Щепетильным отношением к личной жизни она заразилась от господина Наэша.

— И я… — Лирка с досадой прикусила губу. — Привороты сильно изменились. Раньше их нельзя было вдыхать.

— Теперь ими можно даже мазаться, — раздражённо фыркнул Риш. — В школе восстановилась? Знания тебе теперь очень пригодятся…

— Скоро… — Лирка запнулась, пытаясь припомнить точную дату, — … вступительные экзамены. Меня на них записали.

— Замечательно! Напишу, чтобы учителя особое внимание уделили приворотам и ментальной магии.

— Она же под запретом! — вскинулась Лирка.

— Но разбираться в ней ты должна. И не ври, что ни разу ей не баловалась, — хайнес насмешливо прищурился. — Вы, маги, не можете устоять перед запретным.

Лирка посчитала, что лучше промолчать, чем врать или подтверждать подозрения Сильнейшего.

— Сегодня тебя введут в новые обязанности, — огорошил её хайнес.

— Меня? — растерялась женщина. Ей казалось, что после истории с приворотом её вообще похоронят в кабинете наедине с письмами.

Всё же не стоило радоваться раньше времени.

— Проходи, — Риш распахнул перед ней дверь, вводя в смущение ещё и перед стражей.

— Вы бы осторожнее, — посоветовал Саврий, когда дверь в приёмную за ними закрылась. — А то по дворцу пойдут слухи, что вы приревновали нынешнюю любовницу к прежней.

Лирка ещё больше растерялась. Она-то не видела и не слышала, как орал на госпожу Лизею разъярённый хайнес. Но дворец слышал!

Присев на край стола помощника, Узээриш скрестил руки на груди и с тяжёлым вздохом осмотрел вытянувшуюся магичку.

— Я уже пожалел о своём выборе, но идти буду до конца. С сегодняшнего дня поступаешь в распоряжение господина Аризея — моего дяди. Но в отличие от других его подчинённых должна всегда находиться рядом со мной и на виду, ясно?

Лирка не сразу вспомнила, кто такой господин Аризей.

— В твои обязанности входит моя охрана. Главным образом от всяких магических штучек. От всего остального меня и без тебя защитят, так что больше нужного на себя не бери.

— Но… я никогда никого не охраняла, — в панике прошептала женщина. — У меня нет опыта для такой ответственной должности.

— Это я уже понял, — с сарказмом протянул Риш. — Буду воспитывать с пелёнок и под себя.

Саврий взглянул на господина с неудовольствием. Доиграется когда-нибудь!

— Но охрана… это ведь постоянно. А я… мне… — идея с разжалованием и уходом с воинской должности вдруг показалась приемлемой. — У меня дети…

— Младшего ребёнка удочерил Руахаш Вотый, а старший уже самостоятельный мальчик.

Тут Лирка решила стоять до конца. Пусть перед ней и правитель Салеи, самый могущественный оборотень страны, но она мать и единственный родитель Ханёна. Уволят со службы, найдёт другой заработок. Для мага работа найдётся всегда.

— Нет, господин, — твёрдо заявила она. — Ваша охрана — важнейшая задача для всей страны. Я не обладаю достаточными знаниями и умениями, чтобы взять на себя такую обязанность. Вы можете найти себе более опытного и талантливого мага. Уверена, что, поискав, вы найдёте кому довериться. Во мне же больше вашего нуждается мой сын. Я осознаю, что мой долг — повиноваться вашим приказам и заботиться о благополучии страны больше, чем о благополучии семьи. Но я не могу думать о сыне меньше, чем о вас. И…

Женщина осеклась, увидев, как насмешливо приподнялась бровь Сильнейшего.

— Даже я не всегда могу поставить интересы страны выше интересов семьи, — обескураживающе честно признался он. — Работать будешь посменно, как и все охранники. С учёбой справишься. Подруге твоей прогулы как-то прощали. Пусть поделится опытом. На ноги тебе вставать надо, так что не теряй время и возможности. Сына потом учить ещё нужно. Со службы я тебя не уволю, не мечтай. Особенно сейчас, когда ты с хоёторской печатью.

— Тем более меня нельзя держать близко, — с досадой парировала Лирка. — Вдруг мной кто-то управляет, а я и не понимаю.

— Я пойму, — пообещал Риш. — А теперь слушай мои распоряжения. Каждое утро будешь приходить вместе с Саврием сюда и проводить проверку. Письма так же остаются на тебе. И будешь меня везде сопровождать. Ах, и ещё! — по лицу мужчины расползлась довольная улыбка. — Хриппуту навещать больше не нужно.

— Она умерла? — испугалась магичка. Утром зверюга вроде бы чувствовала себя вполне хорошо.

— Нет. Теперь это забота госпожи Лоэзии. Я тут подумал… Ну чего издеваться над беременной женщиной? — развёл руками Риш. — И подарил зверя ей!

Лирка, глядя на его радостную улыбку, заподозрила, что поиздевался Сильнейший над господином Маришем. Домоправитель-то не беременный!

Отправив Лирку опять разбираться с письмами и выслушав от Саврия ворчания на тему «Добром ваши капризы не кончатся», Узээриш забросил ноги на стол и уставился в окно, обдумывая дальнейшие действия.

Девчонка теперь будет постоянно рядом с ним, присматривать и присматриваться проще. Спокойно затащит её в госпиталь при храме Волпадеса и приглядит за всяким, кто покусится на её жизнь и разум. Арванский вопрос обострился, и сейчас ему нужен рядом тот, кто знает о Хоёторе не понаслышке. Лирка и её товарищи знали о Хоёторе больше, чем он сам в годы войны с северным соседом. Порой его покалывало подозрение, что женщина знала даже больше, чем показывала, но предпочитала из-за какой-то непонятной предосторожности молчать.

Может, чтобы не отвечать на вопрос, как она разжилась сведениями?

Её товарищи по отряду в большинстве своём наверняка бывшие бандиты, а такие не всегда подчиняются приказам… Хотя нет, нет… Риш не мог понять, откуда у него такая уверенность — не от дара даже, — но он чувствовал, что дело не в шилопопости друзей Лирки. Она и сама могла влезть по самые уши, никого не спросив, не предупредив и не рассказав потом о случившемся.

— Господин, — в кабинет заглянул Саврий, — здесь Ѝрен с докладом.

— Ему есть что доложить? — удивился Риш. — Пусть заходит.

Помощник посторонился, пропуская внутрь высокого, но тонкокостного оборотня с длинными спутанными волосами мышиного цвета. Вытянутое лицо мужчины с тонким длинноватым носом весьма смахивало на птичью морду.

— Что произошло? Девочка успела ещё во что-то влипнуть, пока меня не было?

— Не совсем, господин. У ворот её поджидала консери Ахиша Шиндый.

Риш откинулся на спинку кресла.

— Именно её?

— Да. Когда госпожа Лирка вышла за пределы дворца, служанка консери позвала её. И она пошла. У них был недолгий разговор в карете, я решил, что вам стоит знать. Из беседы я понял, что госпожа Лирка была женой сына консери и имеет от него ребёнка, — Ирен пронзительно посмотрел на хайнеса, ожидая удивления, но того новость не впечатлила, — и консери хочет признать внука. Госпоже Лирке это не понравилось, и она перешла к угрозам.

— И чем же достопочтенная консери угрожала?

Ирен удивлённо посмотрел на господина.

— Не консери, — поправил он. — Угрожала госпожа Лирка.

— О, — охраннику всё же удалось слегка удивить Сильнейшего.

— Она пообещала пойти по стопам старого консера Шереха Вотого. И звучала достаточно убедительно.

— Что она имела в виду, говоря про Шереха? — нахмурился Риш.

— Пообещала утопить род Шиндый в крови, если те всерьёз позарятся на её сына.

— Вот как? — Узээриш подозревал, что Лирка не остановится перед законом, если придётся отстаивать своего ребёнка. Но всё же было сложно представить, что же такого могла сказать молчаливая магичка, чтобы звучать убедительно. — Этот день сведёт меня с ума.

Лирка только-только устроилась в кресле, как в дверь постучали, и внутрь, не дожидаясь разрешения, вошёл господин Аризей. Женщина тут же подскочила, приветствуя нового начальника.

— Садись, — махнул на неё рукой глава личной охраны хайнеса.

Осмотревшись и так и не найдя гостевого стула, господин Аризей отодвинул стол и присел на столешницу. Окинул магичку оценивающим взглядом. Лирке бы смутиться, но во взгляде оборотня не было даже отблеска интереса, с каким мужчины смотрели на женщин.