Я вновь впал в ступор. День рождение жены мэра и голые девицы с пьяным гусаром никак не совмещались в единое целое в моей голове. Происходящее здесь больше напоминало шабаш.
Взяв для отвода глаз фужер с шампанским, я принялся медленно ходить по залу, держась все больше стен, чтобы не попадаться лишний раз на глаза другим людям. Осмотревшись, я понял, что кабинет мэра находится на втором этаже — там и охрана стояла солидная, и народ туда не ходил, тусуясь только внизу. Значит нужно пробраться туда.
Но пробраться не удалось.
Вновь грохнули динамики, и со всех сторон грянула музыка. Толпа одобрительно закричала.
А потом в зал стали вваливаться люди, тусующиеся, как я понял на улице во внутреннем дворике коттеджа, где стоял бассейн. Их было много и все они кричали.
— Лови, суку!
— Срывай одежду с нее!
— Хватай! Хватай!
Я даже не сразу понял, что произошло. Лишь смотрел как толпа, словно обезумев, начала кого-то ловить. Словно бы какое-то животное. Может быть, белка забежала?
Но это была не белка. Миниатюрная девушка, одетая в костюм гейши, бегала с испуганными глазами от пьяных людей, тоже, кажется, ничего не понимая.
— Лови, ее!
— Не дай уйти!
— По голове ей!
Толпа бросилась на гейшу, быстро загнала ее в угол. Кто-то из пьяных похрюкивая, начал смеяться. А потом кинулся на гейшу.
Девушка принялась отбиваться своими сухими кулачками. Юркая, она пронзительно визжала, царапалась и кусалась. Но все было бесполезно. Мужчина был больше ее и сильней.
Все остальные, глядя на это, принялись смеяться.
Мужчина схватил ее за одежду, но спьяну промахнулся, вырвал из-за пояса веер. Посмотрел на него, бросил на пол и растоптал. Толпа вновь грянула смехом.
Гейша вдруг перестала кричать и начала бешено металась по залу, сбивая с ног наблюдателей. Пьяная толпа принялась хохотать еще сильней.
— Бить ее!
— Щиплите ее!
— Одежду срывай! Одежду!
Толпа принялась рвать одежду с девушки, обнажая ее белое тело, маленькую грудь, худые плечи.
Я выскочил вперед, оттолкнул одного, второго, третьего. Толпа поутихла. И только мэр, уже изрядно набравшийся, с диким взглядом плясал над обломками веера.
— Пошли прочь от нее! — рявкнул я, закрывая собой дрожащую от страха и плачущую гейшу.
— Это кто такой? — процедил сквозь зубы один из мужчин — тот самый, кто загнал девушку в угол и едва не ударил ее.
И вышел прямо ко мне.
От него пахло алкоголем, глаза горели яростью, а эманации силы буквально бурлили.
— Не вмешивайся! — произнес он. — И отойди, а не то…
— А не то — что? — с вызовом ответил я, делая шаг вперед.
Ситуация накалялась. Я понял, что ничем хорошим она не закончится.
— Август, спокойней! — выскочил к нам мэр. — Это же наш гость, Пушкин!
— Мне плевать, кто он такой, — произнес противник. — Он помешал мне. А я такого не прощаю.
— Да брось! — рассмеялся мэр. И в шутку произнес: — Что же теперь, на дуэль его, что ли вызывать?
— А почему бы и нет? — сказал тот и хищно ухмыльнулся, переводя взгляд на меня.
Глава 7
Воробей
— Хотите вызвать меня на дуэль? — спросил я, глядя подонку прямо в глаза.
Тот, хоть и был пьян, но понимал, на что шел. И дуэль этот был запланирован. Однако я не боялся его, чувствуя, что наши силы равны.
В тот момент меня одолевала злость — я не мог до конца поверить в то, что тут творилось. Малежик устроил тут настоящий шабаш, и мне хотелось залить тут все огнем.
Ответить на мой вопрос подонок не успел, в разговор вмешался мэр.
— Ребята, ну вы чего? — сказал он, вклиниваясь между нами. — Перестаньте ссорится. Вы все-таки в моем доме.
— Ладно, проехали, — нехотя ответил противник, уходя прочь.
— Вот и хорошо, — кивнул Малежик. — Александр Федорович, вы не подумайте ничего плохого. Вечеринка у нас и в самом деле зашла немного дальше обычного, но поверьте, все под контролем. Давайте лучше выпьем с вами.
— Я не хочу пить, — жестко ответил я.
Мэр ухмыльнулся. Было видно, что мои слова его задели, но он не стал ничего говорить в ответ.
— Мне нужно с вами поговорить, — произнес я. — Назначьте время, когда сможете быть в нормальном состоянии.
— Да я и сейчас вполне нормальный! — ответил мэр. — А по какому, собственно, вопросу хотите поговорить?
— По тому, по которому меня сюда направили.
— Пропажа камней? — лицо мэра изменилось. — Вам стало что-то известно?
— Многое. И поэтому хочу с вами поговорить.
Малежик прищурился.
— Поговорить всегда можно, главное, чтобы этот разговор не вывел нас к тому, чего мы не хотим.
— Это верно замечено.
— Александр Федорович, я хотел бы вам напомнить, что любые слова должны иметь под собой основание. Я бы не хотел услышать то, что меня расстроит.
— Думаю, расстроиться вам все же придется.
— Вы так считаете?
Я не ответил.
— Важны документы, а не слова, — продолжал Малежик. — Есть ли они у вас?
— Думаю, на этом стоит завершить нашу беседу — иначе она грозит затянуться. А у вас сегодня день рождение у жены, не стоит ее огорчать.
— Жена подождет! — раздраженно ответил мэр. — Я хочу услышать ответ прямо сейчас.
— Вы сейчас не в форме, господин Олесь Анатольевич.
— Я в форме! — обиделся тот. — А вот вы, Александр Федорович, все кругами ходите, но к главному подойти не хотите.
— Не переживайте, завтра мы обо всем поговорим. И я покажу все необходимые документы.
Я рисковал. Самых главных документов у меня все же не было, их нужно было еще добыть. Но отступать было поздно. Тем более что в мои планы вмешалась третья сила.
Входная дверь с грохотом открылась, и в зал вошел гость.
Он был одет во все черное, словно явился на поминки. В каждом движении чувствовалась барская размашистость и вседозволенность — гость высморкался в платок и бросил его прямо под ноги слуге, прошел внутрь. Оглядел всех, широко улыбнулся, сверкая белыми зубами.
— Я гляжу, вечеринка в самом разгаре!
Я знал кто этот гость, потому что уже его видел, на фотографии в доме Крыловых.
В гости к мэру собственной персоной пожаловал сам Воробьев, глава бандитского клана.
* * *
Воробьев был крепок. От него веяло силой, и он был на голову выше всех присутствовавших — и в прямом, и в переносном смысле. Мне даже стало любопытно. Я осторожно заглянул в его ауру и неприятно поразился. Глава бандитского клана обладал двумя началами силы! Одна ветка, основная, была воздушная. Вторая, оплетающая основную, — огненная. Можно было только представить, какой потенциал заложен в этом!
Теперь понятно как удалось этому человеку объединить вокруг себя бандитов и головорезов, и не умереть. И не только их. Воробьев, безусловно, был тайным лидером здесь, и даже мэр являлся его фигурой. Он был серым кардиналом, который управлял всем. И его появление здесь было неспроста.
— Виктор Иванович! — воскликнул Малежик, раскидывая руки в разные стороны, желая обнять гостя.
Тот был не против, и они принялись горячо обниматься, приветствуя друг друга. Остальные присутствовавшие тоже окружили гостя, начали всячески выражать ему свое почтение, не скупясь на лесть и комплименты. Воробьев ядовито улыбался, слушая теплые слова в свой адрес.
— Ну что же, мы так и будем стоять на пороге? — спросил, наконец, он, когда поток лести начал иссякать. — Я не прочь выпить. Олесь, я знаю, у тебя есть отличный абсент. Ты в этом деле разбираешься. Налей-ка мне самого лучшего.
— Непременно!
Малежик кивнул слуге и тот принес на подносе бутылку и пустую рюмку. Мэр налил зеленоватой жидкости в рюмку, протянул гостю.
— Прошу.
— Чистый? — удивился Воробьев.
— Только такой! Все эти сахарные сиропы — дрянь! Пей так, несравнимое ощущение.
Воробьев взял рюмку, опрокинул в себя.
— Ух! — только и смог вымолить.