— Хорошо, — кивнул я и пригласил всех внутрь дома.
Пора было разработать детальный план.
Операцию решили провести ночью. Темнота будет дополнительной помощью и маскировкой, да и с охраной полегче станет.
Начало смеркаться и пора было собираться. Шмыгаль, помимо големов, захватил со своих складов еще амуницию и оружие. Мы оделись, вышли на задний двор поместья, где зауряд-поручик уже надувал с помощью баллонов купол дирижабля.
— Ребята, пока не поздно есть еще возможность отказаться. Я не буду вас осуждать, если вы… — начал я.
— Пушкин, да хватит уже! — перебила меня Катя. — Сейчас надерем задницу этому Архитектору и в «Сбитень» пойдем, праздновать победу.
— Хорошо, — улыбнулся я. — Спасибо вам еще раз за помощь.
— Своих не бросаем! — ответила Тамара.
— Призрак, справишься с задачей по маскировке? — спросил я у Артема.
Тот с сомнением оглядывал шар, големов, собравшихся людей.
— Думаю, справлюсь. Только вот удержать долго не смогу. Объем и в самом деле большой, минуты три, думаю, у нас есть в запасе.
— Маловато, — под нос буркнул я. — Ладно, будем на исчезать только на подлете. Сейчас, как станет совсем темно, доберемся на место без маскировки.
— Ну ты опять недооцениваешь меня! — вмешался в разговор Шмыгаль. — Есть у меня один камешек, фирменный, японский, который может придавать объекту нужный цвет. На время конечно, но нам так даже лучше. Так вот если мы придадим нашему летающему пузырю черный цвет, то вполне можем по небу пролететь и никто не заметит. Но это, конечно же, касается только полета над гражданскими объектами. У стены такая тактика не прокатит. Там уже Призрак должен постараться.
Дирижабль был готов через час. Мы закрепили ко дну корзины двух големов, которые оказались удивительно лёгкими (Шмыгаль опять начал хвалиться, что все предусмотрел) и стали рассаживаться сами. Шмыгаль сел за рулевое управление. Я — впереди, все остальные разместились в центре.
Взлетели.
С сухим свистом зашумел мотор, мы плавно начали отдаляться от родового поместья.
Ночной город с высоты птичьего полета выглядел завораживающе. Тонкие линии улочек пересекались, сходились и расходились. Машин было уже не так много и все они были не больше спичечного коробка. Мы поднялись еще выше и Шмыгаль активировал свой артефакт. Неприятный писк резанул слух и мы невольно обратили свои взоры на купол дирижабля — не спускает ли он?
— Это артефакт так действует, — пояснил Шмыгаль.
И я вдруг увидел, что оболочка аппарата начала чернеть. В ночном небе это выглядело необычно. Казалось, что шар растворяется и мы вот-вот упадем вниз. Иосиф даже начал нервничать.
Приятная ночная прохлада холодила спины, а ветерок трепал волосы. Я беспокоился за своих спутников, понимая, что ответственность за их безопасность лежит на мне.
Мы преодолели несколько кварталов, поднялись еще выше и ветер стал шатать нас еще сильней.
— Держитесь крепче! — сказал Шмыгаль, правя штурвал влево. — Подлетаем!
Я пригляделся и увидел на горизонте неровные пики, закрывающие часть города. Они походили на зубы великана. Это была Стена.
* * *
Для строительства этого объекта не использовали никакие чертежи и схемы, планы и проекты. Стена возникла только лишь по одной воле Императора. Невероятно! На ее изготовление понадобилась сила, способная обеспечить электроэнергией город в течении пары месяцев. Трудно представить было, какой мощью обладает Император, раз может сделать такое. А еще трудней вообразить, насколько тяжело ему было сделать это. Поистине, самоотверженность на грани самоубийства. Можно только представить, насколько он выжег себя.
Стена была выплавлена из камня и скальника, но не обычного, а обладающего свойством не подпускать к себе энергетических существ, под тип Архитектора. Поэтому он сейчас глухо бил в нее и удары, словно звон колокола, разносились время от времени в покое ночного города.
Вдоль стены стояли солдаты. Вооружены они были до зубов, ходили по отмеренным участкам, внимательно следя за тем, чтобы никто посторонний не пробрался сюда. Возле некоторых мест виднелись менталисты и телекинетики, что-то рассчитывающие, делающие какие-то приготовления и опыты. Я понял, что они пытаются найти слабые точки Стены, чтобы разрушить ее или хотя бы проделать проход. Предатели! Вас к этой же Стене поставить надо и расстрелять!
Похоже, секта и в самом деле проникла во все органы власти, подобно метастазам страшной болезни. Неужели они не понимают, что выпустив Архитектора за периметр Стены, они обрекут себя на гибель? Распутина уже нет, его разум поглощен монстром, которому плевать на всяческие культы, посвященные ему. Он просто высосет из каждого жизнь.
Шмыгаль сбавил ход дирижаблю. Я обратился к Призраку:
— Готов?
Тот напряженно кивнул.
— У нас есть три минуты, — сказал я Шмыгалю.
— Понял. Призрак, запускай свою способность только по моей команде. Дам разгон сначала, подлетим ближе, чтобы использовать отведенное время максимально полезно.
На том и порешили.
Мотор аппарата загудел напряженно, мы вновь поднялись выше и начали набирать скорость.
Защипало щеки, будто мы проскочили мимо неисправного трансформатора.
— Не спеши! — сообразил Шмыгаль, обращаясь к Призраку. — Я же сказал — только после моей команды!
— Я разогреваюсь! — ответил тот шепотом. — Сразу так не могу, нужно размять пальцы.
Стена приближалась все ближе, охранники становились больше и теперь можно было разглядеть на их погонах звездочки и полосы.
Я обеспокоенно глянул на Шмыгаля, но тот отмахнулся:
— Рано!
— Заметят! — выдохнул Иосиф. — Сейчас нас заметят!
— Не бзди в муку — не поднимай пылюгу! — рявкнул Шмыгаль, выворачивая руль и вновь поднимаясь вверх.
Я понял, что он использует какую-то хитрую технику планирования на ветру, используя его силу в качестве дополнительного ускорения.
Вскоре ветер и в самом деле подхватил нас словно волна и помчал вперед с такой скоростью, что я невольно подумал, что нас сейчас разобьет об Стену.
— Давай! — кивнул Шмыгаль.
И Призрак стиснул кулаки. Магический Дар окутал дирижабль словно покрывалом и он стал невидимым. Мне это ощущение было знакомо, Призрак уже делал так, что исчезал, помогая мне выпутаться из опасных ситуаций. А вот другие мои спутники испытали это ощущение впервые.
— Очуметь! — только и смог выдохнуть Иосиф, глядя себе под ноги.
Ни ног, ни дна корзины он не видел и казалось, что он парит в воздухе словно птица.
— Не шуметь! — одновременно шикнули я и Шмыгаль.
Иосиф замолчал, но ему это было трудно, он то и дело озирался по сторонам, не веря собственным глазам. Остальные тоже удивленно взирали вокруг.
Мы все ближе приближались к Стене. Охрана не замечала нас.
— Даже посты организовали, — прошептала Катя, глядя на палатки, расставленные вдоль ограждения.
— Внимательней смотрим! — громко пронеслось в воздухе и из палатки выскочил уже знакомый нам человек.
— Малинков… — злобно прошипел Шмыгаль.
И вскинул автомат.
— Нет! — выдохнул я.
Но было поздно. Короткая автоматная очередь сухо клацнула по асфальту. Говорят, негодяям везет. Малинков оказался еще тем негодяем, пули прошли в паре сантиметров от него, не задев.
Штабс-полковник дернулся, оглянулся. Он подумал, что стрелял кто-то из охранников. Такой дерзости со стороны своих подчиненных он никак не ожидал и потому тут же рявкнул, подозвав начальника караула.
— Яков Николаевич! — щелкнул тот каблуками и вытянулся по струнке и отдал честь.
— Кто стрелял? Я тебя спрашиваю — кто стрелял?
— Не могу знать.
— Это твои бойцы?
— Никак нет! Они все на дежурстве.
— Тогда кто? Видишь следы?
Начальник караула глянул на дырочки, военный мозг быстро сообразил и дорисовал траекторию полета пули.
— Так это… сверху стреляли…
И оба задрали головы.