— О, мне бы очень хотелось без этого обойтись!
Поднимаю левую руку с двумя пальцами. Склон ближайшего холма пересекает цепочка разрывов. Добавляю еще один палец. Четыре пальмотополя вспыхивают, словно свечки! Роману явно не приходилось сталкиваться ни с артиллерийским обстрелом, ни с зажигательными бомбами. Впечатлен! Погоди, дорогой, мы еще дойдем до стрел с разделяющимися боеголовками! Только придумаю, как объяснить Елке, что от нее требуется.
— Итак?
Лепрекон качает головой.
— При всем моем безмерном уважении, мы не продаем людей! Это закон расы…
Поднимаю правую руку. Думаю, нехитрую систему наших сигналов он уже расшифровал.
— …Но это ограничение, — продолжает Роман, — не распространяется на Игру. Если кто-либо из вас готов сыграть на пленников, мы сможем договориться! Если ты выиграешь — мы отдадим пленников. А если проиграещь — сладости наши.
Ага «фишки» в ход пошли. Ну-ну…
— А если игра никому не принесет победы?
— Тогда мы сыграем еще раз. Пока не определим лучшего!
— Вряд ли у нас получится поединок равных. Ведь игра знакома только одному из противников.
— Твои слова справедливы, Егор! Приятно иметь дело со столь мудрым человеком. Но что мешает нам исправить эту несправедливость? Ты можешь выбрать любую из предложенных игр и в разумных пределах изменить правила. Условия сравняются. Или предложи свою игру. Но в этом случае право на изменения останутся у нас.
— Твои слова убеждают меня в честности лепреконов. Давай посмотрим ваши игры, чтобы я мог выбрать или предложить свой вариант.
Как из-под земли появляется «оборудование». Столик, пара стульев, сами игры… Большинство мне незнакомо. Ого! Даже шахматные часы есть! Почти такие же, как на Земле! Часовой механизм, безусловно, легко производится по технологиям каменного века! Шахматы бы еще… Играть в аналоги карт не хочется… С другой стороны, нарвусь на гроссмейстера… А, кстати, вот доска! И фигуры не сильно отличаются. Неужели шахматы?
— Не соизволит ли высокочтимый Роман объяснить правила вот этой игры? Мне нравится эти симпатичные фигурки.
Лепрекон, усмехаясь, рассказывает правила. Нет, не шахматы. Шатрандж. Непосредственный предок. Новичку, даже бывшему шахматисту, ловить почти нечего. Но вот изменения в корне меняют дело!
— Согласится ли уважаемый Роман, если я предложу свои уточнения именно к этой игре?
— Я весь внимание!
— Вот эти две фигуры слишком неповоротливы. Пусть руконог ходит по диагонали не на две клетки, а на любое их количество.
— Но тогда два руконога будут контролировать всё поле!
— А мы запретим им прыгать через фигуры. Это немного ограничит их подвижность, но не так сильно, как в старом варианте.
Роман задумывается.
— Согласен.
Отлично! Слон стал слоном! Это вам не розовый орангутанг!
— Теперь военачальник. Очень слабая фигура! А ведь он может в любую минуту взять отряд, и прискакать в любое место. Эта фигура должна стать самой сильной! Пусть ходит, и как руконог, и как людоед!
— И не прыгает! — подправляет лепрекон.
— Не прыгает, — подтверждаю я, дожидаюсь согласия и продолжаю. — А перевертыши в первом прыжке стремительны, пусть имеют право из начальной позиции прыгнуть на две клетки!
— Но только из начальной, — уточняет Роман.
— Согласен.
— И нехорошо, что они безнаказанно перепрыгивают через клетку, где их мог поразить противник. Пусть их могут в этом случае убивать, как будто они пошли обычно.
— Верно. Но это может делать только перевертыш. Остальные фигуры слишком стремительны, промахнутся! И перевертыш должен делать это сразу после хода, а не когда-нибудь потом.
— Ты прав! Согласен.
С ферзем и пешкой разобрались. Прекрасно. Только непонятно, мы вдвоем на меня работаем? Ладно продолжим.
— Вождь слаб. Такие вожди — трусливые существа. А трусы иногда могут бегать очень быстро. И прикрываться своими воинами. Пусть шах один раз за партию может прыгнуть вбок на две клетки и прикрыться людоедом. Вот так.
Показываю на доске рокировки.
— Интересный ход, — восхищается Роман. — Но вызывает много вопросов. Вождь не сможет прыгнуть, если на него нападают.
— Согласен!
— А так же, если пробегает через поле, где его могут поразить.
Киваю и задумываюсь. Либо мне невероятно везет, либо лепреконам знакомы шахматы. Иначе почему все его предложения ведут нас куда надо мне?! Они, конечно, логичны, но не обязательны. Впрочем, выхода у меня нет.
— Соглашусь и с этим. И пусть и людоед, и вождь будут отдохнувшими к такому сложному маневру. Если кто-то из них сделал хотя бы один ход, он устал и не способен на подобное перемещение!
— Правильно, — говорит Роман. — Сам собирался это предложить. Ты будешь менять ходы орка и людоеда?
— Нет. Иначе от первоначальной игры ничего не останется. Но я бы еще дал право оборотню превращаться не только в военачальника, но и в любую другую фигуру. Кроме вождя, конечно! И считал победой только уничтожение вождя. Ведь если оставшаяся армия противника не может уничтожить вождя врага, или он попал в ловушку и не погиб, война не закончена, он может вырваться на свободу, а потом вернуться с новой армией.
И опять Роман соглашается. Роли уже поменялись. Теперь я играю в хорошо знакомую игру. А он? Тоже? Или уповает на свою ментальную непобедимость? Или настолько хорошо соображает, что способен сходу заиграть, как гросс? Нет, последнее невероятно. В шахматах недостаточно хорошо соображать. Очень многое надо просто знать!
— Эта игра может быть очень долгой, если игроки слишком нерешительны, — заявляет лепрекон. — Чтобы не сидеть здесь до вечера, давай ограничим время на одну игру. Кому не хватит времени, тот проиграл.
И объясняет, как пользоваться шахматными часами. Мне объясняет! Ну и ну! Мой оранжевый друг лезет в ловушку с таким старанием, что возникает вопрос: кто и на кого охотится? Кто кого ловит, а? Как бы вместо алабая не оказаться едой… Ладно, блиц по пять минут — то, что надо. Особо думать некогда. В таких условиях ни один новичок, даже самый хороший шатранджист, с перворазрядником не справится. Потому что дебюты надо просто знать. Иначе по выходу поздно будет! А на твою убежденность у меня своя имеется! Если Роман раньше не играл именно в шахматы, у него шансов нет! И те десять минут, что мы назначили для ознакомления противников с новой игрой, не помогут. Ни один компьютер не в состоянии просчитать эту игру за десять минут. Земной, так в принципе, не в состоянии. Разве что это фынга-мынга конфигураторская! Давай-ка я еще белых себе выговорю…
Ну что? Поехали? Скушаешь пешку? А еще одну? А еще?..
Горм, пес специального назначения
Егор! Ты что делаешь?! Кто так играет?! Что нормальных дебютов мало? Шотландский гамбит некорректен по определению! Совсем противника за салагу держишь? А если салага найдет пару точных ходов? На ничью-то хоть соскочишь? Воткнет d5, вскроет игру по центру, и пиши пропало. Ни инициативы, ни структуры, еще и в развитии отстанешь! Лучше бы я сам вместо него сел! На фига так рисковать?! Уф, дурак оранжевый пешку схватил, теперь всяко полегче будет! Ого! И вторую скушал, жадина! Черным здесь очень аккуратно играть надо, опасная поза. Вот только на Слон b4 что делать? Хм… Отбиваются тут черные при точной игре. А леперкон-то похоже не чует опасности… На с5 слона вывел, без темпа! Ход естественный, но после него поза разваливается. Салага! И так в развитии отстает, так еще темпами швыряется. Ну, спасатель! Тщательно сосчитай, не торопись! Куда шлепаешь?! Не по минуте же играешь! Домашняя заготовка что ли? И правда ловит! Да поймал уже! На рокировку е5, потом ферзь на h5 прыгнет и мат висит. Либо коня отдать, либо качество! Дальше техника. Интересно, и кто Егору такую херню играть присоветовал? А о чем цыган задумался? Поздно братец, тут тебе даже компьютер не поможет. Качку минимум! Ах, ты и сейчас жадничаешь? Ну, извини, тут уже форсировано матуется. Но старлея надо срочно подтягивать! С такой игрой с серьезными людьми ловить нечего!