— Река там раньше почти озером разливалась, — припоминал Иррес, — а сейчас помелела.

— Болота Нипо-И не могут быть этим озером? — спросил Риш.

— Может… — не очень уверенно протянул дух. — Тогда этих болот не было… Я бы запомнил, если бы были… Нет, точно не было! Мы, когда Данжавар последний раз боем брали, как раз с этой стороны заходили. Помню, во тьме по воде плыли. М-м-м… не так уж далеко выходит…

— Ещё найти нужно, — Риш не позволил размечтаться. — Ты говорил, город на изгибе реки?

— Стёрлось уже всё временем, русло, похоже, вильнуло и малость выправилось. Или я уже неважно помню. Но если Нипо-И — бывший разлив реки, то лучше по болотам и искать. Где-то напротив них на другом берегу и должна столица стоять.

— Двое суток лететь… — Узээриш задумчиво потёр лоб и притянул другую карту с обозначением народов Хоётора, чтобы понимать, через чьи территории лететь придётся. — А если только ночами…

— Только ночами не выйдет, — перебила его Лирка. — Драконы днём мало спят и очень нервничают в Лесу. Шума от них будет больше, чем если мы просто в небе промелькнём. Главное, границу незамеченными миновать. А дальше, в глубине Хоётора, народ плохо знает, как выглядят летающие драконы.

— Мы всё же не так далеко залетать собираемся, — в сомнении покачал головой мужчина.

— Из-под шапки Леса нас всё равно мало кто увидит, — поддержал Лирку Иррес.

Решили вылететь в самый тёмный час ночи, но привал с рассветом не устраивать. Собирались без лишней суеты и шума, будто очередной отряд на разведку выдвигается. Помимо Лирки, Лешия, Исешки и Риша в состав отряда вошли пятеро оборотней из числа хайнесовой охраны. Выделили им самого надёжного из имеющихся драконов, малого грузового ящера. Правда, степенный и важный Булыган по неясной причине с трудом переносил Лирку, но сама женщина подозревала, что тот просто чует её внутренний мир, а точнее, силу Ирреса. Да и вообще драконы не очень-то магов любят.

Вот и сейчас, стоило им с хайнесом подойти, как узкий зрачок уставился на неё из-под кожистых век и у ящера неприязненно заклокотало в горле.

— Что такое? — Риш дружелюбно потрепал дракона по мощной шее. — Не нравится моя пташка? Мне тоже не всё в ней нравится, особенно Иррес.

Всадник, уже устроившийся почти на шее зверя, насмешливо фыркнул.

— Где Исешка? — Леший нервно вертелся и осматривался, но не находил брата среди закутанных в чёрное мужчин.

— Да тута он, — во дворе появилась бабка Ехи.

Тяжело шаркая, старуха подошла ближе и всунула озадаченному оборотню в руки куль из одеяла.

— Вот твоя шуба.

— Да за… Ой, мой хороший, — Леший расплылся в улыбке, увидев, что из одеяла торчит мокрый лисий нос.

— Ходит он сам пока неважно, так его хоть таскать легче. И вот, — бабка всунула Лирке увесистый мешок, — я тут побольше кроветворного у лекаря вашего выбила. Подпаивайте сдыхоть эту.

Леший покосился на сбитые костяшки старухи и вдруг засомневался, что «выбила» — просто образное выражение.

«У-у-у, образина, — Иррес отвечал дракону взаимностью. — Лезь вон за этого. У него спина широкая».

Лирка проворно забралась на спину ящера, затянула пристяжной ремень и поплотнее запахнула плащ. Ночью в небе холодно, а капризный Иррес не любил мёрзнуть. За спиной кто-то уселся, и в следующий миг Лирку как крыльями окутало тепло чужого плаща. Не успела она даже дёрнуться, как Риш подтащил её ближе к своей груди, ощупал и подёргал пристяжной ремень и начал подтыкать края плаща под её колени. Через несколько минут хайнес уже походил на огромную нахохлившуюся птицу, а от Лирки снаружи осталось только лицо.

— Эй, хвыба… — Иррес было развернулся с претензиями, но ткнулся носом в чужое горло и брезгливо отстранился.

— Давай не будем спорить? — сварливо попросил Риш и с усталым вздохом опустил подбородок на голову Лирки.

Иррес фыркнул, но ругаться не стал. А Лирка осторожно отвела руку назад и тайком убедилась, что хайнес тоже пристёгнут.

К рассвету они уже миновали становище хуани-са и поселение нота-са. Внизу насколько хватало глаз тянулось бескрайнее море Леса. При взгляде на него Лирка уже привычно оробела перед великолепием зелёной глади. Казалось, что Лес — это сам Хоётор и ничего более. Народы на его земле всего лишь муравьи, а истинный владелец этого края — Лес, с высоты больше впечатляющий, чем устрашающий.

Первый привал сделали в полдень. Второй раз спустились вниз уже под вечер, чтобы немного поспать, да и дракону дать передышку. К середине ночи часовые всех подняли, и полёт продолжился. Пару раз было, что заснувшие мужчины съезжали со спины дракона и с руганью, цепляясь за пристяжные ремни, забирались назад и теперь уже бодрствовали до самого рассвета.

Задремавшая в тепле Лирка вздрогнула от яростного драконьего рыка, малость запаниковала, когда тьма вокруг не прояснилась ни на йоту, а потом сообразила отвести в сторону полу чужого плаща.

«Ну и куда ты нос высунула морозить?» — недовольно проворчал Иррес.

Всадник что-то раздражённо говорил сидящему позади мужчине и, похоже, тоже не понимал, что приключилось. Лирка осмотрелась по сторонам и поёжилась. И не от прохладного ветерка. Чувствовалось в воздухе какая напряжённость, как перед грозой. Всадник сообразил раньше Лирки, что не так, и свистнул команду. Дракон заложил крутой вираж, резко забирая к западу. Только он ушёл в сторону, как в небе вырос огромный столб зелёного света. Ящер краем крыла зацепил зарождающийся мираж, и за ними ещё некоторое время тянулась дорожка светло-зелёной пыли.

— Вот это да! — выдохнул Леший. — Исешка, ты глянь, какая громадина!

Лирке ещё никогда не доводилось видеть гигантские небесные миражи так близко. На чернильном полотне вырисовывался… замок? Да, больше всего мираж был похож именно на замок, увенчанный куполами, как пень шляпками грибов. А между куполами ввысь подобно стрелам тянулись острые и тонкие башни, которые, казалось, сейчас прорвут ткань неба и звёзды ссыплются вниз как горох.

Ничего подобного раньше Лирка не видела.

«Это ещё из Великого Хоётора, — неохотно ответил Иррес. — Таких ты больше и не найдёшь».

Хайнес плотнее прижал Лирку к себе, и зелёный дворец закрыла пола плаща.

С расстоянием они немного не угадали, окраина болот показалась к вечеру следующего дня. Деревья росли здесь реже, и от земли поднимался зеленовато светящийся туман, по которому болота и опознали. Да и деревья сияли несколько иначе, чем остальной Лес, несколько бледнее, призрачнее.

— У реки, наверное, к утру будем, — горячо прошептал хайнес ей на ухо.

«Пусть уберёт свой рот от нас подальше! — тут же возмутился Иррес. — Раньше долетим. И пусть дракона держат в стороне, а то… сама видишь».

Да, Лирка заметила, что блестящие между кронами пятна воды отливали желтовато-зелёным. Вряд ли испарения тут полезны. Но всадник и сам сообразил. Дракон забрал немного на восток, чтобы зелень болот была видна, но сами болота лежали не под ними.

Через час небо совсем почернело, а Лес внизу засиял всем многообразием красок, превратившись в море слепящего во тьме света. Глаз невольно сам устремлялся к более мягкому свечению болота. В испарениях Лирке чудились чьи-то причудливо извивающиеся тела, червеобразные и многолапые.

— Поселение внизу, — ветер донёс чей-то голос от головы дракона, и взоры всех устремились вниз.

Там среди светящихся ветвей мелькнул живой всполох огня. Дракон ушёл в сторону, и всполох исчез, но теперь мерещился запах дыма.

Вдруг снизу, из-под деревьев ввысь взмыл столб огня. Он ярко осветил ночное небо, заставив дракона шарахнуться в сторону, и рухнул вниз.

«Чего это?» — удивился Иррес.

Лирка растерялась. Если уж Иррес не знает…

В следующий миг в небо взмыла ещё одна полоса огня, но в этот раз она летела не под прямым углом к земле, а в их сторону. Шустрый дракон с рёвом метнулся к северу, переворачиваясь на бок, и служивые с руганью схватились за пристяжные ремни. Лирку держал хайнес, так что она смогла как следует рассмотреть пронёсшуюся и исчезнувшую среди деревьев огненную полосу и с удивлением поняла, что это огромная подожжённая стрела.