В галерее было много людей, но атмосфера была спокойной и сосредоточенной. Люди приходили сюда, чтобы отдохнуть от суеты жизни, погрузиться в мир искусства и получить эстетическое удовольствие.
— Александр Константинович! — окликнул меня кто-то.
Я оглянулся и увидел в паре шагов от себя пожилого мужчину. Хватило и одного взгляд, чтобы понять — это именно граф Березов.
Его высокий рост и безупречная осанка выдавали аристократическое происхождение. Лицо, покрытое сетью тонких морщин, хранило печать прожитых лет, но глаза, холодные и проницательные, излучали ясный ум и скрытую силу. Серый костюм сидел на Березове идеально, как вторая кожа, а тонкая шелковая рубашка подбиралась в тон цвета его седых волос. На пальце сверкал золотой перстень с камнем, который, казалось, переливался всеми цветами радуги.
Он смотрел на меня, но его взгляд казалось был устремлен сквозь меня. Он словно наблюдал за чем-то своим, за чем-то, что было далеко за пределами этого зала. Неловкость от его присутствия нарастала с каждой секундой. Казалось, этот человек был не из нашего времени, не из нашей реальности. Он был как призрак из прошлого, явившийся в этот музей, чтобы напомнить о том, что время неумолимо, и что все мы когда-нибудь станем лишь тенью самих себя.
— Будем знакомы! Меня зовут Генрих Александрович Березов, — произнес он, протягивая жилистую руку.
— Александр Шпагин, — ответил я, принимая приветствие. — Вы хотели со мной встретиться?
— Да, — кивнул тот. — И я очень рад, что вы приняли это приглашения. Но сначала давайте пройдемся по галере? Сегодня тут такие сокровища выставляют!
Его глаза вдруг загорелись, он жадно оглядел стену, на которой было вывешено несколько полотен.
— Хорошо, — согласился я.
Странность ситуации все больше усиливалось, но я решил до некоторого времени просто понаблюдать за этими графом Березовым, чтобы понять кто он такой.
Мы пошли по галерее, осматривая картины. Березов принялся рассказывать о художниках, о стилях, о истории искусства. Он был красноречив и образован, и я не мог отказать ему в его знаниях. Но мой ум был занят другими мыслями. Я все еще пытался понять, что меня так беспокоило в его поведении, что за такой неброской внешностью скрывалось.
Мы подошли к залу, где были представлены работы современных художников. Я посмотрел на абстрактные картины, на яркие и необычные инсталляции. Но ничто не привлекло моего внимания.
— Признаться, я не совсем понимаю этого искусства, — признался я, уже уставший от всего этого пестрого разноцветия.
— В самом деле? — спросил Генрих Александрович, и я увидел на его лбу небольшую морщинку. Но она тут же разгладилась. — Ничего страшного! Я знаю, что вы неплохо разбираетесь в оружии?
Я кивнул.
— Ну вот. Мне нравится живопись, вам — оружейное дело. У каждого есть свои интересы. И порой эти интересы пересекаются.
Я понял, что Березов подводит к сути дела, ради которого он меня сюда и пригласил.
Генрих Александрович мягко взял меня под локоть и отвел чуть в сторону, чтобы не мешать основному потоку людей ходить по галерее.
— Александр Константинович, я знаю, что вы поставляете очень неплохие магические камни?
— Верно, — кивнул я.
Улыбка заиграла в уголках губ Березова.
— Прекрасные, надо отметить, камни, — проговорил собеседник. — Я уверен, что вы знаете их истинную ценность. Такая сила, спрятанная в каждом кристалле. Невероятная мощь и возможности!
— Да, камни действительно уникальны, — согласился я, не отрывая взгляда от Березова. — Но я не уверен, что понимаю, что вы имеете в виду, и куда ведете и о каких возможностях говорите.
— Возможности, — повторил Березов словно вкушая это слово, — они скрыты в каждом из нас. А эти камни могут помочь их раскрыть. Вы же знаете, что они способны усиливать магические способности, правда?
Я кивнул. Мне до сих пор было непонятно, почему Березов так интересуется камнями. Их можно использовать по-разному — можно создать с мощью них какое-нибудь лекарское заклятие. А можно создать и разрушительные заклятия. Для чего именно Березову они нужны?
— Я предлагаю вам сделку, — продолжил собеседник, уже не улыбаясь. — Я куплю у вас все эти камни. По цене, которая вас устроит.
Все⁈ Я едва сдержал себя.
— Почему вам нужны эти камни? — спросил я, прямо смотря в глаза Березову. — Что вы хотите с ними сделать?
Березов сделал небольшой жест рукой.
— Не важно, что я с ними сделаю, — ответил он. — Важны ваши камни, а также ваш талант. Вы опытный торговец, знаете цену таким реликвиям. Я уверен, что мы сможем договориться на сотрудничество.
— Сотрудничать? — я сморщил брови. — Вы говорите о сделке, но не объясняете свои намерения. Это меня беспокоит. Поймите меня — я ограничен лицензией на продажу. Там есть много пунктов, которые могут быт нарушены, если я буду продавать камни… — я хотел сказать «первому встречному», но вовремя исправился, — всем без разбора. Но даже не это главное. Магические камни — не игрушка. И я не хочу быть причастным, пусть и косвенно, к тому, что эти камни могут быть в последующем использованные в противозаконных целях. К тому же я уже заключил договор…
— С Пантелеевым, — перебил меня Березов. — Я знаю это. Пантелеев, уверен, предложил вам хорошую цену. Но и я не обижу. А по поводу того, для чего они мне… Скажем так, эти камни не будут использованы в противозаконных целях и не причинят никому вреда. Только в личных целях.
— Я не готов рисковать своим будущим, не зная, куда меня ведут, — холодно ответил я.
— Вы не готов рисковать? — Березов медленно повернулся ко мне, и в его глазах загорелась некая искра. — Но ведь риск — это часть жизни. Риск — это возможность сделать шаг вперед. И я уверен, что вы не из тех, кто боится шагать.
Я почувствовал холод в жилах. Я не мог понять Березова, его намерения были загадочны, а слова слишком туманны. Березов не просто богатый коллекционер, он играет в какую-то большую игру, а я не хочу быть пешкой в ней.
Это сомнение прочитал в моих глазах собеседник и вовремя опомнился.
— Александр Константинович, давайте сделаем так. Я вижу, что наскоком огорошил вас. Так дела не делаются. Давайте вы подумаете? Мы никуда не торопимся. Не спешите с окончательным ответом. Просто знайте — я готов предложить вам цену за камни в полтора раза большую той, которую назначил вам Пантелеев.
Такая новость заставила меня удивиться. Сумма, которую собирался платить Березов за магические камни, была огромной. Но…
Мне это не нравилось. Интуиция подсказывала, что спешить соглашаться не нужно. Сначала необходимо разобраться во всем этом.
— Я подумаю, — ответил я, давая понять, что беседа закончена. — И когда приму решение, я дам вам знать.
Березов улыбнулся и кивнул.
— Я жду, — сказал он, и я увидел в его глазах нечто недоброе, нечто, что заставило его еще больше насторожиться. — На этом и удаляюсь. Не буду вам мешать любоваться картинами. Признаться, я и сам намерен окунуться в искусство и пройтись по северному коридору галереи — там вставлены самые ценные экспонаты.
С этими словами он пожал мне руку и ушел. Я посмотрел ему вслед, чувствуя себя неуютно, как будто я только что вышел из загадочной ловушки, но еще не понял, куда иду дальше.
Все это весьма загадочно. Нужно будет навести справки на этого Березова.
Я уже планировал было уходить и даже направился в сторону главного выхода, как вдруг увидел ее. Она висела на стенке в углу зала, неприметная и забытая всеми. Это была небольшая картина, написанная масляными красками.
На ней были изображены хрустальные шары. Те самые, что я встретил в подземелье, в которых была заключена вся моя жизнь — и прошлая, и будущая.
Глава 4
Я остановился как вкопанный. Сердце забилось в груди с ужасающей силой. Я видел эти шары в подземелье! И это не была какая-то ошибка или игра воображения. Я даже протер глаза и тряхнул головой — вдруг и в самом деле привиделось? Но картина существовала на самом деле.