— Почему именно этот? — Господин Вано-Ё прищурился.

— Он маленький.

— А, так это правда? — карлик возликовал. — Говорили, что Идоара обманула Хозяина и забрала его силы. Так это правда, да?

Атраш молчал. Взор его переместился на Истаридана, и он наконец спросил:

— Вы уверены, что это ваше?

— Это моё-моё-моё! — яростно затараторил бог, стискивая сферу.

Иррес подозрительно прищурился на гостя.

— Ты кто такой? — спросил подселенец. — Ты кто… Кто ты здесь?

Атраш посмотрел на него и ничего не ответил.

— Эй, мне одному он кажется странным? — Иррес возмущённо посмотрел на карлика и До-рани-хи, но, к его удивлению, последний лишь поморщился. — Кто он?

— Это Господин Вано-Ё, — сдержанно ответил Главный. — Он делит один город с Многоликой.

— Я не об этом спросил! — прорычал Иррес.

Незваный не собирался отвечать на его вопросы.

— Я не могу знать точно, та ли это сфера, — сказал он наконец. — Знаю, что сфера должна быть отмечена знаком Хозяина. Но его могут увидеть только каменные глаза Идоары. Так что… — Атраш осёкся, столкнувшись взглядом с глазами Ёрдела.

В левом глазу того сверкнула голубая искра, и дух потрясённо уставился на хаги.

— Дитя, — после непродолжительного молчания обратился дух, — ты видел что-то на этом шаре?

Ёрдел слегка опустил веки, и каменный осколок в радужке левого глаза засиял сильнее.

— Солнце, — наконец ответил он.

Невозмутимое лицо духа дрогнуло. Он быстро подошёл к сжавшемуся Истаридану и присел так резко, что чёрные волосы взметнулись над землёй.

— Покажите мне! — нетерпеливо потребовал Атраш.

Бог захныкал, но почему-то послушался и слегка развернул ладони, показывая блестящий шар. Иррес, словно заворожённый, тоже подошёл ближе.

— Почему она такая маленькая? — шёпотом спросил он.

— Он ослаб, — вместо Истаридана ответил Атраш. Сухо, не глядя на подселенца. — И его сила тоже уменьшилась. Но это неважно. Главное, что она есть. Главное, что его дар найден. Теперь, — дух пристально посмотрел на Ирреса, — его нужно освободить.

Иррес только хотел наброситься на него с расспросами, чтобы наконец понять, что здесь происходит и почему давний знакомый, ещё из беспечного прошлого до безумия, так подозрительно себя ведёт и что вообще здесь делает. Но последние слова Атраша заставили его смешаться.

— Что такое? — Лирка выбралась из рук Риша и подошла ближе.

— Не знаю, — раздражённо ответил друг.

— Знаешь, — холодно сказал Атраш. — Это ведь из-за тебя он стал таким.

— Он стал таким, потому что сам решил! — тут же вскинулся Иррес. — Не нужно меня винить в том, что он сам с собой сотворил. Не я его об этом просил!

— Но ты мог сделать так, чтобы этого не произошло! — лицо духа исказила ярость.

— Я⁈ Что я мог сделать⁈

— Ты мог простить!

На миг повисла тишина. А затем Иррес страшно зашипел:

— Простить? Что ты знаешь о прощении? Что ты вообще знаешь, чтобы говорить мне о прощении?

— Успокойся, — рядом встал Риш и положил руку на шею подселенца. — Давай разберёмся. Лично я не понимаю, что происходит и о чём говорит этот господин. Кто вы вообще такой?

— Он Господин Вано-Ё, — повторил До-рани-хи.

— Это я уже слышал, — хайнес позволил себе насмешливую улыбку. — Но даже моих познаний о Хоёторе достаточно, чтобы сообразить, что это не всё. Господина Истаридана не любят здесь, даже презирают. А Господин… Атраш ведёт себя довольно подозрительно и странно для Господина Хоётора.

— Ий-узээри-ш, вы чужаки на нашей земле, — До-рани-хи проникновенно посмотрел на него. — Не стоит лезть в наши дела из любопытства.

— Но я-то здесь уже не чужой, да?

Взгляды устремились к нагло прищурившемуся Мхяну.

— Мне-то вы можете сказать, уважаемый… отец?

Лицо До-рани-хи скривилось так, словно ему защемило нерв.

— Наверное, могу сказать я.

Улыбающийся господин Исхедиар подошёл ближе. Атраш вздрогнул, рассмотрев его, и сделал шаг в сторону, закрывая собой мальчика-бога.

— Я хорошо помню, что ты был рядом с Истариданом, когда я пришёл в Хоётор первый раз. Тогда ты скрывал своё лицо, но я тебя узнал.

— Я не помню, чтобы он был в Хоёторе раньше! — Иррес раздражённо посмотрел на Исхедиара.

— Много ли ты помнишь в своём безумии? — повторил чужие слова Командир Испепеляющего полчища. — У Истаридана ведь были союзники, когда ты с ним сражался, верно?

Иррес нахмурился. События безумного прошлого часто были подёрнуты туманом, не всё он помнил чётко. Главным образом только то, что подогревало его безумие. То, что было для него навязчивой идеей. Окружение Истаридана он действительно почти не помнил. Но рядом с ним определённо кто-то был.

— Значит, Господин Атраш один из давних союзников Хозяина, — Риш соотнёс данные.

— Но Истаридан потерял свой дар и силу, — Исхедиар тоже присел рядом с мальчиком-богом. — И больше воевать уже не мог. А вот куда исчезли его союзники?

Командир Испепеляющего полчища взглянул в испуганные глаза Истаридана с таким пониманием, будто уже знал ответ.

Но вот сам Истаридан его не знал. Скривившись, он захныкал.

— Меня все бросили. Я стал слаб и не нужен. Никому не нужен. Даже Шау.

Иррес дёрнулся, сжал челюсти и яростно взмахнул хвостом.

— Похоже, кому-то ты всё-таки был нужен, — Исхедиар перевёл безмятежный взгляд на напряжённого Атраша. — И этот кто-то даже подобрался к Идоаре, чтобы найти кое-что принадлежавшее тебе.

— Дела Хоётора тебя не касаются, — холодно отозвался Атраш. — Почему ты нарушил обещание и опять пришёл сюда?

— Мой потомок умер здесь.

— Так забирай его и уходи! — Господин Вано-Ё гостеприимством точно не отличался.

— Сразу, как только найду, — благостно улыбнулся Исхедиар. — Так что же здесь произошло после того, как я навестил Истаридана? Почему он в столь жалком состоянии и почему его считают едва ли не мёртвым? Когда я видел его последний раз, он был в разуме. И был достаточно силён, чтобы бой с ним доставил удовольствие. Что же произошло с самым сильным богом Хоётора?

После этих слов взгляды скрестились на хныкающем боге, нисколько не похожим ни на сильного, ни на разумного.

— Тебе всё равно придётся рассказать, — сказал Исхедиар Атрашу. — Ведь ты хочешь чего-то добиться от Ирреса, а он толком ничего не помнит.

— Про идиотскую идею отделить разум я уже знаю, — Иррес нервно взмахнул хвостом. — Но дар… Я считал, что Родители наказали его, а потом узнал, что нет и… Там что-то сложнее.

Атраш осмотрел собравшихся. Их было много: Шхаелые, До-рани-хи и Ша-ван-х, духи, Лирка с Ришем и Ёрдел в компании Мариша. Остальные обеспокоенно посматривали на их компанию, но не подходили. Правда, Майяри рвалась, но харен коротко посмотрел на хайнеса и опять утянул жену на колени.

— После потери разума он стал одержим примирением с тобой, — неохотно начал дух. — Идоара воспользовалась этим. Подгадала момент, когда никого из нас не было рядом. Пообещала, что сделает всё, чтобы ты хотя бы попытался его простить. Но так как она не может оказывать услуги, ничего не получив взамен, то ей нужна была плата. И она попросила его дар. Ненадолго. До того момента, пока ты не простишь его.

Иррес поморщился и задумался.

— Она как-то приходила ко мне. Говорила… — он нахмурился, выуживая воспоминания. — Говорила, что Истаридан раскаивается, что я мог бы простить его, но…

Тот разговор он помнил смутно. И безумие мешало ясности сознания, и сам разговор довёл его до бешенства, а бешенство ещё больше замутило воспоминания.

— Она же всегда так! — с яростью прошипел он. — Выполняет желаемое, но так, как пожелавший не хотел. Чего он вообще от неё ждал?

— Он был безумен!

— Мы все тут были безумны!

Некоторое время Атраш и Иррес просто смотрели друг на друга.

— Прости его сейчас, — вдруг потребовал дух. — Условие договора будет выполнено, и дар должен будет вернуться к нему.