Тренированный годами командирский голос сумел совершить невозможное — панически дернувшись, боров немедленно вылетел из кресла и наверняка бы выполнил воинское приветствие, знай как это делается. Только подсуетившийся слуга уберег хозяина от дальнейшего позора, а давящегося смехом Гену — от удушья.
Подхватив борова под локоток, «подсвечник» помянул всех очень влиятельных и немножко выдуманных родственников да клятвенно заверил, что баронет не забудет столь несправедливое оскорбление. Когда сладкая парочка все же изволила покинуть помещение, а дверь с грохотом захлопнулась и до кабинета перестал долетать гомон из зала, я наконец позволил себе откинутся на спинку кресла.
Каждый день одно и то же… Есть города, как города, а есть долбанный Грисби! Ну все здесь через жопу! В нормальные места люди за изысканной одеждой, редкими библиотеками, или умелыми кузнецами приезжают, а сюда только за всякой гадостью! Чертовы извращенцы — будто других борделей в мире нет!
Впрочем, надо отдать покойному «козленку» должное — надо иметь реальный талант, чтобы слава о твоем салоне на весь континент громыхала. Ну, вернее, стыдливо перешептывалась. И судя по тому, что снег с дороги толком не сошел, а этот боров уже третий оголодавший за зиму «вип-клиент», — то ли еще будет.
С одной стороны — круто, конечно. Деньги-то нам ой как нужны, ибо караванщиками сыт не будешь, а местные за зиму обнищали донельзя. Но с другой… Блин, таких запросов клиентуры даже дежурная офицерского общежития не слыхала. Обычный тариф услуг сиих «почтенных господ» не интересует, им экзотику подавай. Чтоб как при «козленке». Я, конечно, всякое слышал о моральном облике прежнего управляющего салоном, но масштабы как-то недооценивал.
Выслушав пару «особых» запросов от средневековых любителей острых ощущений, я начал всерьез подозревать, что та бабайка в потайной комнате отнюдь не просто так куковала возле зеркала и матрасов. Девку внутрь запусти, а сам на зеркало гляди… Тьфу, уроды. Это кем надо быть, чтобы до такого догадаться? Зато теперь понятно, почему персонал не особо возбухает против моих казарменных замашек и строгих правил оборзевшего евнуха. По сравнению с «козленком» — мы просто ангелы небесные.
Ну да хрен с ним, с персоналом. При всей своей продажности, у девчонок хотя бы хватает мозгов держаться подальше от подвала и не задавать тупых вопросов. В отличие от охочих до диковинок богатеев.
Кто именно там дрыхнет знают лишь новый сотник да меньше десятка самых доверенных городовых из тех, кто не зассал «микрофонщика» и лично отволакивал ночную фею в салон. Но про неведомую тварь в канализации уже весь город слыхал, а богатым содомитам ой как хочется взглянуть на сие чудо-дивное. И не только взглянуть, но и палочкой потыкать. Хорошо, если не кожаной.
Они же не знают, что там девка в цепях дрыхнет? С виду обычная. Даже миловидная. Ровно до тех пор, пока не поглядишь, с какой жадностью она трижды разбавленную кровь глотает.
Конечно, подкармливать эту неведумую срань — все равно что тигра в жопу целовать. Страшно и никакого удовольствия. До сих пор во снах переливается тот щедрый багровый ручеек, струящийся из тонких губ в свете масляной лампы.
Но и глядеть, как день ото дня ее бледная кожа все сильнее облегает ребра, а дыхание становится все тише и сбивчивее… Может она и чудовище, но я еще не настолько поехал, чтобы в подвале концлагерь устраивать. Вот утопить или голову отсечь — сколько угодно.
А что? Брат ее, если он вообще живой, давно испарился — весь город перерыли, не нашли. Новых «диверсий» или туристов из ада тоже не видать. Так на кой ляд ее держать?
То есть, интересно, конечно, какая связь между ночной феей, хрипом рации из трубы, микрофонщиком и кровью, что выкачали из моего языка, но как-то… Ну его нахрен — не люблю я всю эту долбанную магию. Короче, как отмахнулся пиявочник, когда я заглянул к нему на огонек — «нечестивые знания лучше хоронить вместе с их хозяевами.»
Жаль лишь, что к волшебнице меня так и не пустили. Отмазались, будто она на какой-то прием Молочный холм свалила, дабы Аарона представлять. Хотя скорее Грисби просто начал всерьез готовить внучку замуж, а слухи о ее мутных связях с каким-то недорыцарем, у которого бордель в виде надела — не сильно-то удлиняют очереди из богатых сватов.
В общем, прикинув хрен к носу и здраво рассудив, что меньше знаешь, дольше живешь, я уже готовился познакомить спящую кровососку с заготовленной ванной, но тут в дело вмешался хрыч. Прослышав от одноглазого сотника о моих намерениях, он немедленно приковылял в кабинет, старательно демонстрируя запущенный маразм вперемешку с проблесками деменции.
И хрен бы с ним, да только между «со мной совета не держал!» и «сперва пущай про демонов твоих поведает, а там нехай жабры тренирует…» промелькнуло и «из злых собак добрые волкодавы выходят!».
Чушь полнейшая, конечно, да вот только… Если уж обиженная женщина похожа на ведьму, то на кого станет похожа обиженная ведьма? Все-таки и у маразматика порой дельные мысли проскакивают.
Правда, понятия не имею, каким хреном коматозный вампир может уберечь наши жопы от мести Киары, которой так страшится одноногий, но флаг ему в руки. В конце-концов, ему виднее, ибо всю жизнь на эту нечисть охотится. Хочет и дальше очкастую своей кровью поить? И хрен с ним! Пусть хоть кефиром из жопы отпаивает, не жалко. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы к бутылке не лезло.
Будем считать — должок за Гену. В конце-концов, именно хрыч мальца в чувства привел. Перестарался, правда…
— Отставить веселье! Хорош тащится, задолбал! — карандаш, запущенный в излишне счастливого оруженосца, возымел обратный эффект, заставив Гену хихикать с удвоенной силой. — Да хватит ржать, кому сказано?! Иди лучше евнуха разыщи!
Утерев выступившие слезы пацан кое-как совладал с собой:
— Зачем, сир? Изволите представить его как экзотику?
— Поговори мне тут — тебя представлю! Но ход твоих мыслей верный! Скажешь ему — пусть «Молочную Мэри» в платье поприкольнее нарядит, да отправит в комнату к этим додикам. Раз уж громче всех ныла что клиентов нет, так пусть отдувается. Молоком их попотчует… Тьфу, гадость!
Жестоко, конечно, но вдруг им понравится? Ведь этих извращенцев хрен разберешь. Да и денег они и впрямь немерено предложили. На боевого коня или неплохой домик хватило бы, коли не дыра в бюджете.
При упоминании коровообразной женщины, Гена чуть стушевался, видимо припомнив, что в свое время едва не позволил ей сорвать свою ягодку:
— Сир, при всем уважении… Однако я не уверен, что после такого унижения сии господа и впрямь изволят остаться под вашей крышей. Да и стоило ли так ехидничать с баронетом?
— Ген, при всем пофигизме, но куда им деваться-то? Гостиниц в городе нет, а «Звенящие сиськи» уж месяц как разорились. Или ты реально думаешь, что они в клоповник пойдут? А по поводу баронета — ты уши-то не сильно развешивай. Знаю я таких баронетов — лорд говна и властелин пыли, блин.
Очередной купец или спекулянт из какой-нибудь «шелковой гильдии». Денег скопил да на пенсию свалил, сунув взятку какому-нибудь графу Де-Голожопу Мухосранскому, чтобы тот ему «надел» подарил. Курицы за время своего «Кудахтающего шухера» столько городов да замков в свои жертвенные алтари превратили, что в тех местах еще с сотню лет никто жить не захочет. Вот и стоят эти наделы, разоренные и никому нахрен не нужные — прямо как их уцелевшие лорды. В цене сойдетесь — и вот ты уже не хрен с бугра, а целый баронет, барон, или даже граф. И пофиг, что эти наделы доходов не дают и только на бумаге существуют.
Само собой, настоящие лорды такими «потемкинскими» титулами даже подтираться побрезгуют. Филькина грамота, короче. Крестьян подурить да чувство собственной важности потешить.
Остается лишь один вопрос…
— Какого черта это я тебе все рассказываю?! Наоборот же надо — тыж этот Петушиный бунт лично видел!
— Визжащий шторм, сир. — чуть помрачнел пацан, остановившись на пороге в зал. — И мне тогда и семи лет не исполнилось. И я…