Соседи принялись наперебой благодарить Григория Николаевича. Пообещали заглянуть ко всем заинтересованным лицам и передать добрую весть.

– И к Марье Кирилловне я непременно заскочу, – пообещал Кузякин. – Кирилл Петрович‑то, говорят, в отъезде, но хоть её порадую! Их‑то землям чаще всего достаётся, как мёдом этим мерзавцам там намазано. А уж как Марья Кирилловна услышит, что вы согласны ополчение возглавить, так перед этаким храбрецом ни за что не устоит!

Кузякин посмотрел на Зубова так выразительно, что я понял: вчерашнее несостоявшееся сватовство не секрет уже ни для кого.

Пока Николай Теодорович и Шамаханская провожали соседей, мы с Зубовым отнесли на кухню контрабандные продукты. По дороге встретили Федору Степановну и поделились с ней коварными планами. Экономка пришла в восторг. Пообещала, что кушанья приготовят как надо, уж за этим она проследит.

Препоручив таким образом дальнейшие хлопоты, мы с Зубовым притаились в беседке. Стратегически она оказалась чрезвычайно удобным объектом: все подступы просматриваются, незамеченным никто не подойдёт и подслушать нас не сможет. А за ажурными решётчатыми стенами и плетями дикого винограда со стороны вообще не видно, что внутри кто‑то есть.

– Ты заметил, как Шамаханская обрадовалась возможности отрядить тебя охотиться на разбойников? – спросил у Зубова я.

Он скривился.

– Заметил, как не заметить. Думает, небось, что мне там башку проломят – то‑то ей будет радости! Да только не на того напала. Неужто со мной какие‑то задрипанные деревенские разбойники сладить сумеют? Вспомни, как мы с тобой на Рождество банду брали, – ух! Только перья летели.

– Угу, – кивнул я. – Брали, было дело. Да только на Рождество я с тобой был, а теперь у меня эта пакость, – я кивнул на костыль. – По лесу лазить с ним не очень удобно. Сунетесь вы к разбойникам – а они вас магией! И что ты делать будешь?

– Ай, – Зубов отмахнулся. – Ну какая там у этой деревенщины магия? На один залп их, может, и хватит. А дальше, как увидят, кто против них вышел, – лапки кверху задерут и будут просить пощады. Мне бы волю – я бы этих, с позволения сказать, разбойников сам одной левой раскидал, никакое ополчение бы не понадобилось. – Он горделиво выпрямился и подкрутил ус.

– Ладно, – пряча улыбку, сказал я. – Но позволь мне хотя бы подождать тебя в автомобиле на дороге. Ты ведь после подвига уставший будешь. Неужто домой пешком идти?

– И то верно, – согласился Зубов.

На следующее утро, едва мы успели подняться, к дому начало подтягиваться «ополчение».

Состояло оно из таких же, как зубовский папаша, мелкопоместных дворян в возрасте от двадцати до пятидесяти лет. Некоторые привели с собой прислугу, мужиков покрепче. Вооружены ополченцы были в основном охотничьими ружьями, но присутствовали также два проржавевших насквозь кремнёвых пистолета и дуэльная рапира с потемневшей от времени рукоятью.

Украшением арсенала стала алебарда – навскидку бывшая в употреблении лет за двести до того, как на российский престол вступил Пётр Юрьевич Пожарский. Её, по всей видимости, перед выходом почистили и насадили на новое древко. Тащивший алебарду рослый мужик‑крестьянин поглядывал на оружие с опаской.

– Н‑да, – оглядев алебарду, пробормотал Зубов. Но тут же подбодрил держащего её мужика: – Доброе оружие! Грозное. Ты её, главное, держи покрепче. Не потеряй.

Карты уезда у зубовского папеньки, разумеется, не было, и ни у кого из соседей такой роскоши тоже не нашлось. Пришлось мне самому набрасывать схему на листе бумаги. Чтобы воевать с разбойниками, для начала следовало понять, где их искать. Мне не давала покоя мысль о том, что петуховские люди, прочесавшие, по словам соседей, весь уезд вдоль и поперёк, найти разбойничье логово не смогли.

Когда я поделился этой мыслью с Зубовым, он скривился.

– Ай, Миша, ну что там у Петухова за люди – егеря да крестьяне? Они, небось, толком и не ищут ничего, только видимость создают. Барину сказали, что пошли разбойников ловить, а сами в копну сена забрались да дрыхнут. Зато уж как разбойники появятся, они тут как тут – удаль свою показывать. Я петуховских мужиков знаю. На словах храбрецы, а на деле трусы да лентяи, лишний раз палец о палец не ударят.

На мой взгляд, всё было далеко не так просто, но спорить с Зубовым я не стал. С помощью соседей, обступивших стол, кое‑как набросал карту уезда и принялся выспрашивать, в каких местах видели разбойников. Эти места я отмечал на карте красным карандашом.

Результат превзошёл мои самые смелые ожидания. К тому моменту, как на условной карте появилась последняя красная точка, я мог уже с полной уверенностью указать наиболее вероятное место, где может находиться разбойничий лагерь.

– Вот здесь, – показал карандашом я. – В этом лесу. Петуховские люди там искали?

Ополченцы переглянулись.

– Да кто ж их знает.

– Ясно. Значит, тем более начинать следует отсюда. Выдвинетесь от дороги и будете прочёсывать лес.

– За мной! – воодушевлённо скомандовал Зубов.

Ополченцы дружно повалили к выходу из гостиной.

Во дворе люди расселись по каретам и бричкам, в которых приехали, мы с Зубовым подошли к автомобилю. И увидели, что на заднем сиденье спит Принцесса.

– Пуся, вылезай! – потребовал Зубов. – Мы едем воевать с разбойниками, тебе туда нельзя. Ты ещё маленькая.

Принцесса зевнула и отвернулась. Зубов беспомощно посмотрел на меня.

– Миша, скажи ей!

Я покачал головой.

– Нет, Гриша. Не буду я ничего говорить. Принцесса поедет с вами и, полагаю, сослужит хорошую службу. Пуся! Поможешь разбойников поймать?

Принцесса подняла лохматую голову и утвердительно гавкнула.

Пока мы добирались до места, я принял решение.

«Нет! Не отпущу я Зубова одного. Тоже пойду».

«С костылём наперевес – в атаку? – съязвил Захребетник. – Это сколько ж ты будешь ковылять?»

«Сколько надо, столько и буду. Даже если сильно отстану, всё равно в случае чего окажусь ближе, чем если на дороге останусь».

«Ох, Миша, – вздохнул Захребетник. – Как ты меня утомил!»

И в ту же секунду я почувствовал, что он исчез.

Через четверть часа мы прибыли на место, откуда я планировал начать операцию.

«Сиди в машине, – объявил появившийся вновь Захребетник. – Обещаю тебе, что от магии никто не пострадает».

«Ты уверен?»

«Абсолютно». – Захребетник гоготнул.

«То есть я ошибся, следов магии в лесу нет? Мы не туда приехали?»

«Этого я не сказал. Я сказал, что никто не пострадает».

И других комментариев я от ухмыляющегося Захребетника не добился. Впрочем, его слова меня успокоили. Если уж он говорит, что моя помощь не понадобится, – значит, не понадобится.

Я подозвал Принцессу и объяснил:

– Тебе нужно искать в лесу магию. Отведи Зубова туда, где её почуешь. И присмотри за ним заодно, чтобы глупостей не наделал, – понизив голос, добавил я. – Договорились?

Принцесса снова утвердительно гавкнула. В её глазах мелькнул знакомый зелёный огонёк.

– Ну, с Богом, – напутствовал я Зубова и команду.

Зубов воинственно взмахнул саблей и устремился к лесу. Принцесса в три прыжка его обогнала и побежала впереди. Следом спешили ополченцы. Мужик с алебардой взвалил оружие на плечо, как грабли.

Я покачал головой. Надо было всё‑таки отобрать от греха! Не дай бог, заденет кого‑нибудь.

Часы показывали десять утра.

Скоро солнце начнёт припекать, а сколько мне тут ждать – неизвестно. Отогнать бы машину куда‑нибудь в тенёк… Оглядевшись по сторонам, я высмотрел несколько близко подступивших к дороге деревьев. Прекрасно, вот в их тени и расположусь.