— Что за черт? — только и смог вымолвить Кривощекин.
В черном тумане стал проявляться силуэт незнакомца. Ростом гость был не менее трех метров, длинные руки, голова, словно спрятанная под монашеским балахоном. И глаза… Три кроваво-красных огня, пронзающих своих жутким взглядом насквозь.
Я не видел появившегося незваного гостя раньше ни разу. Но сейчас был уверен непоколебимо в том, кто появился перед нами.
Это был не человек, но какое-то древнее могущественное существо, которое скрылось под личиной человека. Мой убийца.
Передо мной стоял Искариот.
Глава 17
Я вскинул пистолет, но нажать на спусковой крючок не успел. Искариот оказался ловчей. Он был чертовски быстр!
Один взмах — и невидимая магическая сила остервенело швырнула меня в сторону. Я подобно тряпичной кукле полетел к туману, об который врезался, словно о бетонную стену. Перед глазами все поплыло.
Еще один взмах — и меня сверху прибило вторым ударом. Я на мгновение потерял сознание.
Искариот тем временем обернулся в сторону Ерофеева. И густым нечеловеческим басом произнес:
— Где кристалл?
Ерофеев ничего не ответил, он с ужасом глядел на появившегося незнакомца и пребывал в оцепенении.
— ГДЕ КРИСТАЛЛ⁈ — повторил Искариот.
Раскатистый голос проник в каждую клеточку тела, сотрясая ее. Он-то и привел меня в сознание. Но встать я не смог — все тело было словно один сплошной синяк.
Ерофеев что-то нечленораздельное промычал. Он не ожидал увидеть здесь еще кого-то, тем более такого…
Гость взмахнул конечностью.
В тот же миг невидимые тиски обхватили горло Ерофеева и подняли над землей. Дуэлянт захрипел, неуклюже начал перебирать ногами, тщетно пытаясь нащупать точку опоры. Но до земли было метров пять.
«Ему нужна Агхара!», — вдруг ошарашено понял я.
И пазлы сошлись.
Искариоту нужна Агхара. Из-за этого кристалла пострадал и я, правда невольно. Ерофеев украл Агхару у Кривощекина, а я застрелил воришку. Все верно, Искариот, не найдя кристалла у сына Ерофеева, вышел на меня, подумав, что дуэль случилась именно из-за этой самой Агхары и я ее забрал. Поэтому меня Искариот и убил. А потом распотрошил, словно мясник, выискивая артефакт. Он что, думал, что я его съел⁈ Кристалл конечно же не обнаружил. А теперь вернулся к началу поиска, к Ерофееву старшему.
— ГДЕ КРИСТАЛЛ⁈ — вновь произнес Искариот.
— Я… не… знаю… что… вы… имеете… — договорить он не успел, невидимая сила сжалась и внутри Ерофеева захрустели кости.
Он задрыгал ногами сильней, потом стих. Изо рта и ушей тонкими струйками потекла кровь.
Искариот отшвырнул бездыханное тело, развернулся в сторону Кривощекина. Намерения гостя были понятны и без слов. В длинных рука появились серпы, готовые изрубить хозяина на куски. Одна из конечностей замахнулась.
Но ударить противник не успел — я выстрелил.
Пуля звякнула о руку (стальная она что ли?), меняя траекторию замаха. Серп пролетел в стороне от головы Кривощекина, не задев его.
Искариот повернулся в мою сторону. Злобно рыкнул.
Размышлял я ровно одну сотую секунды. А потом выпустил всю обойму прямо в лицо существа.
Приятная отдача толкнула плечо, а пули, подкрепленные эманациями магического камня, высветили в вечернем воздухе желтые полоски света. Все двенадцать снарядов угодили точно в цель.
Искариота оттолкнуло волной назад, он издал жуткий рык. Но победу праздновать было рано. Противник смахнул свинцовые пули, словно грязь. Злобно глянул на меня. Три красных глаза вспыхнули яростью еще сильней.
— Не тронь его! — вдруг крикнул Кривощекин.
И вышел вперед.
Я почувствовал, что пространство наполнилось некротической силой, которая тянулась к Кривощекину. Черная магия! Тонкие неровные нити стягивались в узлы и пучки, которые глава рода сплетал в какое-то сложное заклятие.
Не сразу я понял, откуда Кривощекин взял эту силу. Но едва мой взор упал на Ерофеева, как волна холода прошлась по спине. Кривощекин использовал самое жуткое, что только можно взять — последние исходящие эманации умершего.
Мне еще не доводилось видеть мастера магии жертвоприношений, одной из самым мощных из имеющихся. Говорят, чтобы познать это искусство нужен не один десяток лет и умение убивать медленно и мучительно. Однако и арахнидов до этого момента мне тоже не доводилось лицезреть.
Искариота это не испугало. Он вновь занес серпы, на этот раз оба. И прыгнул на Кривощекина.
Арахнид среагировал вовремя, увернулся. А потом, круто развернувшись, метнул в противника некротический конструкт. Попадание выдалось удачным, черный сгусток ударил Искариоту в спину. Темный гость зарычал. Его тело содрогнулось и перегруппировалось — противник опять был к нам лицом.
Искариот собирался уже было атаковать второй раз, но начал действовать конструкт. Противника оплели сотни полупрозрачных нитей, затрудняя движение. Было видно, как по ним течет сила, судорожная, агонизирующая, но от этого еще более крепкая. Самое жуткое, что только можно придумать. Эманации мертвеца…
— Шпагин! Стреляй! — крикнул Кривощекин.
Это и в самом деле была отличная возможность убить, — если его вообще можно было уничтожить! — противника.
Я вскинул оружие, но Искариот вновь среагировал быстрей. Выкрикнув какое-то заклятие на давно забытом языке, Искариот растворился в воздухе, оставляя после себя лишь небольшую сизую дымку.
— Черт! — выругался я.
Стрелять в пустоту уже было бессмысленно.
Кривощекин хотел что-то сказать, но обессилено упал на траву. Создание такого конструкта не дается легко. Я подскочил к упавшему, попытался привести того в чувство. Облик глава рода арахнидов приобрел уже нормальный, человеческий, но выглядел жутко — белое лицо, такие же белые губы, закрытые синими веками глаза. Кривощекин не сразу очнулся, пришлось пару раз еще огреть его по щекам.
— Никому ничего не говори! — простонал он, едва открыв глаза.
Я кивнул.
Барьер из тумана начал таять. Тут же подскочили зеваки, пытаясь понять, чем закончилась дуэль. А картина выглядела весьма неоднозначно. Ерофеев лежал в одной стороне, Кривощекин — в другой. По толпе прошелся напряженный шепоток. Чтобы унять все пересуды, я поднялся, громко произнес:
— Господин Кривощекин победил в дуэли.
Послышались радостные вздохи. Кто-то принялся обсуждать нечестное поведение гостя и использование запрещенных приемов — магии во время дуэли. Тихон, невольный секундант Ерофеева, обрадованный таким раскладом, оттащил поверженного в сторону, чтобы не пугать гостей.
Никто из собравшихся так и не понял, что тут на самом деле произошло.
Кривощекина отнесли в дом. Но прежде он успел приподняться и сказал гостям, что с ним все в порядке и праздник продолжается. Все успокоились окончательно. Грянул оркестр, заиграв что-то ритмичное, веселое и вскоре все уже позабыли об инциденте.
Но только не я.
Мне нужно было вновь встретиться с Кривощекиным. Ряд вопросов остался. И по некротическим творениям, и по Ерофееву, и по артефакту.
На пути меня остановила Ирина, пытаясь узнать, что же случилось. Я убедил ее, что все в порядке и ее отец не получил ранений, а просто вымотался, использовав магические конструкты. Девушка в это поверила и успокоилась.
Поднявшись на второй этаж, я с удивлением обнаружил, что там, возле двери в кабинет, стоят какие-то хмурые парни, явно не из охраны Кривощекина, которую я уже успел всю запомнить в лицо.
— Мне к главе рода, — произнес я, когда мне перегородили путь.
— Он занят, — ответил один.
— Передайте, что Александр Шпагин хочет его видеть.
Один из парней отошел и вскоре вернулся.
— Проходи.
Я глянул на незнакомцев и вдруг приметил что у одного, что у второго маленькую татуировку в виде паука на шее. На знак тотема это не походило, но однозначно давало понять, что ребята в курсе арахнидской темы. Может быть, какая-то личная охрана?