Риш едва вслух не выругался. Он бы больше обрадовался хриппуте, чем уважаемой Майяри Вотый, которая упёртостью и некоторой склочностью мало уступала ему. Если их интересы сталкивались, то они закусывались едва ли не насмерть, пытаясь каждый отжать то, что ему нужно.

— Вы… — женщина не договорила, потрясённо смотря на его руку, в которой он держал недостащенный сапог.

Лицо Майяри исказил ужас, затем гнев, и она с рыком, сделавшим бы честь любому оборотню, вскинула брови, и Риша отшвырнуло от Лирки вместе с сапогом и впечатало в стену.

— Вы… как вы могли… — задыхаясь, произнесла Майяри. — Она же ни в чём не виновата…

— О чём думает ваша дурная голова⁈ — разъярённо прошипел Узээриш, извиваясь под давлением сил хаги. — Ещё и посмели напасть на своего повелителя!

— Лирка, моя хорошая! — женщина, чуть не плача, обежала кровать и склонилась над подругой, ожидая увидеть её расчленённое тело. Всё же более десяти лет работы в сыске невольно заставляли её фантазию двигаться в сторону самых кровавых сюжетов. И совершенно целое тело её немного озадачило и заставило замереть.

В этот момент ворохнулся подселенец.

— Хрибный, как же мне худо… — сквозь сон простонал он, сползая башкой ещё ниже.

Всхрапнул и перевернулся на другой бок Мхян.

Только медвежонок проснулся и, недовольно ворча, приподнял башку.

Майяри ещё раз осмотрелась и попыталась выстроить в голове новую картину. Которая пока не складывалась. И не потому, что женщина была вымотана дорогой, а из-за незнакомых ей деталей и, как она подозревала, изменившихся обстоятельств.

— Харѐн, уймите вашу жену! — потребовал Узээриш у Ранхаша, который, сложив руки на груди и прислонившись плечом к косяку, спокойно следил за развитием событий.

— Майяри, — позвал тот супругу, и та, вздрогнув, оглянулась на хайнеса.

Сила перестала его давить и душить, и Риш с надсадным стоном сполз по стене. Майяри виновато и встревоженно посмотрела на него, на подселенца и на подругу. Медвежонку, активно завозившемуся на постели, досталось недоумение, как и Мхяну.

— Совсем ополоумела⁈ — перешёл на «ты» Узээриш, как нередко бывало, когда споры между ним и уважаемой госпожой Майяри переходили границы и они оба срывались. — Вашей банде вообще законы не писаны? Ничего, что я охраняемый вид? То одна бьёт, то вторая… Думаете, я на вас управу не найду?

— Она испугалась, господин, — спокойно ответил вместо жены Ранхаш. — Не сердитесь на неё слишком сильно. Мы только что с дороги и в последние трое суток самое большее часов пять спали. Очень торопились.

— Куда⁈ — раздражённо отряхиваясь, хайнес поднялся и, покачнувшись, опёрся на стену. — Ваш драгоценный сыск стоит на месте и ещё бы год прекрасно без вас стоял!

— Дедушка… — Майяри осеклась, поджала губы и непримиримо уставилась на злого хайнеса. — Дедушка написал, что вы вынудили Лирку поступить на службу во дворец. А она… — и, покосившись на дрыхнувшего подселенца: — Она не очень любит крутиться в высшем свете.

Злость на лице Риша причудливо смешалась с насмешкой.

— Зато кое-кто любит крутить мне уши и пудрить мозги! — сквозь зубы припечатал он. — Теперь я прекрасно понимаю, почему расследование побега одной из химер не дало никаких результатов.

— Да вы и сами тогда не особо горели желанием продолжать следствие, — огрызнулась Майяри.

Риш хищно прищурился, припомнив, что харен Ранхаш больно уж глубоко копал в сторону второй из химер духа — мелкого зверёныша.

— Да и он совершенно неопасен, — продолжала отбиваться женщина, подозрительно присматриваясь к дрыхнувшему подселенцу. — Мы всё держали под контролем. И нас вообще курировал хайрен Иерхарид, — Майяри беззастенчиво подставила отца Риша.

Тот даже восхищённо приподнял брови. Всё же Майяри была достойной противницей, которая не чуралась, как и он, использовать довольно беспринципные методы для достижения целей. Собственно, их обоих воспитывали, чтобы править. И если справедливость они ещё уважали, то законы не всегда.

Тонкие крылья ноздрей женщины шевельнулись, и она удивлённо вскинула брови, почуяв запах вина.

— Вы… пили?

— Налаживали общение, — фыркнул Риш.

Майяри склонилась над подругой, принюхиваясь, и едва не получила лапой по лицу от медвежонка.

— Хвыба… — страдающе протянул подселенец, привлекая внимание.

— Зачем вы его напоили? — возмутилась Майяри.

— Он сам нажрался! Я что, должен как нянечка следить за древним духом и своим бывшим старшим родственником? Вроде мужики уже немаленькие.

— Но Лирка… Что с её рукой? Чего она так похудела? Ты-то кто⁈ — женщина раздражённо уставилась на заревевшего медвежонка.

Тут Мхян наконец проснулся и, с трудом разлепив веки, уставился на склонившуюся над Лиркой Майяри. В темноте лицо той покрывала чернота, а длинные косы сонное воображение с лёгкостью приняло за змей. Парень испуганно распахнул глаза, но вместо того, чтобы скатиться с кровати, выхватил нож и замахнулся на Майяри. Ранхаш тут же оказался рядом и, одной рукой схватив Мхяна за запястье, а второй обхватив за горло, стащил барсука с постели.

— Отпусти мальчишку! — напустился на харена хайнес. — Мхян, протри глаза. Ты только что едва не прирезал лучшую подругу своей сестры.

— О боги, так это Мхян? — Майяри прикрыла рот ладонью. — Ранхаш, да отпусти ты его!

Харен выпустил парня, но нож из задеревеневших пальцев на всякий случай вывернул. Встрепанный Мхян судорожно осмотрелся и широко распахнул глаза, увидев тушу подселенца. Встряхнув головой, парень хорошенько ущипнул себя, потом ещё раз обвёл очумевшим взором всех присутствующих.

— Будешь знать, как в одной постели с сестрой спать, — подначил его Риш.

— Так она сама просила за Ханёном присмотреть! — защищался тот. — Это кто такие? — он поочередно осмотрел Майяри, Ранхаша и подселенца.

— Да вы что? — наигранно поразился Риш. — Неужели здесь есть кто-то, кто действительно не при делах?

Смышлёный Мхян сообразил, что чего-то не знает, но решил остаться с сестрой в одной лодке.

— Нет, ну эти господа мне немного знакомы, — бодро соврал он, кивая на Майяри и Ранхаша.

— Мимо, — насмешливо хмыкнул Риш.

Мхян ошарашенно посмотрел на подселенца, но тут ему не хватило сил соврать.

— Это точно не наше, Сильнейший, — убеждённо заявил он. — Такую махину я б не просмотрел. Куда его спрячешь?

— Лирка, меня сейчас стошнит, — подселенец кое-как воздвигся на лапы и замотался к кровати. — Пусти меня назад…

— Куда лезешь⁈ — Риш заступил ему путь. — Если тошнит, то пусть тошнит здесь.

А то будет потом Лирка над тазом горбиться!

Страдающий Иррес свернулся клубочком на полу. Ханён, жалея дядюшку, спрыгнул с постели и, кряхтя, попытался подлезть ему под лапу.

— Не лезь, Ханён, — вяло отбился Иррес, — тошно мне.

Лицо Мхяна вытянулось от обиды и разочарования. Заботу отряда он не оценил. Его разрывало от желания спросить про непонятного зверя, но в то же время он не хотел признаваться, что не в курсе такой пикантной тайны.

— Какого Тёмного вы притащились на ночь глядя во дворец вместо того, чтобы отдыхать с дороги? — напустился на незваных гостей Узээриш. — Госпожа Майяри, право, вы слишком деятельная особа. Сеете хаос везде, где оказываетесь. Надеюсь, Санариш стоит на прежнем месте?

— Кое-что там изменилось, — равнодушно признался Ранхаш.

— Что? — Риш никак не ожидал, что его насмешливые подозрения оправдаются. — Если вы что-то разрушили, то платить будет семья Вотых! — тут же заявил он. — Почему вы не следите за своей женой? — он возмущённо уставился на харена.

Тот окинул взглядом презрительно фыркнувшую супругу и счёл, что смотрит за ней прекрасно. Майяри была цела, здорова и нуждалась только в хорошем сне.

— Мы ловили преступников, — с достоинством ответила Майяри.

— Я вот тоже поймал, — развёл руками Риш. — Раскрыл целый заговор, уже десять лет зревший за моей спиной. Вот только сегодня выявил главных заговорщиков, в число которых вы двое входите!