Казар, схватив госпожу, бросился прочь. Страшно захрустели ветки, вниз посыпались куски глины и кирпичи. Но деревья задержали дом, все успели убраться. Только теперь в кроне зиял прогал, в который так хорошо были видны все, кто схоронился внизу.

Господин немного склонился, взмахнул рукой и как косой снёс верхушки деревьев на сто сажень вокруг. И ему открылся муравьиный мир обычных смертных, скрытый доселе милостивым Лесом. Длинная бесформенная рука завязалась узлом кулака, и тот молотом впечатался в землю, сминая дома, деревья и тех, кто не успел убежать. Захохотал дух, чей силуэт маячил на юге. Бесформенный продолжал молчать, но воздух вокруг него дрожал от негодования, земные недра трещали и рычали. Трещины беспорядочно змеились в разные стороны и сходились в гигантские проломы, зияющие холодом чёрные ямы. От всё ещё впечатанной в землю руки в самую глубь поползли длинные «пальцы». Они изогнулись крюками и рванули к поверхности, выдирая огромные пласты почвы. Страшные подземные черви, которые многие сотни лет спокойно жили под Лесом, оказались на поверхности и яростно забились на солнечном свету. Бледные тела длиной в несколько сажен ворочались с такой силой, что переламывали стволы. Дух потянул руку на себя и застыл на пару мгновений. Воздух вокруг него задрожал сильнее, яростнее, словно отражая безмолвный крик Господина. Он дёрнул руку, но земля лишь дрогнула и не отпустила его.

Майяри, исподлобья смотря на духа, медленно поднялась на ноги, утёрла облепленное грязью лицо и сплюнула её же. И как только плевок достиг травы, ввысь со страшным грохотом полезли земляные колья. Где-то за деревьями тоже послышался грохот, дух ощутимо просел, и Майяри с ликование почувствовал поток знакомой силы. В следующий миг над головой духа взмыл дракон, и с него, замахнувшись деревянным концом копья, прыгнула госпожа Ярвиделла.

Удар был такой силы, что дрожь кругами разошлась по многострадальной земле, а дух и вовсе перестал маячить над срезанными кронами, сильно уйдя в землю. Стиснув зубы, Майяри выцепила из себя столько сил, сколько могла ухватить, и с глухим рычанием потянула захваченного духа под землю. Та заколебалась, будто под ней билось дикое животное. Спрыгнувшая на плечо Господина госпожа Ярвиделла стала для него неподъёмным грузом, вдавливавшим его ещё глубже, прессовавшим до стояния втекавшей в поры земли воды.

Неожиданно Майяри потеряла опору. Та мощь, которую она с таким трудом тянула под землю, вдруг исчезла, и женщина едва кубарем не покатилась вслед за собственными силами, которые продолжали уходить вглубь. Ранхаш едва успел её перехватить. Доступ к силам тут же оборвался, и дрожащая Майяри с омерзением уставилась на рыхлое тело червя, на которого едва не свалилась.

Через поваленный ствол перепрыгнул мастер Дагрен, а вслед за ним и госпожа Ярвиделла.

— Ушёл, — коротко бросила Благословлённая на одиночество.

— СБЕЖАЛ! — вторил ей хохочущий весельчак с пятном на лбу.

Ворота опять сотряслись, но устояли. Риш и Иррес стояли впереди, Лирка мялась позади, а вот мальчик-бог забился между статуей и стеной и там рыдал от страха. Только дракон пребывал в своём обычном восторженном состоянии и по-собачьи принюхивался к пыли на полу.

— ВЫХОДИ, ТРУС! — орали за воротами.

— Точно не вынесет? — сомневался Риш.

— В Дом Духов нельзя пройти без приглашения его Господина, — раздражённо ответил Иррес. — Если бы Господин был слабаком, другой сильный дух ещё мог бы сломить его защиту, но тут пять…

Снаружи донеслись многоголосые вопли.

— А если их много? — тут же спросил Риш. — Тёмные! Надо было убираться по земле. Не отзываются? — он повернулся к Лирке и с досадой посмотрел на рыдающего бога.

Женщина помотала головой.

— Может, я неправильно зову, — Лирка была растеряна, и её слегка потряхивало. Снаружи остались друзья, семья и просто хорошие оборотни.

Которые не могут уйти, пока здесь заперт сам хайнес.

Свою жизнь она не считал столь ценной.

Младший Господин Рото-Ё исчез почти сразу же. Принимать неравный бой он не хотел. Но Истаридан продолжал звать его, с ненавистью цедя сквозь зубы:

— Куда ты ушёл? Вернись, ничтожество! Ты Господин, ты обязан их защитить, ты…

— А ты защищал Хоётор, когда он был твоим⁈ — вопль вознёсся к невидимому потолку, и перед богом в негодовании задрожало полотно младшего Господина Рото-Ё.

Лирка бесстрашно ухватилась за край полупрозрачного полотнища, и дух завизжал в ужасе.

— Не трогай меня, смертная! Пусти! Скажи ей, меня нельзя трогать!

Но женщина лишь сильнее сжала пальцы на холодной материи и потянула упирающегося духа на себя. Тот не пытался на неё напасть, только кричал и противился.

— Господин, — сквозь зубы прошипела Лирка, — вы можете строить ворота?

— Нет! — вмиг отозвался тот, но почти сразу заныл и заюлил: — Только совсем небольшие и недалеко…

— Прекрасно! — перебила его магичка. — Откройте нам врата туда, где нет других Господ. Нам нужно выйти отсюда. И мы оставим вас в покое.

— Они убьют меня, если узнают…

— Им нужны не мы! — Лирка тряхнула его. — Сами не проболтаетесь, и они не узнают.

— Давай живее, — подогнал его Иррес. — Иначе клянусь, если они поймают нас здесь, я скажу, что это именно ты помог Херидану занять ворота.

Это помогло Господину принять мгновенное решение. Перед ним расползлось сероватое марево, будто мутная вода разлилась. Он дёрнулся, но Лирка не пустила. Подтащила вместе с собой ближе к алтарю, забросила всхлипывающего бога на плечо и поспешила за Ирресом, который первым нырнул в ворота.

Господин не обманул их. Они вышли на берегу ручья в стороне от беснующихся духов.

— Спа… — стоило разжать пальцы, и дух запрыгнул в ручей и исчез. Даже круги не разошлись. Следом за ним едва не упал Риш, которого в спину пихнул дракон.

Тут же раздался такой грохот, будто ворота всё же выбили. Но вместо ликующих воплей во все стороны разнеслись крики страха.

Над Лесом распрямился уже знакомый Господин с искажённым лицом.

Именно тот, кого Лирка ранила на развалинах Арван-Ё оружием бессмертных.

Зашелестело мелкое, глумливое хихиканье.

— Глупцы, — почти ласково сказал кто-то невидимый, — зачем вы пришли в наш город, м-м-м? Ты хочешь смерти, Идоара?

— ЗАТКНИСЬ! ПУСТЬ РАСХХЕРИДАН ВЕРНЁТ ТО, ЧТО УКРАЛ! — на фоне неба в каких-то трёхстах саженях от Страдающего Эра появилась Госпожа. Тоже знакомая по недавней битве у границы. Её лики сменяли друг друга с невероятной быстротой, и казалось, что на её лице лежит туман.

— Украл? — из-за Дома Духов показался новый Господин Рото-Ё. — И что же я украл у тебя, а? Порадуй меня. Чем же я смог так тебе досадить?

Если до этого момента Идоару трясло от ярости, то при виде прекрасного лица Расххеридана всё внутри скрутило от лютого бешенства. Она всегда ненавидела его. Ненавидела так сильно, что порой едва могла держать себя в руках и продолжать сладко напевать всякие глупости легковерному Барду на ухо. Она завидовала до скрежета зубов тому, что он совершенно не изменился внешне. Безумие ударило только по его разуму, оставив облик почти не тронутым, в то время как она уже и не помнила свой истинный вид и могла только выть бессильно, когда очередной лжец уверял, что раньше она не была даже женщиной.

А теперь Расххеридан ещё и отобрал то единственное, что могло бы вернуть её прежнюю.

— Верни то, что украл, — зашипела она, подступая ближе и отшвыривая со своего пути поломанные деревья.

Херидан лениво опёрся боком о стену Дома Духов и склонил голову, спокойно поджидая её. Душевную болезнь выдавали только подрагивающие иглы зрачков. И Идоара ощутила, как ядовитая зависть расползается по всему её нутру. Наверняка те, кто незнаком с ним, даже не подозревают о его недуге, в то время как ей приходится прикладывать невероятные усилия, чтобы сохранять разум. Это силы, силы, которые не забрал Хозяин, так помогают ему. Если бы и у неё остался её истинный дар, то и она бы сейчас не влачила жалкое существование Госпожи скаана-са.