Тик-тик-тик…
Я еще сильней вжал тормоз, открыл дверь. Панель приборов погасла. Вновь загорелась, ярко, словно кто-то выкрутил до максимума настройки.
Тик-тик-тик…
Выгадав момент, я выпрыгнул из машины. Она еще продолжала нестись и потому, пока я катился по асфальту кубарем, она успела отъехать метров на двадцать от меня.
И с оглушительным грохотом взорвалась.
Меня окатило жаркой волной. Я вжался в асфальт, закрывая голову руками. Ударная волна едва не сорвала рубашку. Но самое главное я был жив.
Я поднял голову. Глянул на горящую машину. От нее остался только один остов. Все было объято пламенем. Подумать только, ведь бронированная, а сгорела почти дотла! Сколько же взрывчатки в нее заложили? А то, что там была бомба, я не сомневался.
Вдали завыли сирены. Дрожащей рукой я достал из кармана сотовый телефон, вызвал Исаму. Тот приехал сам. Увидев горящую машину, долго ничего не мог произнести, только ходил с открытым ртом и разводил руками.
— Поехали, — скомандовал я, садясь в его машину.
Плюнув на всех — полицию, пожарных и следователей, я двинул к себе в администрацию. Я был полон ярости, потому что понимал, кто это подложил мне бомбу. Сомнений в это мне может быть. Перешли значит к активным действиям. Значит и мне пора начинать снимать ограничения и использовать в споре не только слова.
В администрацию прибыли минут через десять. Я попросил Исаму оставить меня одного. Но сообщил, что если будут гости то приглашать их. Сам чтобы хоть как-то отвлечься от происшествия, вызвал охранника.
В дверь постучали.
— Войдите, — хмуро буркнул я, пытаясь унять трясущиеся руки.
Вошел охранник. Я тут же оживился, спросил:
— Ну что, какие вести? Нашли шамана?
— Прочесали весь район вокруг их поселения, отправили по главным дорогам людей, также запустили несколько квадрокоптеров, чтобы глянуть сверху. Шамана нигде нет. Как сквозь землю провалился!
— Не удивлюсь, если так оно и есть, — упавшим голосом ответил я.
— К вам посетители, — в комнату вошел Исаму. — Извините, но вы сказали, что если будут посетители, То говорить вам. Тем более там…
Он был обеспокоен.
— Кто там еще?
— Тот самый, — прошептал Исаму. — Которому бояре хотят продать руду. Дональд Андерсон…
Глава 12. Предложение
— Дональд Андерсон… — повторил я.
Такой наглости я не мог даже представить. Еще минуту назад я чуть не подорвался в собственной машине, а теперь вероятный заказчик этого взрыва сам явился ко мне. А то, что это было именно по указке Андерсона, я не сомневался.
— Ну что же, пусть войдет, — произнес я, готовый встретить гостя «горячо».
Исаму ушел. Через минуту раздался стук в дверь и в кабинет вошел высокий человек. Его длинные черные волосы спадали до плеч, выбритый до синевы подбородок выпирал вперед, а голубые глаза были большими и блестели как у младенца. Андерсон был широк в плечах и обладал достаточно редким даром — хтоническими началами. В руках он держал небольшой черный дипломат.
— Приветствую! — произнес гость, широко улыбаясь и обнажая белые как кафель морга зубы.
У гостя был едва заметный акцент и слова он словно бы облизывал, смягчая.
— Мистер Александр, я пришел к вам запечатлеть свое почтение!
— Добрый день, — холодно ответил я. — Присаживайтесь.
Андерсон сел. Поставил дипломат у своих ног. Я глянул на ношу, напрягся — уж не бомба ли там на подобие той, что мне прикрепили в машину? Но довольно скоро успокоился — не будет же сам себя подрывать вместе со мной гость!
— Мистер Александр, я хотел поздравить вас с назначением. Знаю про вас многое.
— И что же именно? — удивился я.
— У вас ошеломительная карьера. Из княжича рода Пушкиных, которому нужно было выслуживаться очень долго, вплоть до кончины отца, чтобы унаследовать необходимые активы, вы стремительно рвану вверх. Как ракета! Сначала кадет. Потом вдруг адъютант. И сразу князь! Да не простой, а целой Камчатки! Император явно видит в вас потенциал.
— Что привело вас ко мне? — спросил я, понимая, что гость сейчас будет использовать стандартную схему лести.
— Желание познакомиться лично! Такой успех нужно изучить, понять, что же привлекло такое внимание Императора. И теперь я вижу, что вы не промах.
— Прямо вот так видите? — язвительно спросил я.
— Вижу, — кивнул Андерсон, вновь улыбаясь своей ослепительной улыбкой. — Вы сильны. Очень сильный. В вас есть воля. И характер, несгибаемый, сильный. А это главные качества руководителя. Из вас выйдет толк, Император сделал все правильно, назначив вас на это место.
— Воля и вправду нужна, — кивнул я. — Особенно когда за спиной полыхает огонь.
Глаза Андерсена округлились. Он заохал.
— Что случилось? Что с вами случилось?
— А я думал, вы знаете, — улыбнулся я.
Но Андерсон был непробиваем. Он продолжал разыгрывать мину удивления и непонимания.
— Нет, конечно же я ничего не знаю! Если нужна какая-то помощь, то я сию минуту распоряжусь, чтобы необходимое было оказано.
— Нет, спасибо. Ничего не надо, — ответил я. Спросил: — Вы что-то хотели? Какова цель вашего визита ко мне?
— Я сразу же хотел извиниться, мистер Александр, что трачу ваше драгоценное время на вопрос, который по сути не стоит и выеденного яйца.
— Думаю, вопрос это на самом деле важен. Хотя время на него и в самом деле тратить нет смысла — я остаюсь непреклонен.
— Вот он характер! — восхищенно произнес Андерсон, глядя на меня. — Вот она сила воли! Сказал — как отрезал!
— Если у вас все, то прошу меня не отвлекать, — холодно произнес я.
Этот тип начинал меня раздражать. От его ауры несло могильной землей, холодной и влажной.
— Мистер Александр, — тон гостя мгновенно изменился, от восторженного стал деловым, требовательным. — Вопрос, с которым я пришел к вам известен и мне, и вам. Это указ о продаже руды. Вы не хотите его подписывать. И это очень странно. Потому что я имею гражданство российской империи. Никаких законов этим указом не нарушается. В обосновательной части указа мы все объяснили. Так что к вам вопросов не возникнет, если будут проверки. По бумагам руда пойдет на использование на заводы в Самаре и Тюмени.
— Вот именно, что только на бумаге, — ответил я. — А по факту?
— Мы с вами деловые люди, мистер Александр. И мы должны понимать, что некоторые вопросы лучше не задавать вслух, потому что ответы нам могут не понравиться. Да и что слова? Пустое. Главное — бумаги. А они, как я сказал, в полном порядке.
— Подписывать указ я не буду. Разговор окончен.
Андерсон улыбнулся, но на этот раз в ухмылке проскользнула раздражительность. Но надо отдать должное гостю, держался он уверено.
— Вы же понимаете, что бояре все равно протолкнут этот указ? С вами или без вас.
— Вы имеете ввиду Совет, через который Невзоров хочет провести указ? Это тоже еще вопрос — протолкнет или нет. Совет полностью не собран.
— Дело времени, — ответил Андерсон. — На зов не явился всего лишь один. Четыре дня. Вот его срок. Не появится в обозначенное время — значит, решим без него.
— Смотрю, вы прекрасно подкованный в наших делах. И про Охиндо знаете и все процедуры, по которым проходит проект указа.
— Это моя работа.
— А что, если он появится? И не захочет принимать указ?
— Насколько я знаю, Охиндо пропал, — промурлыкал Андерсон. — Так может и не вернуться вовсе.
— Или ему помогут не вернуться? — с нажимом спросил я.
— Что вы имеете ввиду?
— Наверное, этот вопрос не ко мне, а к тому, кто хотел меня убить. Мне тоже хотели помочь не вернуться.
Я пристально посмотрел Андерсону прямо в глаза. Тот занервничал.
— Мистер Александр, вы так странно говорите! Я ничего не понимаю, но чувствую напряжение в ваших словах. Давайте успокоимся.
— Я спокоен.
— Разговор наш свернул не на ту дорожку. А я хочу, чтобы он был продуктивен. А он не таков. Знаете почему? Я отвечу на этот вопрос. Потому что в этом вопросе нет вашего интереса. Я угадал?