— Он мой родич, я не могу сидеть здесь! — Лирка была в таком отчаянии, что забыла о своём подчинённом положении.

Но осудить её могли только злые языки.

— Нет, — Риш непримиримо посмотрел на неё и повторил: — Маги нам нужны здесь. Мы постараемся его вытащить.

Поджав губы, Лирка молча развернулась и сбежала по ступеням вниз. До этого молчавший Иррес залебезил:

— Ничего они не понимают, твари! Гады бессердечные! Чтобы мы да своего родича в беде бросили… Не бывать такому!

А сам за её спиной посмотрел на одного из служивых, что стоял рядом с железной дверью, страшно округлив глаза. Тот сперва не понимающе округлил глаза в ответ, но потом смекнул и распахнул дверь. И Иррес коварно пихнул башкой Лирку прямо в зев складского помещения. Ещё и лапами себе помог. А когда служивый захлопнул дверь, припёр её собственным телом, давая мужчине время накинуть засов. И тут же отскочил, когда с другой стороны в дверь ударила разъярённая Лирка.

— Ого! — уважительно выдохнул служивый, увидев проступившую выпуклость на железной двери.

— Не ожидал от тебя, — признался Риш.

Он спустился и встал рядом с подселенцем.

— Я что ж, по-твоему, совсем безмозглый пускать её туда, когда там так неспокойно? — возмутился Иррес. — Мне Хабдира больше твоего жалко, и я бы сам пошёл его выручать, если с Лиркой связан не был. Но её не пущу. Собирай, давай, молодцов. Пусть выручают.

— Есть ловкачи, которые и сейчас пролезть могут? — спросил Риш у подошедшего хавария.

— Есть, — кивнул тот и прищурился на солнце. — Как раз отправить хотел, чтобы вблизи врага обстановку разведали. Но, может, их удаль и не потребуется.

— Ты к чему, дядька Гед? — напрягся Риш и шёпотом спросил: — Думаешь, прибьют, как дотащат?

— Могут, — не стал лукавить Гед. — Допросят. И скорее пристрастно допросят. Но если жив останется, но и без нас может выбраться. Безымянные за почти десять лет службы только одну потерю имеют, а ловили их не реже остальных. Хабдиру бороду кромсали раза четыре. Если кто из отряда на свободе, на выручку пойдёт, как только удобный случай подвернётся.

Лирка опять ударила в дверь. Судя по проступившему отпечатку, ногой.

— Ой, и нестрашно такую женой брать? — не удержался служивый.

— С такой вообще ничего нестрашно, — обиделся Иррес.

— Инструменты ей и материал для работы принесите, — распорядился хаварий. — У господина Отёна спросите, он всё выдаст.

— Думаете, будет работать? — засомневался Риш.

— Вредить точно не станет, — уверенно сказал Гед, — важность печати понимает, сделает. Побесится немного и успокоится.

— А такое часто раньше бывало?

— Два раза, когда без неё ходили. Один раз Нария потеряли, насилу потом вытащили. Второй раз весь отряд на два дня задержался. Думали, всё, пропали ребята. Но тогда тут Ханён был, а мать к дитю всё же крепче привязана, чем к остальным. Да и бабка её в узде держала, попусту головой рисковать не давала.

Шеерш многозначительно посмотрел Храса и приподнял брови.

«Слышал?»

— Эй, а мы где её заперли? — вдруг встрепенулся Иррес. — Там не снаряды хранятся?

— Не, ты чего? — служивый, помогавший духу пленить Лирку, оскорблённо уставился на него. — Там бочки со смолой хранятся. Стал бы я злую бабу к взрывной смеси подпускать! Особливо мага!

Показательно швырять инструмент в стену, когда его просунули в маленькое слуховое окошко, Лирка действительно не стала. Четверть часа она ещё металась как барс в клетке, потом затихла, и наконец чуткий слух Ирреса уловил ширханье резца по дереву. К полудню к запертой женщине решил заглянуть Риш.

— Слушай, ну может ещё чуточку выждем? — висел над ним Иррес. — Я ж её знаю, так быстро она гнев на милость не меняет. Тем более, про Хабдира ничего нового и хорошего неизвестно.

— Голодом морить её решил? — удивился Риш и безбоязненно распахнул дверь.

И замер на пороге.

Лирка сидела на бочке, скрестив ноги в щиколотках и сложив руки на груди. Форменная куртка была брошена на пол, рукава рубашки подвёрнуты до локтей. Смотрела женщина исподлобья, висящие под потолком светляки и проникший в открытую дверь свет отразились в её глазах хищной зеленью.

— Ладно, болтайте. Не буду мешать, — Иррес струхнул и скрылся за дверью.

Риш прошёл внутрь и прикрыл за собой дверь.

— Мы отправили отряд за Хабдиром, — сказал он, осматриваясь. — Теперь только ждать.

— Знаю, — почти не разжимая губ, ответила Лирка.

— Хватит злиться. Ты прекрасно понимаешь, что заставе сейчас нужны маги. И ты на службе, — Риш строго посмотрел на неё. — Я понимаю твои чувства, но сейчас куда больше ты можешь сделать здесь.

— Знаю, — опять сказала женщина. — И злюсь не на приказ.

Она действительно злилась не на приказ. Злилась, что когда-то выбрала для себя путь мага. Если бы она была просто военной, то могла бы уговорить хавария отпустить её. А так теперь вынуждена просто ждать.

Хотя не будь она магом, хаварий не взял бы её на службу.

— Я сделала печать, — Лирка коротко кивнула на бочку, которая послужила ей столом.

— Так быстро?

Женщина только раздражённо шевельнула ноздрями. В злости работается куда быстрее.

Риш подошёл и поднял один из довольно грубых обрезков дерева. Над верхней частью времени поработать не было, так что печать была просто куском дерева, с одной стороны украшенным резьбой.

— Неплохо, — даже удивительно, насколько неплохо. — Подойдёт.

— Каменную позже доделаю, — Лирка отвернулась.

Пусть она и злилась сейчас больше на себя, но хайнес тоже ужасно раздражал. И её потряхивало из-за беспокойства за вилария, Вехну и Сендара. Они ведь все были в одном отряде. А если выжил только виларий? А если его уже нет в живых и хоёторцы замучили его до смерти? Глаза горели, словно в них насыпали песка, но плакать Лирка не могла.

— А это что? — Риш из любопытства поднял второй кусок дерева, решив, что это неудавшийся вариант, но увиденное сперва озадачило его, а потом и повеселило.

Ничего не ответив, Лирка просто мрачно посмотрела на него.

— Могу считать, что это первый подарок от моей невесты? — по губам мужчины скользнула не очень весёлая, но всё же улыбка.

— Можете, — раздражённо ответила женщина.

— Буду беречь, — пообещал Риш. — Можешь выходить. Господин Отён уже ждёт тебя, у вас много работы. И не забудь поесть. Каша и суп ждут тебя в мастерской.

Лирка проводила его мрачным взглядом.

— Ну ты чего? — из-за двери опасливо выглянул Иррес. — Я тоже переживаю за Хабдира и ребят. Но сама же всё прекрасно понимаешь.

Конечно, она всё прекрасно понимала. И помнила слова вилария, которые тот сказал перед отрядом, когда она только присоединилась к нему, и которые он повторял потом много раз.

«Служба у нас такая, что мы наперёд должны думать не о себе и друг друге, а о службе».

— Готова, — Риш показал хаварию печать, войдя в его кабинет.

— Я говорил, что Лирка вредить не будет, — удовлетворённо протянул Гед, разворачивая уже написанный приказ. — Хабдир хорошо своих ребят воспитывает, а они у него все как один горячие головы. Даже Онт хоть и стар уже, а порой кровью кипит как молодой. Он как раз только вернулся на заставу. Присмотрит за ней. Но Лирка и сама на рожон не полезет. Время прошло, остыла.

— Ох, что-то я сомневаюсь… — Риш вдавил печать в подушку с красными чернилами и приложил её к бумаге.

— Поверьте мне, дарен… Сильнейший. Я эту девку вон сколько лет знаю. Сама себе на уме, горячая, но если в самую горячку придержать, потом сама за разум берётся. Так что… Эт что? — Гед, сведя брови, склонился над приказом, всматриваясь в печать.

— Ах ты ж… — Риш досадливо прикусил губу, так и не выругавшись до конца, и посмотрел на печать в своей руке. — Перепутал.

Повисло молчание.

— Отрежем вот эту часть, — Узээриш пальцем провёл выше красного оттиска, — а сверху нормальную приложим.