Значит, место намеренно было спрятано от людских глаз. И это настораживало.
Но еще больше начали меня настораживать и даже беспокоить кресты, появляющиеся справа. Это что, кладбище? Прямо в промышленной зоне? Подойдя ближе, я понял, что кладбище было совсем необычным. Сюда хоронили бездомных. Причем кладбище было стихийным — кресты сделаны из подручных материалов, труб и досок, а сами могилы расположены хаотично. Видимо, сами бездомные и хоронили своих собутыльников и друзей. Таблички с кличками «Карась», «Рыжий», «Дуля» только подтверждали мои догадки.
Меня все больше одолевала нервозность. Жуткое место.
За спиной что-то прошуршало. Я резко оглянулся. Никого. Ветка? Ветер?
Эманации чужой силы были ровными, посторонних гостей не ощущалось. Значит, нервишки шалят.
Я двинул дальше, но вновь остановился — за спиной опять что-то явственно хрустнуло.
Сжимая кулаки, я остановился. Ощущение чего-то холодного, мерзкого, — не силы, но каких-то странных эманаций, — донеслось до меня.
А потом серая тень промелькнула на периферии зрения. Я резко оглянулся, но рассмотреть незнакомца не успел. Высоко в небе раздался противный скрипучий смех.
Кажется, пришло время активизировать Дар.
Опять управляющий тенями? Нет, это была физическая тварь, которую можно было пощупать и как следует ударить по голове. В этом я был уверен потому, что кто-то толкнул меня в спину и я полетел в кусты.
Закрывая лицо рукой, чтобы не выцарапать глаза, я успел отметить силу незнакомца. А еще понял, что не могу уловить его ауру. Это было странным.
«У всех живых существ есть аура», — подумал я, и тут же понял ловушку в своих размышлениях.
Верно, у всех живых. А вот у мертвых ее нет.
Что-то черное, большое, навалилось сверху, схватило меня, потащило прочь.
В нос ударил противный запах мокрой псины и гнили.
Я метнул в мощную спину чужака огненный шар и противник на время отстал. Я тут же подскочил на ноги. Сердце мое отбивало галоп, не давая сосредоточиться.
Я стиснул кулаки, взял себя в руки. Сразу же создал еще одни огнешар. А потом, выискивая врага среди зарослей, принялся составлять более сложный конструкт.
Неприятеля нигде видно не было. Неужели сработал огненный шар? Вряд ли. Поражения хоть и были, но не такие, чтобы уничтожить врага. Испугался?
Я втянул ноздрями воздух. Он пах мертвечиной.
Вряд ли у моего противника есть хоть какие чувства, и он может испугаться. А то, что это был зомби, я уже не сомневался. Что ж, я должен был что-то такое ожидать, меня об этом предупреждали. Шмыгаль оказался прав.
— Ну, где же ты? — прошептал я, готовый обрушить на мертвеца всю свою мощь.
Противник не заставил себя ждать. Он вышел из кустов шаткой косолапой походкой, огромный как медведь. Мне хватило одного взгляда, чтобы надолго потерять аппетит.
Это был мертвец, причем умерший уже давно. Какой-то бродяга, о чем говорила его растрепанная одежда, вся в заплатах и с чужого плеча. Лицо покойника было мумифицировано и от этого выглядело еще более жутко — похожая на пергамент кожа плотно обтягивала череп, пустые глазницы взирали средоточием черноты, из не закрывающегося рта все время доносились сухие хрипы.
Зомби побежал на меня, да так проворно, что я едва успел отскочить. Его подняла чья-то страшная сила и он, заложник этого, безропотно выполнял все его указания.
Я швырнул в него огнешар. И тут же отправил следом «черный ветер» — созданный сложный конструкт. Тактика сыграла, зомби уклонился от огня, а вот «черный ветер» пропустил. Конструкт ударился ему прямо в грудь, объял серыми щупальцами, не давая вырваться Зомби издал глухой рык, рванул вперед. Но не смог избавиться от пленивших пут.
Но радоваться было рано. Из кустов выскочил другой зомби.
Этот был крупнее первого, видимо при жизни был каким-нибудь вышибалой или бандитом.
Мертвец бросился на меня. Причем не по-дилетантски, как первый, а используя навыки боевого искусства. Никогда я еще не дрался с ожившим покойником, но все, как известно, бывает впервые.
Его закоченевшие холодные руки били по мне словно дубины. Я уклонялся, ставил блоки, но громила с легкостью их расшибал — инстинктов самосохранения у него сейчас не было, и он махал конечностями не щадя себя.
Пришло время воспользоваться камнями.
Я активировал артефакты, зашитые у меня в перчатках. И сразу же провел серию ударов.
Подкрепленные сияющей фиолетовой силой, кулаки повалили противника на землю. А обрушенный сверху конструкт довершил дело.
Зомбак крякнул, замолчал.
— Ну, кто еще хочет?! — злобно прорычал я, оглядываясь.
Желающих не вызвалось.
— Вот и отлично!
Меня начало колотить. Осознание того, что я бился с ожившими мертвецами — ожившими! — заставили выплеснуть в кровь адреналин. Я остановился, чтобы перевести дыхание и немного успокоиться. Только теперь почувствовал, что битва высосала из меня все силы и отзовись кто на мой недавний призыв, то неизвестно чем бы все закончилось.
Стряхивая с одежды пыль, я вышел на небольшую поляну, расчищенную от деревьев. Здесь располагался дом.
Это был небольшой особняк, весь покосившийся. Было видно, что уход за ним давно не ведется, краска облезла, весь дом из когда-то белого, стал серым и даже черным; оконные проемы повело, и рамы до конца не закрывались, поскрипывая на ветру. Вокруг дома тоже все заросло бурьяном и травой.
Я прошел по саду, остановился у дверей. Ржавая табличка кратко гласила:
Ни титулов, ни имени и отчества.
Я постучал. Мне ожидаемо никто не ответил. Но уходить просто так я не собирался — слишком много пришлось пережить по пути сюда. Я дернул ручку и дверь поддалась. Не закрыта. Значит ждут? Или просто замок уже не работает? С такой разрухой вокруг не удивительно.
— Есть кто живой? — спросил я, входя внутрь.
В доме было темно, сыро, пахло травами и чем-то сладковато-противным. Я остановился, некоторое время стоял, привыкая к темноте и сканируя комнату. Сила тут ощущалась, но какая-то не такая, которую я привык ощущать. Горькая, словно полынь и колючая как шиповник, она неприятно отдавалась внутри меня волнами.
Морщась, я просмотрел несколько потоков. С удивлением обнаружил, что силу это создала не природа. И даже не артефакты. Она была рукотворной. Такого я еще никогда не видел. Разве может человек сам создавать силу потоков?
— Может, — произнес вдруг чей-то голос, и я невольно вздрогнул.
— Что?
— Ответ на твой вопрос: может. Человек может создавать силу.
— Вы… прочитали мои мысли?!
— Их не так трудно прочитать.
Я пригляделся, пытаясь рассмотреть хозяйку дома. Она вышла вперед, разрешая увидеть себя.
Эта была пожилая седая женщина, прямая противоположность госпоже Смит. Если та была худой, подтянутой, аккуратной. То эта худобой не отличалась, ее второй подбородок походил на коровье вымя. А одежда вся была потрепанной, грязной, в некоторых местах и вовсе виднелись прохудившиеся дыры.
Нос у хозяйки был острый, похожий на клюв ворона, придавая женщине вид опасной особы. Казалось, она может одним взглядом отправить на тот свет. Вот уж действительно Смит не обманула — настоящая ведьма!
Уголки губ хозяйки чуть приподнялись в улыбке.
Возможно, это было ошибкой прийти сюда. Но назад дороги уже не было.
— Меня зовут Александр Пушкин, — произнес я.
— Я знаю, — кивнула хозяйка. — А я — Морозова. Но ты можешь называть меня Марой. Мне так привычней.
— Мара? — тихо повторил я. — Вы отправили в мой дом управляющего тенями…
— Ага, отправила, — кивнула Мара, отойдя в сторону и начав что-то искать. — Где он? Ага, вот!
Она чем-то сухо чиркнула, и в ее руках вдруг загорелся огонек. Горький привкус силы подсказал — огонек создан с помощью Дара.
— Ко мне редко кто в гости заходит, так что ты не серчай, если я что вдруг не так скажу. Но для начала гостям положено чай предложить. Желаешь?