Постукивая кривыми копытами и щелкая клешнями, чудище до самого потолка возвышалось над волшебницей. По розовым чулкам зареванной девушки побежала золотистая струйка.
Попробовав длинным раздвоенным языком воздух, существо по лошадиному фыркнуло и безжалостно завизжало:
— Хру-у-усть!!!
Зажимая уши и глядя, как все бокалы да бутылки разлетаются на мириады осколков, мне вдруг очень захотелось перекреститься.
Глава 5: Психоанализ для чайников.
Зал походил на муравейник, от души политый керосином. Самые умные ломятся в двери, те, что поглупее, пытаются выдрать оконные решетки. Ну а самые отбитые...
— Я требую объяснений! Я подам жалобу князю! Я желаю немедленно переговорить с...
Клешня, блеснувшая в свете роскошной люстры, мгновенно отделяет голову от тела. Подвыпивший посетитель так и остается стоять с поднятым вверх пальцем, пока из его шеи бьет кровавый фонтан.
Впрочем, я оказываюсь еще большим дураком, чем остальные. Вместо того, чтобы немедленно свалить к лестнице, я, за каким-то хреном, ломлюсь к поломанной волшебнице.
— Б-бог... Э-это бог... В-великолепный в своем безобразии... — бубнила она себе под нос, сидя на полу и качаясь в такт истошным визгам твари.
Приблизившись и залепив затрещину больше ради собственного успокоения, чем для нее, я схватил чокнутую за шкирку, увлекая за собой.
Новоявленный бог тем временем закончил потрошить замешкавшихся клиентов у столиков и заинтересованно уставился на штурмующую двери толпу. Изогнутое копыто неосторожно задевает мраморный фонтан, и исписанный резными фигурами камень с грохотом проваливается на первый этаж, оставляя после себя широкую дыру в полу.
Обернувшись на причиненные разрушения, гадина встретилась взглядом со мной. Вдруг ее всю перекосило. Хлопая тремя парами глаз, козлиная морда с отвращением завопила прямо на нас:
— Тварь!!! Мерзость!!! — от истошного визга из ушей полилось что-то теплое.
Обходя дыру в полу и нетерпеливо щелкая клешнями, оскорбленная нашим существованием уродина быстро приближалась. Удержавшись от ответных любезностей и не найдя ничего лучше, я попросту сиганул вниз, утягивая за собой бормочущую синевласку.
Едва не подвернув ногу о мраморный обломок и от души приложившись коленями об пол, я оказался повержен мягкой, мокрой и теплой волшебной задницей. Дубина немедленно вылетела из рук.
Вот же гадина синеволосая!
— Нашла куда падать, твою мать! Чародейка недоделанная! Только в трусы себе и можешь колдовать...
— Ты! — едва я встал, как на меня кинулась коротко-стриженая привратница. — Какого ляда ты устроил?! Что за кипиш?!
— Отвали, не до тебя!
Стащив с себя обоссанку и поднявшись на ноги, я звучно выругался. Фонтан грохнулся аккурат под дверь, намертво блокируя выход. Что, впрочем, не мешало перепуганной толпе тщетно жаться к обломкам. Видимо, надеются, что они сами-собой уберутся. Паника — дело такое.
Эх, если бы не решетки на окнах...
Размышления на тему «кто виноват и что делать» были прерваны громоподобным приземлением титанической твари. Трехметровая махина вновь уставилась прямо на нас:
— Гадость! Сгинь! Исчезни! — звучно фыркая при каждом слове, сыпала она проклятиями.
Всякой херни мне довелось повидать, но такое... Звездец, я даже не знал, что в этом мирке подобное водится! Это демон или что вообще?!
От отчаяния я схватил со стойки какую-то бутылку и швырнул ее прямо в монстра. Метнувшись к моей голове, клешня замерла в воздухе и быстро одернулась. Дымясь и истошно визжа, тварь по собачьи стряхнула с себя мутные капли жидкости.
Не понял... Нахрена они кислоту на входе хранят?! Что за извращения такие? А, впрочем, не важно!
Обстановка складывалась не лучшим образом. Толпа с привратницей на одной стороне, мы с волшебницей на другой. А посередине эта монструозная хрень дымится и злобно зыркает. И самое хреновое, зыркает она именно на...
Волшебница! Точно! Магия, демоны и всякая херня! Тварь ее сожрать хочет! Пес его знает почему, но одна обоссанная девчушка привлекает ее куда больше паникующей толпы! Может волшебники вкуснее? Эту долбанную магию без пол-литра не поймешь...
Не дожидаясь пока демон вновь примется махать клешнями, я схватил запуганную синевласку и ломанулся в коридор. То ли для того чтобы спасти, то ли чтобы отвести подальше и оставить с тварью один на один. Сам пока еще не понял.
Ломясь по коридору, то и дело приходилось уворачиваться от распахнутых дверей. Из комнат выглядывали любопытные работницы, интересуясь причиной шума. Замечая устремившуюся за нами гигантскую тварь, они с визгом скрывались обратно.
На смену распахнутым дверям пришли несущиеся с лестницы люди. Перепуганные клиенты и персонал — короче, все, кто покинул общий зал через дверь.
— Разойдись! Разойдись, мать вашу! Расстреляю нахрен! — распихивая надушенных баб и пьяных мужиков, я вдруг сшиб ушастую.
Приземлившись на задницу она недоуменно уставилась на меня, затем волшебницу, а потом куда-то за мою спину. Ужасу на ее лице вторили крики толпы. Выругавшись, я подхватил ее за шкирку и устремился дальше. Одна дура в левой, другая в правой... Может желание загадать?
Несмотря на вопли людей позади, голову не покидала одна мысль. Нахрена им кислота? Кто будет хранить такую опасную жидкость в обычной бутылке? Извращения-извращениями, но простая вода была бы куда логичнее... Стоп!
— Котел!? Где котел?!
К чести ушастой, она не стала изображать из себя ручничок да тормозить, а ткнула в широкую дверь.
Пробежавшись по предбаннику с изящными будуарами и лежанками для массажа, я оказался в просторной, обложенной мозаичной плиткой, комнате. Широкий проход по центру, утопленные в пол овальные ванны и знакомые длинные волосы, повязанные фенечками.
— Ты?! Хрен тритона, тебя-то кто сюда пустил?! — хлопая хмельными глазками, закашлялся красавчик.
Нежась в бассейне в компании дорогого пойла, он явно не ожидал увидеть мою рожу.
— Комплимент от шефа! Лови! — я зашвырнул синевласую вместе хвостатой прямо к нему в бассейн.
Пущай поплавают!
Ведро бы какое... О! Сойдет!
Не теряя времени даром, я схватил отполированную жестяную бадью и зачерпнул воды у охреневающего симпатяги. И очень вовремя!
Протяжное фырканье, грохот, и разлетевшись в щепки, роскошная дверь явила богопротивную тварь во всем ее великолепии. Осторожно попробовав воздух длинным языком, она будто испугалась, но уставившись на меня, отбросила все сомнения:
— Дрянь! Погань! Сгинь! Сги-и-инь!!!
Вид надвигающейся на меня потусторонней херни, переливающейся женскими гениталиями в оконном свете, привел в замешательство. Ему же волшебница нужна, нет?
Миновав бассейн с испуганно жавшимися друг к другу додиками, тварь продолжала переть прямо на меня.
Значит не волшебница. Прикольно...
Едва коснувшись изуродованного туловища, опорожненная из бадьи вода тут же превратилась в пар. Несмотря на явные страдания и пузырящиеся волдыри, чудовище не сбавило ход.
Да вашу мать! И что теперь делать?! Тоже в бассейн сигануть или... Секундочку!
На помощь истошно кричащих придурков рассчитывать не приходилось. Но располагавшийся в конце купальни, монструозных размеров бак подсказал идею. Идиотскую, само-собой, но других не нашлось.
Подскочив к украшенному изысканным орнаментом резервуару, я схватил кочергу у потрескивающей кирпичной печки. Отсчитывая удары сердца, мне оставалось лишь ждать, безмолвно наблюдая за приближающимся кошмаром.
— Скверна! Гнусность! Выродок! — визжала усеянная игольчатыми зубами пасть.
Тварь подходила все ближе и ближе.
— И тебя туда, козел!
Провернув кочергу, я со всего маху вдарил ей по котлу. А затем еще. И еще... В момент когда бритвенно острая клешня коснулась стеганки и плечо пронзило огнем, бак наконец пробило. Тугая струя кипятка ударила за спину. Пронзительный вопль подсказал, что я все делаю правильно. Но зачем останавливаться, на достигнутом...