— Отправь посыльного к советнику Рейсу, — распорядился Узээриш. — Пусть ему скажут, что его высочество только что изволил сбежать.

И что они все в ней находят? Понятно, что в ней нашёл он! Но остальные-то? Мужчина раздражённо цокнул и, поймав направленный на него взгляд чёрных глаз, облизнулся. Женщина, сморщившись от досады, отвернулась.

— Мама!

К Лирке мчался радостный Ханён. Добежав до матери, мальчишка принялся что-то быстро и неразборчиво рассказывать.

— Эй, мелкий! — позвал Узээриш. — Ты где бегаешь? Твою мать здесь ухажёры осаживают, того гляди украдут у тебя.

— Как⁈ — неприятно изумился мальчик, шокировано распахивая чёрные глаза.

— А вот так! И заметь, это не я.

Показав возмущённой Лирке язык, Риш развернулся наткнулся на пронзительный взгляд Саврия.

— Господин, вы понимаете…

— Боги, да что не так? — сразу пошёл в атаку хайнес. — Я за ней не ухаживаю, в постель не лезу, пошлости не предлагаю. Но мой сов в неё влюблен. Могу я позволить себе хотя бы ревность⁈

— Ну если вам от этого легче…

— Даже не представляешь как!

«И сам не ам, и другому не дам⁈» — господин Наэш был возмущён поведением хайнеса. Злился сильнее самой Лирки, которая и не очень-то гневалась, больше досадовала.

«Блюдёт честь», — выступил в защиту ненавистного Сильнейшего Иррес.

— Что-то хайнес больно сильно перья топорщит… — госпожа Пандар подозрительно прищурилась в сторону всё ещё открытого окна.

Лирка внутренне похолодела и разозлилась на Сильнейшего уже по-настоящему. Так о них действительно могут пойти слухи, а она даже толком оправдаться не сможет, потому что… потому что… Ну было же.

— Порядочным вдовам препятствия ставит на пути к удачному замужеству, — компаньонка укоряюще покачала головой и решительно выдвинула вперёд грудь. — Ничего, и не таких перебарывали. Мы тебя ещё замуж выдадим. Не за этого, — госпожа Пандар пренебрежительно посмотрела на Орлида, который топтался у ворот рядом с Майяри и что-то выслушивал с не очень довольным лицом. — Телом хлипковат, да и родственники не очень. Помню я его. Товарищи госпожи за что-то крепко его невзлюбили…

Лирка старательно заинтересовалась цветущими розами.

— … а эти хоть и оторви головы, просто так не кидаются.

— Маме не надо замуж! — резко воспротивился Ханён.

Госпожа Пандар надменно посмотрела на него с высоты своего роста, но мальчик не смутился и не испугался.

— Надо, — решительно и веско, словно гвозди кувалдой заколачивая, сказала компаньонка. — Не умеешь делиться, жадина?

— Я не жадина, — обиженно насупился Ханёнок. — Я не хочу, чтобы маму обижали.

— Тю! — насмешливо выдохнула госпожа Пандар. — Так мужа выбирают, чтобы он не позволял обижать. Мы же ещё выберем такого, чтобы и сам не обижал. Зря ты от Руахаша нос воротишь, замечательнейший мужик. Сама бы за него замуж пошла, да, боюсь, во сне случайно придавлю.

Иррес, хотевший уже возмутиться, бесстыдно загоготал.

— Я и первого мужа как-то придавила, — меланхолично продолжала госпожа Пандар, вынимая из бездонного кармана трубку и кисет. — Не насмерть, но ребро треснуло…

Гогот оборвался.

Орлид наконец закончил беседовать с Майяри и едва ли не бегом припустил назад.

Лирка вновь почувствовала себя неуютно под его откровенно пристальным взглядом. Она предпочитала не замечать мужское внимание, тем более на заставе оно чаще всего было довольно неприятное, липкое и сальное. Но симпатию Орлида было сложно не заметить и так же сложно было назвать его взгляды пошлыми. Жадными — да. Но больше в них было нескрываемого восторга, и этот восторг приводил Лирку в невероятное смущение. Раз за разом она пыталась найти на лице молодого оборотня следы неискренности, но то ли он был совершенно откровенен, то ли Лирка не могла опознать его ложь.

Неужели она действительно может вызывать такие чувства?

Женщина торопливо вспоминала свой облик, который видела сегодня в зеркале. Не сказать, чтобы он сильно отличался от её повседневного вида, но господин Наэш одобрительно отозвался, что так значительно лучше. И сейчас Лирка пыталась высмотреть, что же такого мог увидеть Орлид.

Она привлекательная?

Что-то полузабытое женское, последний раз переживаемое ещё в родной деревне, мутно всколыхнулось, встревожило и царапнуло душу неясным волнением.

«За что мне это наказание?» — тоскливо вопросил Иррес, и Лирка опомнилась.

«Скорее уж за что Лиркае такое испытание», — недовольно проворчал господин Наэш, раздражённый тем, что Иррес опять сбил Лирку с размышлений, которые вообще-то нормальны для женщины её возраста.

Ханён встретил Орлида недружелюбным взглядом, но тот тут же протянул ему ладонь для рукопожатия как взрослому, и мальчик смешался. Польщённый, он поспешил со всей важностью пожать протянутую руку.

— Охраняешь маму? — с улыбкой спросил Орлид и, когда мальчик, насупившись, уже хотел сказать что-то резкое, продолжил: — Правильно. Она сейчас ранена и не может должным образом себя защитить. Я тоже её немного покараулю.

Сперва сбитый с толку одобрением, Ханён всё же неуступчиво поджал губы.

— Я сам справлюсь.

— Мы всё равно с твоей мамой будем работать некоторое время вместе. Мне совсем несложно заодно присмотреть за ней.

Ханён оказался в безвыходном положении. В свои десять лет он прекрасно понимал, что не может просто потребовать, чтобы мама не работала с этим дядей. Пришлось смириться, но с достойным ответом он не нашёлся, только зыркнул чёрными глазами.

— Где Мхян? — отвлекла его Лирка.

— А? Мхян? Побежал проведать дядю Нария и дядю Ёриха, — неохотно отозвался мальчишка.

— С кем ты тогда играл? — нахмурилась мама, припоминая рассказ сына.

— А я познакомился тут кое с кем, — беспечно отозвался Ханён.

Похоже, с кем-то из детей придворных. Лирку одолели смешанные чувства, она запереживала, что кто-то обидит сына из-за происхождения. Сама она успела пройти через такое, пока училась в школе магии.

— С девочкой? — госпожа Пандар выпустила струю дыма и хитро посмотрела на мальчика.

— Чего? — не понял тот.

— С девочкой познакомился. Видела, — медведица прищурилась на кусты роз в саженях тридцати от них, — тут чью-то миленькую мордашку.

Лирка тоже присмотрелась, и в этот момент из-за веток и правда выглянула девочка лет шести, рыжая и отчаянно веснушчатая. Синие глазища испуганно уставились на Лирку, и малышка поспешила спрятаться.

— Где? — заозирался Ханён. — Вижу! — чёрные глазёнки ликующе засияли. — Я тебя вижу! Теперь я прячусь, а ты ищешь!

Недовольная девочка поднялась и неохотно вышла из-за кустов. Ближе подходить не стала, опасливо смотрела на Лирку и с ещё бо́льшим страхом — на внушительную госпожу Пандар. Поздороваться она тоже не рискнула, так и таращилась на них с опаской. Лирка её, в общем-то, понимала. Госпожа Пандар внушает трепет взрослым мужчинам, что уж про детей говорить, а сама Лирка со шрамом на пол-лица и рукой на перевязи вряд ли вызывала доверие.

— Мама… — Ханён нерешительно замялся, посматривая то на неё, то на Орлида.

— Иди, — коротко вела мать.

— Я пригляжу, — пообещала лукаво щурящаяся госпожа Пандар.

— Эй, Сильнейший! — неожиданно заорал во всё горло мальчишка.

Лирка только охнула испуганно, как в окно выглянул заинтересованный хайнес.

— Чего тебе, птенец?

— Смотри за мамой, ты обещал! — нахально заявил ему Ханён.

— Когда это? — изумлённо выгнул бровь Узээриш.

— Уже и не помнишь… — насмешливо искривил губёшки нахалёныш.

— Сильнейший… — начала было Лирка, но осеклась, поймав весёлый взгляд хайнеса.

— А-а-а, теперь вспомнил! Буду беречь, холить и лелеять с полным правом, раз меня попросил самый главный мужчина семьи.

Ханён приосанился, благополучно пропустив мимо ушей слова про «полное право».

— Всё, у меня дела, — важно заявил он и припустил по дорожке.