— Но он сказал, что любит, — Майяри обескураженно заморгала. — Какая благодарность? Ему четвёртый век идёт! Думаешь, он бы перепутал?

— А его ранее часто носили на себе женщины? — спокойно спросила Лирка. — Спаса…

Ага, спасали! Едва не убив перед этим.

— Как-то я раньше не замечала, чтобы он проникался ко мне любовью из благодарности в ответ на мою на помощь, — скептически протянула Майяри.

— За то, как помогаете вы, сложно чувствовать благодарность, — госпожа Пандар вытряхнула пепел на блюдечко.

Майяри недовольно на неё зыркнула, но оставила замечание без ответа и вновь заметалась по комнате.

— Боги, но сам хайнес… — бормотала она себе под нос. — Он же… Нет, если ты его примешь, я не осужу… Но он… такой, — Майяри неопределённо зашевелила пальцами в воздухе. — С ним непросто.

— Госпожа, Лирка не вы, — домоправительница раскрыла кисет, — им определённо будет легче поладить. Госпожа Лиркаа мудрее и великодушно не будет претендовать на первенство везде и всюду. Сейчас нужно закрепить результат, чтобы рыбка не сорвалась.

Майяри озадаченно взглянула на госпожу Пандар, но почти сразу её лицо озарило понимание, и она растерянно и виновато посмотрела на Лирку. Та ответила многообещающим мрачным взглядом. Пусть Майяри подставила её с компаньонкой, не имея умысла подставить, Лирка всё равно этого не забудет.

— Ничего мы делать не будем, — решительно заявила она, поднимаясь на ноги и отходя к окну. — Я поговорю с ним. Объясню, и он всё поймёт. Господин разумен и рассудителен. Просто сейчас он ранен, и его разум особенно уязвим и склонен к самообману.

Майяри за её спиной молча приподняла и опустила брови, выражая сомнение в затее «объяснить». Она знала Сильнейшего не так хорошо, как ей хотелось бы знать в данный момент, но всё же отлично помнила, что он не терпит, когда его пытаются убедить, будто бы он чувствует то-то и то-то. В себе он и сам прекрасно разберётся.

Майяри подошла ближе к подруге и осторожно поинтересовалась:

— Он тебе не нравится?

Лирка раздражённо зыркнула на неё и уверенно заявила:

— Мне нравится хайнес. Но не так.

С другого бока пристроилась вновь затянувшаяся трубкой госпожа Пандар.

— А ты взгляни на него иначе, — посоветовала она.

— Вы говорите глупости, — холодно и чересчур резко ответила Лирка.

Майяри малость напряглась, пытаясь представить, как отреагирует домоправительница на выпад, но та вдруг отвлеклась на кого-то за окном.

— А чего это Ссеверасс так рано уходит? — прищурилась медведица.

— У его семьи какое-то торжество, — поспешила уйти от опасной темы Майяри. — Вот дед за ним пораньше зашёл. Это наш повар, — объяснила она Лирке.

Та не очень охотно перевела взгляд вниз и увидела мальчишку, в припрыжку бегущего по тропике к воротам. По тонкой спине змеёй билась белая коса с пышным синим бантом на конце.

— У него такой строгий брат, — с энтузиазмом поведала Майяри. — Никуда его одного не пускает. И всегда либо сам забирает, либо кто-то из дедов приходит.

— Я бы его тоже одного не пускала, — отозвалась госпожа Пандар. — Над ним даже шутить неинтересно, всему верит. А ты, — она повернулась к Лирке и ткнула в её сторону трубкой, — если сама не хочешь охотиться, тогда будь готова, что охотиться будут на тебя.

Лирка негодующе трепыхнула ноздрями, упрямо сощурила чёрные глаза и дёрнула головой, отстраняясь от дыма.

— А хайнес и охотник, и хищник отменный, — продолжила домоправительница. — Ты к нему лучше присмотрись.

— Госпожа Пандар, думаю, Сильнейший довольно быстро поймёт, насколько мы разные и как по-разному смотрим на… любовь, — Лирка упорно стояла на своём. — Я ценю покой.

— И что? — домоправительница надменно вскинула бровь. — Спокойно жила все эти годы без любви? И жизнь тебя не трепала?

Вложив мундштук в рот, госпожа Пандар вскинула подбородок и величественно зашагала на выход.

— Прости, — повинилась Майяри, косясь на закрывшуюся дверь. — Я не думала, что так выйдет. Я-то с ней познакомилась уже почти замужняя. Но… может, стоит всё же присмотреться?

Лирка с негодованием на неё уставилась.

— Милая, — тут уж возмутилась Майяри, — я просто представляю, какая осада тебя ждёт! Он же за тобой через весь зал бежал! Боги, я должна была сообразить ещё тогда, но… Сам хайнес… — она осеклась, и на её лице одновременно появились досада и вина.

— Когда он за мной бежал⁈ — изумилась Лирка.

— Ты серьёзно? — подруга отошла на шаг и сложила руки на груди. — Во время бала, когда ты шла к сарену. Хайнес через весь зал за тобой бежал и почти схватил, но ты к его брату свернула.

— Что? — Лирка ощутила, как в животе сворачивается холод.

— Он бежал за тобой, — повторила Майяри. — Я сперва решила, что ты хочешь прибить сарена и Сильнейший спешит его спасти, а теперь понимаю, что с таким зверским выражением лица он точно не собирался его спасать. И это перед началом реты! Тебе никто не сказал?

Растерянная Лирка помотала головой.

— Уж не знаю, что у него там с любовью, — подруга фыркнула, — сами разберётесь. Но, Лирка, он упрям. Если он тебе нравится, подумай, стоит ли мотать себе нервы. Да, быть хайнеси… Ой, ты чего?

Лирка покачнулась, и Майяри поспешила её придержать.

— Н-не надо так далеко… — попросила магичка.

— Хорошо, не буду про хайнеси, — подруга её поняла. — Если он тебе совсем не нравится, ты мне скажи, и мы его так отошьём, что он на тебя смотреть больше будет.

— Я сама… сама разберусь, — Лирка взяла себя в руки.

— Но всё-таки, — Майяри не смогла удержаться от довольной, прямо-таки ликующей улыбки, — господин Узээриш, первый оборотень Салеи, самый завидный холостяк, богатейший мужчина страны… Хайнес! Хотя это скорее недостаток… Непревзойдённый бабник! Но вот тут есть определённые сомнения, всё же есть соперники за… ха-ха-ха… «титул». И вот это всё моей лучшей подруге!

Поражённая Лирка поняла, что Майяри почти гордится ею!

— И это ещё Мадиш не знает. Он с ума сойдёт! — Майяри расхохоталась, но осеклась под тяжёлым взглядом подруги. — Да я не буду ему говорить. Но если хайнес серьёзен, то Мадиш скоро и сам узнает. Эй, ну ты чего? Я тебя не пугаю. Просто как представлю, какими слезами умоются клуши, которые плохо отзывались о тебе в школе, и прям хорошо становится!

— Представляй про себя, — сквозь зубы попросила Лирка.

А внутри занозой свербело беспокойство.

— Деда, мне завтра на ярмарку нужно, — Ссеверасс подёргал зажатой в огромной ручище деда рукой, привлекая его внимание. — Ты со мной пойдёшь?

— Не-а, — густым басом отозвался дед, продолжая неспешно и тяжело шагать по мощёной улочке. — Зразый пойдёт.

— А можно ты? — расстроился мальчишка. — Мне надо, — он понизил голос, — к дядьке Миину. Он обещал травы новые привезти. А Зразыю он не нравится.

— Мне тоже, — прогудел дед. — Мутный он.

— Он хороший! Я уже лучше разбираюсь в смертных, — Ссеверасс насупился.

— Угу, — смиренно согласился дед.

— Тогда может дед Цыбай? — Ссеверасс понял, что дед Темаш не уступит, и зашёл с другой стороны.

— Занят он. Со Зразыем пойдёшь.

Мальчишка надулся, и дед Темаш, жалея его, притиснул к своему боку.

— Слышишь? — Ссеверасс резко вскинулся, и зрачок в серых глазах расширился почти до грани радужки.

Дед ещё ничего не слышал, но поверил сразу. Осмотрелся и склонил голову набок, прислушиваясь.

— Кто-то умирает, — уверенно заявил мальчишка и потянул деда за собой.

Тот покорно затопал следом, а через десяток шагов даже выпустил руку Ссеверасса. Мальчик неистово рвался вперёд, чувствуя что-то, ведомое только ему. Свернув в проулок, он ненадолго замер, растерявшись, а затем затесался между оградами двух усадеб и там увидел лежащего на земле кудрявого брюнета. Тот дышал с хрипами, прижимая ладонь к боку, а земля под ним влажно темнела.

— Господин, — Ссеверасс упал рядом на колени и сразу схватился за руку, которой оборотень зажимал рану, — вы меня слышите?