Меня могут просто отпустить, как и было изначально договорено. Отдадут деньги за перевозку механизма, посадят на обратный рейс.
Могут просто пристрелить, сочтя мой рассказ выдумкой, а меня — шпионом.
Могут затянуть разрешение вопроса и продолжить тут меня удерживать, пытаясь связаться с кем-то, кто подтвердит или опровергнет мои слова.
Могут поверить и дать карт-бланш на отработку моей истории с рудой.
Последний вариант самый предпочтительный.
Только вот какова будет вероятность именно его? Это зависит от того, что сейчас они решат?
За долгими и напряжёнными раздумьями прошло достаточно много времени. В дверь постучали и я вздрогнул, выныривая из своих мыслей.
— Добрый день! — приветствовал меня дворецкий.
Он пришел в сопровождении охраны, которая осталась в коридоре, перекрывая мне возможность улизнуть.
— Распорядились принести вам чего-нибудь поесть, — сообщил дворецкий, закатывая тележку, на которой разместилось множество тарелочек с закусками.
Я не был голодным, но не стал отказываться от подношения. Взгляд мой приковали столовые приборы — вилки, ложки, ножи… Если дело повернется не так, как хотелось бы, то их можно пустить в дело. Едва ли нож имеет нужную остроту, но при желании это можно исправить. Вон и камин стоит, выложенный из камня. Об эти самые камни и можно заточить оружие.
Откланявшись, дворецкий ушел. А я вновь задумался. Если принесли еду, значит ожидание затягивается. Понятно. Решают. Видимо мой рассказ не на шутку встревожил руководство. Теперь нужно и самому набраться выдержки и терпения и ждать.
Я подкатил тележку к креслу, сел. Короткое изучение комнаты подсказало, где находятся камеры и как нужно расположиться, чтобы сильно не светиться. Но и нарочно не добавить подозрений.
Я сел боком, принялся неспешно кушать, наслаждаясь прекрасной едой. Вкусные закуски с красной рыбой и икрой, мясной начинкой и овощами — все было сделано на высшем уровне. Я не отказал себе даже в фужере красного вина. Но разрешил себе его только, когда провернул задуманное — незаметно положил руку на нож, а потом безымянным пальцем смахнул его в рукав. Оружие было у меня.
После еды ожидаемо потянуло в сон.
Хотелось узнать, как там дела у Кати и Макса, но попасть к ним сейчас было невозможно. Оставалось надеяться, что они будут играть свои роли, не выдав себя.
Я уже начал дремать, как в дверь вновь постучали. Это был опять дворецкий.
— Ваш чай, — произнес он, вкатывая небольшую тележку.
— Чай? — удивился я.
И вдруг обратил внимание на взгляд дворецкого. Гость был явно взволнован, но старался не подавать вида. Он глянул на меня, потом перевел взгляд на чашку. Его брови при этом то резко подскочили вверх, то сомкнулись на переносице. Казалось, будто вошедший хочет мне что-то сказать.
Я вопросительно глянул на него, но дворецкий ничего не сказал. Вместо этого он подкатил тележку ближе ко мне. Я невольно отметил, что встал он так, чтобы закрывать своей спиной камеру. В такой момент удобно выхватить припрятанный нож и напасть. Только вот с тупым оружием больших успехов не добьешься. Да и зачем мне убивать дворецкого? Он и так какой-то странный.
— Да, ваш чай, — с нажимом произнес он, взяв чашку и налив в него кипятка.
А потом поставил на стол.
— Приятного вечера, — произнес дворецкий и вышел.
Я проводил его недоумевающим взглядом. Странный, если не сказать больше. В первый свой визит он таким вроде не был.
Я поднял чашку и вдруг увидел на столе что-то. Какой-то клочок бумаги, свернутый в несколько раз. Делая на камеру вид, что ничего не произошло, я отпил чаю, поставил кружку на бумажку. Потом встал, потянулся, начал ходить по комнате, делая вид, что разминаюсь. Вновь сел. На этот раз отвернувшись. В этот самый момент я осторожно взял бумажку и спрятал в руках. Зевнув, незаметно развернул его и прочитал.
Написано было немного, но эти слова всколыхнули во мне все. Сон как рукой сняло.
Я ТЕБЕ ПОМОГУ
— гласило послание.
Как это понимать? Провокация? Черт, это ведь и в самом деле может быть провокация. Фальк так проверяет меня? Очень похоже.
А что, если нет? Что, если дворецкий и в самом деле хочет мне что-то сообщить?
Нет, слишком рискованно. Он не знает кто я. Зачем ему доверять мне? А что, если я один из помощников Фалька и могу его сдать? Дворецкий это должен понимать и тогда он подставит себя. Так вряд ли это действительно правда. Провокация. Проверка. Но слишком уж какая-то топорная. Неумелая. Кривая.
Я пребывал в сомнениях. Разум твердил не вестись на это. Но чутье подсказывало, что тут не все так гладко.
Понимая, что нужно выждать, я аккуратно вернул бумажку под чашку, делая вид, что и вовсе не заметил ее. Теперь только оставалось ждать, когда вернется дворецкий, чтобы либо продолжить свое представление, либо действительно искать связи со мной.
Я вдруг задумался. А почему я вообще решил, что это дворецкий пытается со мной наладить контакт? Что, если он — всего лишь почтовый голубь? Просто передатчик, через которого послали эту записку? Тогда от кого оно?
Я вновь выругал себя. Почему я думаю, что это правда? Нет, дешевая проверка.
Взяв себя в руки, я откинулся в кресле и закрыл глаза. Попытался отстраниться от всего. Так и перегореть не долго. Нужно расслабиться.
Меня начало обволакивать чем-то мягким, теплым и я не заметил, как уснул.
Снилось разное. То будто бы меня качает на волнах, то швыряет высоко в небо от взрыва, то как будто бы бьет током.
— Александр…
Мня и в самом деле словно бы потрясывало от удара электричеством. Только боли я не чувствовал, лишь прикосновение к руке чего-то холодного.
— Александр… проснитесь!
Не сразу я понял, что рядом со мной кто-то стоит и пытается разбудить, потрясывая. Открыв глаза, я с удивлением обнаружил перед собой дворецкого.
— Александр, проснитесь.
— Что случилось? — пробормотал осипшим голосом я.
— У нас мало времени. Пока камеры выключены нам нужно идти.
— Какие камеры? Куда идти?
Я еще не понимал, что произошло.
— Сегодня в полночь камеры на тридцать минут выключили — для отладки серверов. У нас есть ровно полчаса. Пошлите.
— Куда?
Я стал соображать, что происходит. И сон как рукой сняло.
— Что происходит? Куда я должен идти?
— Не задавайте лишних вопросов! — прошептал страшным шёпотом дворецкий.
И потянул меня с собой.
— Фальк знает об этом?
— Он ничего не знает, — ответил дворецкий и я только сейчас понял, что «блоха» не переводит мне его слова — он говорит на русском языке, хотя и коверкает слова!
— Да кто ты такой, черт тебя дери⁈ — остановившись, воскликнул я.
И схватив дворецкого за локоть, резко развернул. Лицо полуночного гостя удивило меня. Оно сейчас походило на резиновую маску, которую впопыхах натянули на голову, причем явно ошибившись с размером. Щеки поплыли вниз, брови и губы перекосило, глаза жутко таращились сквозь меня.
— Какого… — только и смог вымолвить я.
Казалось, будто внутри дворецкого пытается вырваться кто-то другой.
— Слишком большие расстояния… — прохрипел дворецкий.
— Что? Какие расстояния?
— Тяжело…
А потом сделав глубокий вдох, надолго замолчал. Я уже подумал, что парень явно под какими-то веществами, как он вновь выпучил глаза и каким-то странным вибрирующим голосом произнес:
— У тебя есть амулет.
— Есть, — настороженно ответил я, хотя едва ли понимал, о чем это он.
Какой еще амулет? О чем он?
И только когда моя рука легла на грудь и нащупала висящий там небольшой кулон в виде горы, я вдруг вспомнил о подарке, который мне вручил шаман Камчатки, перед тем как я отправился в плавание.
— Соёны нуруу, — произнес как зачарованный я, не понимая, откуда вообще могло взяться у меня в памяти это название.
Смутно припомнились величественные и молчаливые горы Камчатки, песнопения эвенков, седые поля, в которых, казалось, таиться сама тайна мироздания.