Хоёторцы до самого вечера себя никак не проявляли. Один за другим возвращались соглядатаи с неутешительными донесениями: врага слишком много, подобраться не вышло. На сердце у Лирки становилось всё тяжелее, и она уже не покидала двор за первой стеной и с надеждой встречала всех, кто возвращался с вражеской стороны. Иррес отирался рядом.

— Плохо дело, — ворчал дух. — Эти психи никак действительно воевать решили. Неужели договориться между собой смогли? С прошлого поражения не так много времени прошло. Они наверняка вину друг на друга скидывают, как тут договориться? Хотя это же сумасшедшие… Напугало что-то? Взбрела идея какая в голову? Чего их опять сбило?

Вся застава замерла в тревожном ожидании.

— Готовность! — прогремело со стены.

— Пошли посмотрим, — потребовал Иррес.

Лес горел огнями костров. И на фоне пламени были хорошо видны суетящиеся фигуры.

— Кажется, нападать решили, — пробормотал Иррес.

Лирка бросила взгляд наверх. На смотровой площадке стояли хаварий и хайнес.

— Вон, шевелятся, — привыкшие к набегам служивые сразу обратили внимание на темноту, колеблющуюся по краю Леса. — Гляди, как много.

Тёмная широкая линия разделила светящиеся Лес и травяную полосу и растянулась почти на полторы версты.

— Пошли!

— Готовность! Ждать! Не стрелять!

Чёрная линия двинулась к границе. Смешалась она неравномерно, и на востоке стремилась к границе быстрее, чем на западе.

Вдруг напряжённую тишину прорезал рёв.

— Чего это?

Рёв показался знакомым, но Лирка никак не могла припомнить, что за зверь. Но точно не дракон, и рычит на стороне врага.

Чёрная линия напротив заставы замерла, а затем вовсе разорвалась, открыв светящуюся луговую траву. Раздались испуганные вопли, хоёторцы сместились в разные стороны, чернота местами уплотнилась. Кто-то явно внёс смятение в стан врага.

Раздался оглушительный хлопок, и в ночном небе над Арван-Ё расцвёл огненный цветок.

— На городище напали!

Вслед за искрами огненного цветка вспыхнула струя огня, и разнёсся драконий рык. Ночное небо осветилось пламенем, и верхние ярусы Арванского городища выплыли из тьмы, явив тёмные глазница арок. Нахлынувшая на городище чернота хоёторцев откатилась, и до слуха заставников донесли крики. Луг вспыхнул.

И хоёторцы покатили назад, к Лесу.

— Что такое? — загудели служивые.

Хаварий с прищуром всматривался в тёмную полосу нападавших. В светящемся разнотравье луга было хорошо видно, как отступает противник. Сперва линия замерла напротив заставы и рассыпалась, а уже от неё на восток полоса нападавших начала замирать и откатывать назад. Те, кто был напротив Арванского городища, успели добраться до развалин, но, встретив яростное сопротивление и увидев, что союзники бросились прочь, тоже отступили назад.

Поведение откровенно странное. В стане врага что-то случилось.

— Поднимаем драконов, — распорядился хаварий.

Нужно воспользоваться смятением врага.

— Я полечу, — коротко бросил Риш.

— Господин, — недовольно скривился хаварий, но спорить не стал.

Уж дарен осмотрится на месте и решит, куда направить силы, чтобы смутить врага ещё больше. Нужно успеть воспользоваться нежданно появившимся преимуществом.

В городище, видимо, решили также. Драконы последовали за отступающим врагом, поливая его сверху пламенем, а затем и подожгли Лес на востоке. Пугающее своей масштабностью нападение смялось.

— За Лиркой проследите, — бросил напоследок Риш и поспешил вниз.

А хаварий вновь устремил взгляд в сторону Леса и с досадой потёр рёбра.

Старый рубец заныл, словно почувствовав кровавую схватку.

— Скаана-са хотели убить нас всех! — орал жрец нота-са, тыкая пальцем в побелевшую от злости Ло-тиа-х.

— Это происки врагов! — Ло-сан-х тоже терял терпение, повторяя одно и то же.

За его спиной обиженно орала хриппута. Ей вновь надели на голову шлем, но пространство вокруг усеивали сотни тел тех мужчин, которые успели столкнуться взглядом с животным. Смерть их была столь ужасна, что начавшие было выступать в сторону Салеи отряды разбежались прочь, спасаясь от зверя. Остальные же, не видя истинной причины смятения, решили, что враг напал с тыла, и покатили назад, к Лесу.

Командующие были взбешены. Бегущих воинов на востоке преследовали огнедышащие ящеры, трава и Лес пылали, воздух наполнялся запахом дыма и горелого мяса. Ревущие в тёмной вышине неба драконы наводили ещё большее смятение и выныривали из тьмы вышнего мира в свет Леса неожиданно, навевая ужас.

Наступление было смято, испорчено. Они понесли потери, даже не успев схлестнуться с врагом.

А скаана-са отказываются убить причину всеобщего переполоха! Священный зверь Госпожи!

— Скаана-са всегда натравливают нас друг на друга и на салея-са, а сами отсиживаются в стороне! — жрец нота-са был особенно зол. Он потерял трёх шаманов и был вынужден теперь полагаться только на Ли-риан-си, который ничуть не способствовал спокойствию и насмешливо улыбался.

— Это. Происки. Врага! — Ло-сан-х столкнулся с жрецом нота-са грудь в грудь. — Кто-то убил погонщика и снял с хриппуты шлем.

— А что было в прошлый раз⁈ — выпучил глаза разъярённый мужчина. — При прошлой войне, а? У вас убили девку-шамана, а ваша Госпожа заявила, что это кто-то из нас и свой народ она в бой больше не пустит. Устранилась! Что? Сейчас будет также? Убили нашего погонщика, обидели священного зверя… Так разбирайтесь без нас! Но мы пытались, мы склоняли всех к бою за Арван-Ё! Второго Господин Арван-Ё, учти это. Мы старались, но нам помешали…

— Ши-лии-х, хватит, — Хо-ёта-х подошёл ближе и растолкал обоих жрецов в разные стороны. — Ты не прав. Это действительно происки врага. Оборотни скаана-са были среди тех, кто шёл на Арван-Ё. И они понесли сейчас потери так же, как и ты здесь. Враг нарочно пытается вызвать раздор между нами, а ты поддерживаешь его намерения.

Ши-лии-х яростно раздул ноздри, сцепил зубы и, видимо, очень хотел обложить бранью и Ёту, который вообще-то вёл за собой враждебный нота-са народ. Но на него уже неодобрительно посматривали, и жрец понимал, что не найдёт поддержки. Да и гнев стихал, и Ши-лии-х начинал признавать, что в словах союзников есть своя правда. Он отступил ближе к Ли-риан-си и даже не испугался, когда тьма шамана рванула к нему. Только раздражённо отмахнулся.

Жрецы с болью и досадой смотрели на воинов, отступающих перед даже невышедшим за стены твердыни врагом. Со всех сторон раздавались вопросы, что произошло, почему все отошли назад, где салея-са, коварно напавшие с тыла.

— Что здесь происходит?

Несмотря на шум и сумятицу, этот голос услышали все жрецы и мигом развернулись. Ёта почувствовал, как вдоль позвоночника скатывается холодный пот. Рядом с Домом Духов под сенью головы своего Господина стоял До-рани-хи и смотрел на жрецов своим единственным глазом. Лицо его застыло как каменное, косы слегка шевелились.

— Салея-са напали на нас, — Ло-тиа-х вышла вперёд, и все мигом забыли, что недавно винили именно скаана-са в неудачной атаке. — Мы выступили им навстречу, но их лазутчики пробрались в наш стан, решив посеять смуту изнутри.

Над головой раздался рык, и где-то над кронами в небе вспыхнуло пламя. Его блики жуткими тенями проплясали по лицу Главного жреца, особенно отметившись на обожжённой его части.

— Безумие нападать на салея-са ночью, — медленно протянул До-рани-хи. Голова Господина качнулась над ним будто бы в согласии. — Ночь их помощница, не наша. Соберите воинов под покровом Леса, — распорядился жрец, — готовьте их к тому, что салея-са пришлют драконов.

— Думаете, нападут? — недоверчиво спросил Ёта.

Главный холодно посмотрел на него.

— Я бы напал.

— Ох, вот мы встряли, — Сендар смотрел вверх, туда, где между ветвями то и дело вспыхивало драконье пламя. — Как знал, что не успеем выбраться! Чуя…