Марк был расстроен.

― А я … Мне пришлось действовать наперёд. Я просто узнал обо всём, спланировал и переиграл его. Чёрт! ― он снова стукнул кулаком по столу и сел в своё роскошное кожаное кресло. ― Антей, ты даже не представляешь. Мы были… Мы знакомы столько лет. Столько бизнесов вместе открыли. Чёрт! Я не хотел, видит бог, я не хотел… Но пришлось. Иначе всего, что ты сейчас видишь, не было бы. Бездна была бы в руинах.

― Слушай, большие дела, большая власть, большие потери. Грендан мне сразу показался странным. Не хотел тебе этого говорить.

― У тебя вообще нет ни одного повода его любить, он отправил тебя на смертельную миссию, а ты дурак взял, да согласился. А я дурак взял, да отпустил тебя! Чёрт, нет, ты только вдумайся! Ну серьёзно… Эх.

Он махнул рукой, снова встал, прошёлся взад-вперёд, затем сел обратно. Марк был довольно эмоциональным человеком, который страсть, как не любил предательств. И я его могу понять.

― Ладно, Антей. У нас ещё огромная куча дел, которую предстоит переделать целым скопом. Во-первых, Лемешев всё ещё жив.

― Что?!

Я опешил. Как жив? Да быть того не может… Мы же превратили его корабль в орбитальный хлам! Просто невозможно…

― Быть того не может… Но как?

― Очень просто. Корабль большой, а точка попадания ― не такая большая, как хотелось бы. Вывели. Спасли. Он где-то на Гардиконе. Мои ребята за ним гоняются. Но всё без толку… Нужен лучший. Нужен ты.

Сижу в замешательстве. Забавно, всё, о чём я думал всю дорогу, пока шёл сюда, совершенно не вписывается в ни в какие рамки реальности. Получается, мог и не придумывать себе никаких новых путей. Лемешев, ах ты жирный ублюдок, ах ты сукин сын! Всё ещё жив.

Я обрадовался. В глубине души я плясал румбу. Более всего я мечтал о том, чтобы захватить его судно и увидеть его умоляющий взгляд. Напомнить ему о том, что командир Артёмов умер по его вине. Припомнить, что этот урод хотел отправить небольшую кучку уцелевших гиперджетов на самоубийственную мысль.

― Отлично!

― Что, прости?

― Я так рад, что он жив!

― Антей, ты меня пугаешь.

― Не пойми неправильно, для меня будет огромная честь убить его лично. Смотреть ему в глаза, когда он будет умирать. Заставить его молить о пощаде.

Делаю паузу.

― Ну и поблагодарить, конечно…

― Керимов, ты странный, что ты несёшь? ― с недоумением интересуется Марк.

― Тут ведь как… Если бы не он, если бы не трибунал, если бы не чрезвычайная ситуация, я бы никогда не оказался в Бездне. Не познакомился бы с тобой, не стал бы командором целой флотилии.

Кимов широко улыбнулся и довольно хлопнул ладонью по столу.

― Чёрт подери, Антей, ты мне всегда этим нравился. Иногда кажешься каким-то неоднозначным засранцем, но в следующую секунду полностью себя оправдываешь. ― он снова закурил. ― Так, теперь ближе к делу.

Включает проектор, на стене появляются карты Гардикона.

― Он был замечен в этих местах. Судя по всему, у него какой-то быстроходный корвет с неплохой импульсной установкой. Батарея на двенадцать, может быть четырнадцать пушек. Есть противовоздушная защита, есть сканеры всех мастей. Есть очень качественный стелс.

Кимов прокашлялся и продолжил дальше, показывая мне разведданные с размытыми фотографиями корвета.

― Этот корвет полностью автономный, на нём можно буквально жить. Всё, что необходимо для жизни они с помощью харвест-модуля выкорчёвывают из планеты. Я думаю его задача продержаться, пока здесь не окажется Федерация, после чего выйти с ними на прямой контакт и полностью саботировать наши переговоры.

Марк поворачивается ко мне.

― Антей, этого ни в коем случае допустить нельзя. Я тебе отдаю прямой непосредственный приказ, как командору основной флотилии Эпитафии.

Он делает вдох.

― Уничтожь корвет Лемешева любой, мать его, ценой!

* * * * *

Кобра сидела в модуле для отдыха и, закинув голову назад, курила. В голове всё мельтешило, жизнь больше не будет прежней. Теперь она капитан Внезапного, и она принимает огромное количество ключевых решений.

Нельзя ударить в грязь лицом, нельзя проявлять слабость, нельзя отдыхать. Ответственность.

Каждый раз, когда поток этих мыслей её захватывал, внутри появлялся какой-то первобытный страх.

С одной стороны она научилась делать всё, как большая девочка, но с другой стороны ― огромное количество людей в экипаже, которые каждый день от неё чего-то ждут.

Внезапно зашёл Синицын и плюхнулся в стоящее кресло напротив, держа перед собой мастердек.

― Так, закупка омнисфена ― есть, еда ― есть, все комплектующие для системы жизнеобеспечения ― есть, гравитационные системы корабля ― отремонтированы, обслуживание ― будет завтра и послезавтра. Так, что ещё… А, да, искусственный интеллект полностью проверен на наличие дефективных протоколов. Базы данных обновлены… Чёрт, в какой момент я стал работать на два корабля сразу. Не успел закончить с Обелиском, как тут нужно ещё и на Внезапном хлопотать.

Кобра внимательно посмотрела на него.

― Подожди… Ты перестал заикаться?

― Ах, да… Встроенный чип по исправлению дефектов речи. Есть. Да, Ань, я перестал заикаться. Надоело. А тут как раз в Бездну начались финансовые вливания из соседних систем, появились риперы, которые быстренько вживляют всякие чипы. ― он прокашлялся. ― Правда, непонятно, как долго это всё продлится. Сейчас-то Кимов и Гринёв поддерживают порядок… Но что будет, когда придёт Федерация?

― Тебе идёт быть таким.

― Каким?

― Уверенным в себе.

― Спасибо.

Несмотря на то, что Андрей действительно стал увереннее, он при этом всё ещё был довольно скромен. Не успел привыкнуть к мысли, что уже изменился.

Кобра припоминала те моменты, когда они тренировались вместе. Это было скорее развлечение, нежели какое-то серьёзное мероприятие.

Всегда интересно проверить человека. Сколько воли у него? Сколько прыти? Сколько духа? Андрей себя неплохо показывал, но Кирова никогда не верила, что он по-настоящему изменится.

А теперь после непродолжительного времени работы на Обелиске, он просто преобразился.

Да, конечно, не появилась гора мышц, он стал лишь чуточку больше и шире прежнего. Но как это сказалось на невербалике. Походка другая, движения другие, взгляд в конце концов тоже другой!

Раньше забитый очкарик, а теперь суровый очкарик!

Уже не хотелось над ним потешаться, уже не хотелось проверять его на прочность. Этот парень таскает огромные снаряды и помогает управлять целой батареей.

Он сам кого хочешь проверит на прочность.

Она невольно поймала на мысли, что Андрей начинает ей нравиться. Как мужчина. И это не давало ей покоя. Кобра никогда в жизни не представляла себе ситуацию, в которой начинает отношения с артиллеристом, математиком, физиком и учётным сотрудником.

И жрец, и жнец, и на дуде игрец.

― Андрей, а какие у тебя планы на вечер? Помнится, ты не единожды предлагал мне…

― Я свободен. ― выпалил он.

Кобра улыбнулась. Да, пока уверенности маловато. Но ещё пару месяцев, и он станет настоящим матёрым засранцем.

Она закинула голову наверх снова, сделала ещё пару затяжек, не прекращая улыбаться.

― А… Почему ты спрашиваешь?

― Потому что у меня тоже не было никаких серьёзных планов. ― сказала она, не меняя положения.

― Получается… Мы могли бы…

― Да, Андрей, могли бы. Только не то, что ты подумал, а просто провести время и пообщаться.

― А я ничего и не думал. Я … Я…

Она рассмеялась. Хорошо всё-таки, когда рядом есть человек, которому всецело доверяешь. Иначе с ума можно сойти…