Хаварий Гед молчал и недовольно сопел, что говорило о высшей степени неудовольствия. Лучше бы орал. Мало того, что узилище попорчено, туда теперь пленников стыдно сажать, так ещё и под самыми стенами заставы грабёж учинён, а часовые и не заметили.

— Да всё они видели, — прищурился в усмешке Ёрих, когда виларий и хаварий отошли от них. — Просто в потёмках не разобрали и наверняка решили, что местные опять между собой разборки устроили.

Нарий скривился, но ничего не сказал. Собственно, не им возмущаться халатностью часовых. Сколько на их счету подобных разборок, после которых пропадали самые отъявленные Лиркины «поклонники»!

— Как бы из-за выходок господина Руахаша нас вовсе не заперли в крепости, — высказал опасения всех вредитель.

— Хаварий может, — Сендар мрачно посмотрел на башню, в которой скрылись начальники. — Доверия полного у него ни к кому нет.

— Да как выяснилось, мы и друг другу не всегда доверять можем, — Нарий с намёком посмотрел на Лирку.

— О ваших же шкурах пеклись, — вместо женщины отозвался Иррес. Лицо Лирки исказил его характерный прищур. — Меньше знаешь, меньше спрашивать будут.

Мужчины настороженно посмотрели на Лирку. Поняли, что ответила не она, но привыкнуть к её внутреннему миру не успели.

Новости по заставе расходились очень быстро. Скоро болтали не только о вернувшихся Безымянных, которые имянными стали, но и о сбежавшем пленнике, который оказался Вотым и жрецом. Над отрядом вилария Еся подшучивали, что их божий прислужник побил и на расход поставил (дракона хаварий прощать не собирался).

— Так то жрец Ваирака! — веско осаживал шутников виларий Есь. — А они ж все по военному промыслу.

Пока виларий Хабдир общался с хаварием, Лирка переоделась в запасную куртку Нария и упихала мундир в мешок. Мужчины тихо решали, как теперь быть. До границы-то добрались, а куда дальше?

— Мне кажется, за жрецом надо, — предложил Ёрих. — Сами посмотрите, как уверенно чешет. Другой бы на его месте по земле пошёл, чтоб след считать. Или местных сперва опросил, не видели ли чего. А этот на дракона скакнул и дёрнул куда-то. Лирк, у вас там, у магов, следилок каких-нибудь нет?

Лирка лишь неопределённо пожала плечами. Следилки-то, конечно, были. Но действуют они на ограниченном расстоянии. Да и выбросить их легко. Если малышка в руках похитителей, те наверняка озаботятся тем, чтобы избавиться от всего лишнего.

Но господин Руахаш очень предусмотрительный оборотень. Лирка сомневалась, что он, помня об опасности, которая угрожала Миане, не озаботился следилкой. Только она не была уверена, что он нашёл в себе достаточно сил, чтобы причинить малышке боль и наколоть ей следящую татуировку, от которой избавиться не так просто, как от артефакта.

Когда мрачный виларий вышел из башни, солнце уже перевалило за полуденную черту. Хмурое лицо Хабдира не внушало радостных ожиданий, но их хотя бы не шли вязать по приказу хавария.

— Выпустит он нас за пределы крепости, но в составе других отрядов, — сразу сказал виларий.

— Ну хоть так… — поморщился Онт.

— Так, может, даже лучше, — заметил Нарий. — Разойдёмся в разные стороны, больше территории охватим.

— Но кто-то один должен остаться здесь, — Хабдир тяжело посмотрел на них. — Будет связным для всех отрядов… для нас, поможет обмениваться информацией. И, если кто от Вотых сюда прибудет, сориентирует прибывших. Останется Лирка.

— Я пойду с вами! — вскинулась женщина.

— Остаёшься здесь! — виларий рассерженно посмотрел на неё. — Отрядом пока я командую. И у хавария будет к нам больше доверия, если мы тебя оставим. Всё же дана рода… да мы и раньше над тобой тряслись. И если вдруг приказ какой от хайнеса прибудет… — Хабдир замялся, прикрыл рот рукой и понизил голос: — Тебя-то он пожалеет, а пожалеет ли кого из нас… Так что остаёшься ты.

— Но… — Лирка тоже понизила голос и прикрыла губы. — Иррес прекрасно знает Хоётор, он может помочь.

— Да смысл в его знаниях, если мы не знаем, в какой стороне искать? — отмахнулся виларий. — Тут от него пользы будет больше. Знаниями своим делиться, если что, со всеми сможет, а не только с теми, с кем уйдёт. Так что сидишь тут. К бабке своей на постой иди, она наверняка соскучилась. Гед обещал, что отправлять тебя в Лес не будет. Посидишь на заставе, амулеты поделаешь и что другое по магии. Дело тебе найдётся. Тем более Гед оговорился, что у границы, в южной части Леса, оживление какое-то. Смотри в оба, отслеживай ситуацию.

Виларий говорил дело. Лирке только и оставалось, что зубы стиснуть.

— Местные бабёнки тебе рады будут, — Ёрих с улыбкой похлопал её по плечу.

— Только не ввязывайся в неприятности, — попросил Нарий. — Просто не обращай внимание на пустобрёхов. И ради всех богов, не дерись ни с кем! Не купай никого в канавах! Давай тихо и неприметно.

— А не как в Жаанидые, — Ёрих хохотнул.

— Всё, хватит точить лясы, — осадил их виларий. — И так сколько времени потеряли. Живо к складам, снаряжайтесь. А ты, Лирка, подожди хавария здесь. Он выйдет и точные распоряжения тебе даст. И смотри не спорь с ним! А то отбились от военной дисциплины! Эй, ты чего?

Хабдир удивлённо посмотрел на Исешку, который тряс головой, словно приложился ею.

— Да солнце по глазам ударило.

— Что-то ты бледноват, — виларий озабоченно его осмотрел.

— Так мы прошлой ночью гульнули с ребятами из сыска малясь, — признался Леший.

— Вот сукины дети! Нашли когда налакаться!

— Так если б знали заранее! — обиженно протянул Леший.

— Так, живо к складу! В Лесу протрезвеете!

Лирка проводила родичей почти завистливым взглядом и отошла в тень стены, а то поднявшееся солнце стало сильнее припекать. Чужие взоры она игнорировала, не было никакого желания общаться со старыми знакомыми и отвечать на вопросы. Душа маялась и тревожилась. Лирка переживала одновременно за всех, а за Миану и Мхяна больше, чем за других. Надеялась, что Ханён хорошо устроился и не очень по ней скучает. А хайнес…

Женщина растерянно заморгала, ощутив неожиданный прилив нежности.

«Как думаешь, когда доберётся? — задал загадку Иррес. — Ваирак вряд ли поможет. Он и так подставился. Его теперь другие главные боги заклюют, как прознают. А эти завистливые сволочи быстро прознают и забеспокоятся, что Ваирака больше них урвёт. Месяца три-то у нас есть?»

«Долго, — отозвался господин Наэш. — Если напрямую лететь, то в полтора-два месяца можно уложиться. Но пернатый посланник указ быстрее донесёт».

«Да тьфу на этот указ! — пренебрежительно сплюнул Иррес. — Нам бы его явление как-нибудь пережить. Злющий же будет! Наэш, давай опять пораскинем мозгами, может, сообразим, как нам от Лирки отвязаться».

Лирка изумлённо распахнула глаза. Дух, ощутивший её эмоции и поймавший мысли, возмутился:

«А я-то чего с ним сделаю⁈ Не жрать же мне его⁈»

«Когда-то ты именно так и хотел поступить», — меланхолично напомнил господин Наэш.

«А сейчас я переживаю за наше с тобой здоровье и жрать всякую дрянь не намерен!»

— Эй, вы чего? — Мхян ещё раз толкнул закрывшиеся двери и раздражённо пнул их.

Его даже не допросили толком. Этот Ша-ван-х быстро переговорил с охотниками, которые привели Мхяна из Леса, и отошёл в сторону, к двум высоким черноволосым оборотням, которые пришли уже после ухода этого, с тремя зрачками. Глядя на них, Мхян понял, что решается их с Мианой судьба.

И мысленно корил себя на все лады.

В тот миг, когда его взгляд упал на лежащую у ног печать, Мхян решил, что нашёл способ обезопасить их с Мианой. Жрецы в Хоёторе явно пользовались уважением, их слово имело вес. Так что в ту одну-единственную секунду, которая у него была для принятия решения, парень подумал, что взять печать — прекрасный выход. И уже взяв её, сообразил, что статус жреца не очень-то защитил предыдущего владельца печати, да и за Лиркой постоянно охотились. А когда перед ним предстал тот с тремя зрачками, Мхян и вовсе едва богам душу не отдал.