ситуацию относительно случившегося, но устраивать себе еще одну клиническую смерть желанием я не горел. Нафиг такие приключения. Так что этот вариант пока отпадает.

Хорошо. Тогда третий вопрос. Что делать дальше?

Хорошенько прогревшись в теплой воде, я выбрался из душа и насухо вытерся. Лора заходила минут пять назад и принесла мне одежду. Ничего выдающегося. Футболка. Неприметный серый спортивный костюм. Пара чуть великоватых кроссовок. Сама она была практически в такой же одежде. Только сидела та чуть лучше, из чего я сделал вывод, что одежду нам дали ее же хозяева, так как с Дашей у них были схожие размеры. Та разве что была немного выше, грудь меньше, да и телосложение… более сухое и поджарое, что ли.

Впрочем, не важно. Сейчас имелись и другие проблемы.

— Ты как? — спросил я Лору, которая сидела на краю дивана, явно попытавшись отодвинуться от наших спасителей как можно дальше. Тем не менее в руках она держала большую исходящую паром чашку, от которой доносился ароматы чая с лимоном.

— Нормально, — ответила она по-английски. — Вроде бы…

Ох уж это «нормально». Дежурный и стандартный ответ для тех, у кого состояние явно максимально далеко от этого определения.

— Не переживай, всё хорошо будет, — попытался я придать ей уверенности, но получилось так себе. Лора лишь кивнула, крепче сжав ладонями чашку.

Ладно. Не истерит — и хорошо. Теперь пора заняться делами.

— Мобильник есть? — спросил я, возвращаясь в комнату.

— Смотря для чего, — пожал плечами Паша, перебирая разобранный на столике перед ним пистолет.

— С начальством связаться, — пояснил я, садясь в кресло напротив него. — Мой остался на дне реки.

— Не положено, — тут же заявила Даша.

Явно устав стоять, она подтащила к окну стул и сейчас сидела на нём.

— Что не положено, на то положено, — фыркнул я. — Только не говорите, что у вас нет мешка с одноразовыми мобильниками на все случаи жизни.

Они переглянулись.

— Ты откуда такой догадливый вылез? — с усмешкой спросил Паша и посмотрел на меня.

— В кино видел, — пожал я плечами. — Так что? Позвонить дадите?

Они переглянулись, после чего Даша закатила глаза и махнула рукой.

— Дай ему один из запасных, — проворчала она, отворачиваясь.

Достав из-под своего кресла спортивную сумку, Паша покопался в ней и вытащил фольгированный пакет. Высыпал содержимое на стол. Кучу старых и одинаковых на вид телефонов и лежащих отдельно аккумуляторов. Взяв один, он вставил в него батарею и бросил мне.

— Держи.

— Раскладушка? — удивился я, покрутив мобильник в руке.

— Нестареющая классика, — отозвался он. — Они стильные.

Ну, тут я с ним даже спорить не буду. Включив его, принялся набирать номер, но где-то на середине завис, поняв, что помню только первые пять цифр.

— Лора, какой телефон у Молотова? Помнишь?

Мой вопрос словно вывел девушку из ступора. Она вздрогнула и повернулась ко мне.

— А? Что?

— Номер телефона, — повторил я. — Помнишь?

— А, да. Помню.

Она назвала номер, и я быстро ввел его. Ответа ждать долго не пришлось. Молотов ответил уже через несколько секунд.

— Да?

— Это я…

— Александр! Слава богу! — воскликнул он. — Я пытаюсь дозвониться до вас почти час!

О как. Интересно. Оказалось, что Молотов уже около часа в курсе того, что с нами случилось… Ну, небольшая оказия, так сказать.

И вот тут по какой-то непонятной причине меня начали одолевать не самые хорошие мысли.

Начать можно было хотя бы с того, а откуда, простите, он вообще в курсе произошедшего? А следом пришла уже другая, куда более неприятная мысль. А не подставил ли он нас под удар специально, чтобы отвести внимание от себя? Мог ли Молотов знать о том, что с Киршоу возникнут трудности?

Банальная логика подсказывала, что да. Мог… наверное. И эта же самая логика подсказывала… Да ни черта она, на самом деле, не подсказывала. Тут уже вовсю работала моя паранойя, подкрепленная последними событиями.

На самом же деле всё оказалось же всё куда как проще.

Лора арендовала машину, воспользовавшись корпоративной карточкой. И когда с машиной случилась авария, то фирма, где мы ее взяли, тут же стала звонить сначала арендатору, то есть Лоре. Разумеется, безуспешно. По ее номеру сейчас могли ответить только рыбы. Так что все звонки стали поступать уже в фирму Ричардса, где она работала. Вот так, через него Молотов и узнал о произошедшем.

— Значит, Киршоу заявляет, что у него доверенности нет? — уточнил Вячеслав.

— Верно, — подтвердил я и кивнул, поблагодарив Пашу за протянутую мне чашку горячего чая с лимоном. — По его словам, Эдвард никогда не передавал ему эту доверенность. И да, я помню, что копия как бы находится в фирме Ричардса, но…

— Но без оригинала копия нам мало поможет, — закончил за меня Молотов. — Этот мерзавец может сослаться на отсутствие регистрации вручения. По крайней мере, как на один из вариантов.

Тут Молотов прав. Даже несмотря на то что у Ричардса хранилась заверенная копия, имелись способы нивелировать и обойти её. Спорные, конечно, но они были.

— В точку. Скажи, Киршоу и Харроу были близки? Лора сказала, что они приходились друг другу старыми друзьями, но…

— Тут она сказала правду, — перебил меня Молотов. — Лично я не был с ними знаком, но Анна рассказывала мне, что они были словно братья. А её словам у меня основания не верить нет. Это если забыть о том, что Киршоу занимался всеми финансовыми делами Эдварда по ту сторону границы. И когда я говорю всеми, то я имею в виду, что он занимался…

— Да, я уже понял. И белыми, и серыми, — сказал я. — Тогда я не понимаю, откуда такая резкая перемена в настроении?

Может быть, я сам ошибся? Может быть, стоило формулировать вопрос более тщательно? Признаюсь, эта мысль меня немного беспокоила, но потом я её откинул как несостоятельную. Во-первых, тесты с собственными способностями по ментальному контролю, как бы они мне не нравились, я проводил. А потому знал, что дело тут не только в словах, но и в желании. Задав этот вопрос, я в первую очередь хотел узнать, почему Киршоу предал Эдварда. Так что даже если дело было не в деньгах, ответ бы он мне дал.

Ну или же я хотел в это верить.

Тем не менее он этого не сделал. И я не могу понять почему. Налицо признаки того, что он мне лгал. При этом делал это с абсолютно искренним лицом.

Эта мысль не давала мне покоя. И, что ещё хуже, впервые за долгое время я не знал, что мне делать. Хотя нет. Не так. Я понимал, что нужно. Просто не знал, как именно этого добиться.

— Нам нужен оригинал трастового договора, — произнёс я. — Или хотя бы информация о том, что с ним произошло, после того как он попал в эту компанию.

— Без подтверждения Киршоу он… — начал было Молотов, но я его перебил.

— Да, я знаю, что без его слов как одного из учредителей договор не будет иметь такого веса, но это все равно лучше, чем ничего. В общем, я буду думать, что делать. Что сейчас творится у вас?

— То, чего я и ожидал, — произнёс Молотов, и я услышал в его голосе раздражение. — Адвокаты Харроу осаждают нас. Начали как раз часа два назад, что можно косвенно связать с тем, что случилось с вами.

— Ясно.

Мой односложный ответ вызвал тяжёлую паузу в нашем разговоре.

— Александр, я думаю, что тебе и Лоре будет лучше вернуться, — наконец сказал Молотов, нарушая тишину. — Вряд ли вы сможете добиться чего-то…

— Процесс назначен на послезавтра? — уточнил я вместо этого.

— Да, но…

— Тогда у меня есть ещё остаток сегодняшнего дня и завтрашний как минимум. Сможете подержать самолёт здесь до завтра?

— Смогу ли я? — спросил Молотов, и теперь в его голосе послышался смех. — Александр, не я за него плачу. А человек, которому он принадлежит, вряд ли заметит платежи за стоянку и обслуживание. Скорее всего, он даже никогда и не узнает об этом. Не те суммы. Так что проблемы это не составит.