Мировой экономический кризис уже стоял на пороге и стучался в дверь. Открытие рынков Марокко, Балкан, Китая, Леванта и Ирака для Германии, вызвало бурный (почти взрывной) рост промышленного производства в Рейхе. Но все рынки конечны, вот и эти уже почти исчерпали свой потенциал, на них началась жёсткая конкуренция германских производителей друг с другом (всех прочих они к 1904 году успели вытеснить).
Кроме того, Британия, Франция и САСШ согласованно начали таможенные войны с Германией, установив на её товары стопроцентные пошлины. Рейх ответил тем-же, что сделало неконкурентоспособной сельскохозяйственную продукцию в этих странах, ведь закупалась в основном она – зерно, растительное масло, сыры, вина и прочий алкоголь. Причём, закупалось всего этого действительно много, до трети всего экспортного объёма. Кризис в сельском хозяйстве потенциальных противников уже наступил, фермеры разоряются массово, скоро они потянут за собой банки, а за банками последуют все остальные отрасли.
Усугубляло ситуацию постепенное, но неуклонное снижение цен на золото на Московской товарно-сырьевой бирже. С золота уже сняли экспортную пошлину, но это не помогло. Ежемесячное поступление на рынок ста тысяч унций презренного металла из ЮАР своё дело делало. От излишнего укрепления, рубль пока спасался эмиссией, но он всё равно понемногу креп, притягивая к себе капиталы со всего мира, не смотря на самую низкую процентную ставку по вкладам. Весь мир был уверен, что кризиса не будет только в России, где плановой экономикой «рулят» три гения – Столыпин, граф фон Витте и князь Хилков, которые вкладывали бюджетный профицит в долгосрочные программы социального и инфраструктурного развития – науку, образование, медицинское обслуживание, дороги, мосты и электростанции.
Витте даже начал досрочное погашение внутренних займов («жидовского» и «раскольничьего»). Евреи и староверы сильно удивились, они успели с этими деньгами попрощаться, считая их платой за отмену дискриминации, а оно вон как повернулось. Приятно, ничего не скажешь.
Сандро вернулся из командировки в Челябинск и Красноярск окрылённым и обиженным одновременно. Окрылённым открывшимися перспективами, а обиженным на недоверие. Как же так – от него скрывали такие важные разработки…
– Никто от тебя ничего не скрывал, ты сам не интересовался. Никто не смог бы запретить Регенту ознакомиться с этими производствами, ты сам ленив и не любопытен.
– Откуда мне было знать, Ники? – возмутился Александр Михайлович.
– Ты не знал, что Челябинск закрытый город, принадлежащий казне? Знал. Но даже ни разу не поинтересовался – для чего нам нужен такой феномен. А если тебе самому не интересно, то никто навязывать знания не будет. Многие знания – многие печали.
– Туше! Мне стыдно. Но всё равно обидно, столько времени угробил на «изобретение колеса»…
– Не угробил. Идея у тебя интересная, большие бипланы нам пригодятся, так что начинай строить в Царь-Граде авиазавод. Будем производить там гражданскую, коммерческую авиацию. Красноярские моторы Бенца мы пока побережём в секрете, но Майбах с Даймлером что-нибудь обязательно придумают.
– Гражданскую и коммерческую. – с ноткой брезгливости в голосе повторил Сандро.
– Колесо изобретали тоже не для того, чтобы им врагов давить, – примиряюще улыбнулся Николай, – найдётся твоим самолётам и военное применение. С их помощью можно будет высаживать десант во вражеском тылу, снабжать его, доставлять подкрепление. Подумай над этим. Это не бомбы по площадям тратить, это граната прямо за шиворот. Дёшево, но убойно. К такой войне пока никто не готов. Да, и не рассказывай пока никому об увиденном, Сандро. Пусть наш прикуп с двумя тузами станет неожиданностью для всех.
– Клянусь!
В марте 1904 года Российская Империя и Королевство Испания подписали договор перестраховки (оборонительный союз) на пять лет.
Испания, благодаря русским, уже оправилась от последствий войны и успешно развивалась. Именно в Испанию переносили большинство избыточных для внутреннего российского рынка производств. Крупнейший в мире автомобильный завод работал в Барселоне, комплектующие для него производила вся страна, только это давало испанцам полмиллиона рабочих мест, а ведь были и другие. Массово строились электростанции, железные и автомобильные дороги, мосты и туннели. Конечно, основную долю прибыли получали русская казна и предприниматели, но и испанцем доставалось немало, ведь каждый рабочий платил налоги – и с заработка, и с потребления. У правительства появились деньги, которые можно было потратить на укрепление армии и флота, и оно их тратило. Богатство нужно защищать, иначе ограбят. Ни в какие международные договоры, после войны с САСШ, Испания больше не верила, она верила только русским, ведь это и их богатство. Даже в большей степени их, ведь инвестировали они в долгую, на десятилетия.
Не хочет Вилли видеть испанцев в союзниках? Ну, и не будем обострять. Договора перестраховки вполне хватит. На Испанию и так никто нападать не собирается, хоть она об этом и не догадывается. Все сейчас до дрожи в коленях боятся германцев и не доверяют друг другу.
Глава 36
Грех, конечно, но Николай специально делал из Рейха и Кайзера жупел для всего мира, и мир в это верил. Извольскому было поручено распускать слухи, что и Польшу мы отдали не совсем чтобы добровольно. То есть, отдали то сами, но из страха перед колоссальной мощью, объединившейся с Австрией, Германии. Из страха и Олечку выдали за Вильгельма-младшего. Конечно, это ничего не гарантирует – обычное дело, пристроили породистую самку рожать Рейху здоровых наследников престола, но войне то это не помеха. Породнились? Будто до этого мы не родственниками были. Какие в этом гарантии? Разве английский король и британский император не родной дядя Вильгельма? Однако это нисколько не мешает им готовиться к войне друг с другом.
Вилли не подводил. Он всегда был склонен к эпатажу, а после аннексии Австрии его буквально понесло. Он сыпал угрозами по любому поводу и во все стороны, обвинял Британию, Францию и Россию в заговоре с целью лишить трудолюбивых и аккуратных немцев достойного места в этом мире. Ахтунг-ахтунг! Рейх в кольце врагов! Даже закон о флоте Рейхстаг принял, глядя на Россию – Флот Открытого Моря должен быть в полтора раза сильнее Русского Императорского Флота. Русские не смирились с потерей Польши и объединением Германии с Данией. Коварные азиаты-ордынцы вынашивают план реванша!
А то, что Кайзер и Император иногда встречаются и общаются наедине – то дело родственное, семейное, которое войне помешать не сможет. Николай много с кем встречается, не только с Вильгельмом Вторым. Три встречи с японским Микадо, две с Эдуардом Седьмым, две с Филиппом Шестым (Петеном, Императором Франции), две с итальянским королём Виктором-Эммануилом, две с премьер-министрами Испании и даже с королём задрипанной Португалии Николай Второй общался наедине и без протокола. Такой уж у него стиль, не верит азиат в подписанные дипломатами международные договоры, бумажками их называет, которые для того и подписывают, чтобы усыпить бдительность, а потом неожиданно напасть. Желает на всё взглянуть лично, своими раскосыми и жадными глазами. Да ладно, это он только с виду европеец, не даром ведь и жену себе в Азии нашёл, и брата своего на японке женит, будто в Европе принцессы перевелись. Все свои визиты начинает с Азии, с Орды. Флот у него хоть и шустрый (несомненно, чтобы убегать), но маленький. Самый слабый флот среди Великих держав, лишь ненамного превосходящий итальянский. Не жалует море Орда.
Так что встречи с Кайзером объяснимы – русские пытаются откупиться и уклониться от драки с могучим Рейхом, или, по крайней мере, направить основной удар на Францию, а самим отсидеться в сторонке, затягивая мобилизацию. В этом основная причина их разворота на восток, это несомненно.