Поднимаюсь, делаю шаг вперёд и бью по кнопке кулаком. Дверь опускается прямо перед лицом Уголька, который истошно орёт и брызжет слюной в иллюминатор. На секунду я выдыхаю, но он начинает стрелять в стекло, и оно не выдерживает после третьего выстрела. Затем Уголёк просовывает ствол в образовавшееся отверстие и пытается подстрелить меня. Но я отхожу к стене и ухожу в сторону мостика. Корабль снова дёргает так, что я теряю равновесие и чуть ли не падаю. Подбегаю к двери мостика, меня там ждёт Герда. Она открывает, впускает меня, я вваливаюсь запыхавшийся.

– Где тебя носило?!

– Блокировал выход из модуля столовой. Но это надолго их не задержит!

Послышались ещё выстрелы. Они будут ломать эту дверь любыми способами и тогда мы не сможем их скинуть.

– Срочно блюпринты, Герда!

Она суёт мне чертежи, еле-еле нахожу нужный, примерно прикидываю, который из рычагов отвечает за сброс того модуля, где мы закрыли Уголька и всю его шпану.

– Антей!

– Подожди, надо разобраться… Какой рычаг?

– АНТЕЙ! У нас проблема!

– Да что такое?!

Смотрю на Герду, потом в иллюминатор, где образуются уже крошечные дырочки. Из них выходит воздух. Герметизация полностью нарушена. Корабль тем временем несёт к обелиску.

– Сука!

– Скинешь модуль, когда взлетим! Нельзя терять ни секунды, иначе все сдохнем! – орёт Герда, и она права.

Резко садимся в наши кресла, я активирую все полётные системы. Герда включает дефлекторы – это нам даст какое-то время прежде, чем корабль полностью развалится на куски. Маршевые начали прогреваться, но сейчас нужна обратная тяга. Врубаю её, затем бегу к панели разворачиваю все основные и дополнительные маневровые в сторону обелиска. Андрей и Овцебык стоят рядом и смотрят с замиранием сердца.

Посудина хоть и в отвратительном состоянии, но начинает сопротивляться притяжению. Правда, если судить по звукам, мигающим датчикам, а также аварийному освещению, мы вот-вот отправимся к праотцам. Но если уж отправляться, то не без песни!

– Отключаю дефлекторы, направляю всю мощность на обратную тягу.

Мы начали двигаться понемногу назад.

– Получается! – с надеждой в голосе сказала Герда.

– Давайте, ребят, выжимайте из неё всё, что можно! – подбадривал нас Овцебык.

Посудина уже практически выскочила из магнитно-гравитационного поля обелиска. Я был уверен в этом, потому что мы буквально застыли на месте и единственное, что удавалось это нагнетать силу выброса топлива.

– Чёрт!

Ещё немного и вырвемся, я чувствую. Переключаю ещё с десяток тумблеров, сразу после этого тряхануло не по-детски. Затем резко судно начало набирать скорость задом. Я вскочил с кресла, чтобы переключить маневровые, затем вернулся и схватился за штурвал, предварительно выпустив закрылки.

– Рекомендую ухватиться за что-нибудь, потому что сейчас будет полная задница!

Овцебык и учёный вцепились в поручни, а я начал управлять круизером так, будто это гиперджет. Времени было совсем немного. Пускаю его в длинный разворот, чтобы повернуться маршевыми прямо к обелиску, вскакиваю снова, будь проклят инженер, который проектировал капитанский мостик, и выключаю обратную тягу.

– Герда! Вырубай все маневровые!

– Есть!

Машина стоит задом к обелиску, я врубаю полный форсаж, и мы постепенно начинаем ускоряться.

– Управление на тебе, а мне нужно сбросить балласт! – ору своей помощнице, она кивает.

После этого бегу в другой конец мостика, и начинаю изучать все рычаги сброса модулей. Изучать блюпринты уже нет никакой возможности, нужно делать всё быстро. Если рычаги сброса топливных отсеков ещё более-менее внятно распределены, то вот те, которые отвечают за сброс модернизированных модулей, вообще располагались вразнобой. Как будто инженеру поставили задачу вывести рычаг, а уже как, почему, зачем – эти вопросы его не сильно интересовали. Смотрю на панель модулей, но на ней нет нужного. Всё, что есть – это старая модель корабля, ещё не модернизированная, со сбалансированным разделением модулей.

Ладно. Придётся наугад. Гипотетически, если я активирую верный рычаг, на модели корабля ничего не изменится, потому что это кажется единственный модернизированный модуль, отсутствующий на схеме. Если не считать, конечно, дополнительные топливные, но они-то как раз обозначены вполне чётко. Мне, Радон Иванович Кобальт, неплохо ты посудинку свою перекроил.

Разбиваю стекло, дёргаю за ржавый тёмно-красный рычаг со всех сил. Чувствую, как нечто отделилось от корабля. Но явно не с той стороны… Отлетело что-то справа. А нужный модуль находится слева, ближе к центру.

– Чёрт!

– Что ты сбросил?! Машина накренилась на пять градусов!

– Кажется не то я сбросил…

– Антей, соберись! – Герда была вне себя от ярости.

– Не дави на меня!

Да чтоб меня! Дёргаю соседний рычаг. И по ощущениям произошло чудо! Нужный отсек отстыковался от нас. Понятия не имею, предусмотрена ли там система мягкой посадки.

– Есть! По ощущениям оно!

Смотрю на схему судна. Ничего не изменилось. Значит тут были два модуля, которые не встроены в общую систему. Что ж. Буду знать.

– Рано радуешься! – рычит моя помощница.

– Что стряслось? – подбегаю к креслу, бухаюсь в него. – Только не говори, что у нас нет топлива!

– У нас нет топлива!

– Как мы проморгали этот момент?!

– Ну хорошо, я неверно выражаюсь, у нас СКОРО не будет топлива. Где-то пробоина!

– Где тот корабль, который ты обнаружила на радаре?

– Совсем недалеко.

– Заруливаем туда, построй траекторию.

– Что, если это не корабль?

– Вот с высоты и глянем.

В глубине души, я, конечно, не верил, что нам так повезёт. Корабль, в этом секторе, да ещё и в паре километров? Откуда ему там взяться? С другой стороны, «Внезапный» трещит по швам, на нём мы далеко не улетим, особенно с учётом того, что топливо потихоньку уходит. Где нам найти ещё топлива?

Герда выводит траекторию на панель полётов, я выруливаю, мы набираем небольшую высоту, амортизаторы пока не убираю. Хотя они и сильно мешают. Мало ли, что произойдёт…

Через несколько минут, я вижу внизу размытое пятно. Выглядит действительно, как брошенное судёнышко. Не может быть.

– Ребят, скажите мне, что мои глаза меня не обманывают?

– Выглядит, как лучик надежды.

– И никаких о-обелисков вокруг. – поправил очки Андрей.

Идём на снижение, отключаю дефлекторы, чтобы не тратили лишнее топливо и энергию.

– Крен на три градуса. Заходим на посадку.

– Надо приземлиться, как можно ближе и исследовать его, как можно быстрее.

– Надеюсь, эта консервная банка не запечатана.

Однако, чем ближе мы подлетали, тем больше сомнений и подозрений появлялось у меня в голове. Когда, казалось бы, спасительный корабль находился достаточно близко, чтобы внимательно его разглядеть, я начал протирать глаза. То, что я сейчас наблюдал не могло быть правдой…

И снова нехорошее предчувствие… Интуиция подсказывает, что впереди нас ждёт опасность. Но у нас нет выхода. Наша посудина вот-вот испустит дух. Ближайшая верфь на Ксерионе, но даже если мы до неё доберёмся, всё равно ничего не отремонтируем, ибо у нас нет денег. Придётся совершать посадку и пытаться, как-то выкрутиться.

Вероятно, я действительно самый везучий сукин сын в галактике. Потому что, как могло так произойти, что рядом с нами находится инженерный шаттл Черезников? Он здесь точно провёл ещё мало времени, иначе обелиски давно бы поглотили. По каким-то причинам он не может взлететь. Осталось только выяснить, есть ли там экипаж? Когда я был верным псом Федерации, работая на Искру, Черезниковы были моими заклятыми врагами. Теперь же… Теперь же посмотрим. Мы здесь не на курорте, опасность поджидает на каждом углу.

Мы с Гердой осторожно сажаем «Внезапный». Вот уж действительно нежданчик для Черезникова, если на борту кто-то есть. Вы совершили аварийное приземление на Доминусе-552, сидите и прикидываете примерно, сколько времени осталось до того момента, как настанет голодная смерть, а тут бац! И перед вами громадный круизер «Внезапный». Я бы офигел от такого.