– Если не остановлю, ты развеешься в дым и больше уже никогда не восстанешь. Веди себя прилично, понял?

Он встряхнул ладонь – как отряхиваются от капель воды. Тайфун прекратил верчение и уже знакомым бесформенным сгустком плюхнулся на пол.

Восстановив части тела заново, призрак потряс головой с короной и посмотрел на Захребетника – как мне показалось, уже гораздо более внимательно.

– Это мой дворец, – снова заявил было он. Но намного тише и даже с некоторой опаской.

Захребетник поморщился.

– Слушай, не начинай! И поверь – чей это дворец, мне наплевать с высокой вышки, хоть вы тут все друг друга передушите. Давно ты пробудился?

Этот вопрос призрак то ли не понял, то ли не услышал.

– Порядка нет, – проворчал себе под нос он. – Нигде! Кругом бардак! Мебель переставляют. Вещи уносят. Ценности воруют. Печать украли прямо со стола! Где печать, а?

Он с подозрением уставился на Захребетника.

– Да на кой тебе печать? – усмехнулся тот. – Чтобы запрятал так, что вовсе не найти – так же, как корону каждый день в новое место перепрятывал, а потом забывал, куда?

– Не было такого! – Призрак топнул ногой. – Вздор! Клевета! Голову отрублю! Лазят кто попало, потом ничего найти нельзя! Диван стоял вот тут, итальянской работы, с золотыми подлокотниками, парчой обитый. Где диван, а?

– Ваше Величество, – попробовал воззвать к разуму призрака я. – Да тут у вас такая свалка, что не то что какой‑то диван – выхода и то не найдёшь.

Призрак меня будто и не услышал.

– А то ещё сваливают всякую дрянь, – продолжил ябедничать он. – Отвернуться не успеешь – они уж накидали! То пол мелом разрисуют, то свечей непотребных навтыкают. Намедни вовсе гляжу – на столе девка валяется. Слыханное ли дело, я вас спрашиваю, – на столах девок раскидывать?

– Так‑так, – встрепенулся я. – Что за девка? Где она?

– Где была, там уж нету, – проворчал призрак. – Нешто я такое терпеть стану? На столах положено кушанья подавать, а не всякий срам! Выкинул я её.

– То есть? – изумился я. – Что значит «выкинул»? Куда?

Призрак неопределённо махнул рукой.

– В речку.

– В речку? Что за речка?

Призрак ткнул пальцем себе под ноги.

– Там… В трубе.

– В трубе? Как это?

– Видимо, подземная, – догадался Захребетник, – та, которая питает пруд. При строительстве её убрали в трубу, чтобы вид не портить. А этот красавец каким‑то образом речку отыскал и мёртвую девчонку сбросил туда. Верно я говорю? – спросил он у призрака. – Так дело было?

– Сам, всё сам! – ворчливо подтвердил тот. – Прислуга совсем разбаловалась, никого не дозовёшься! Пришлось самому тащить. Всем этим лентяям головы отрублю! Все на плаху пойдут.

– Вот и отгадка, каким образом мёртвое тело оказалось в пруду, – пробормотал я. – Теперь всё сходится! Убили девушку где‑то здесь, в подвале. Он упомянул рисунки на полу и «непотребные» свечи – это место, где проводили ритуал! Камеристку убили и оставили там. Её никто не должен был найти и ещё долго бы не хватились, что она пропала, – официально‑то Надежду уволили, её ближайшая подруга и начальница были уверены, что девушка ушла. Идеальный план! Но злодей, проводивший ритуал, не учёл одну деталь. Высокая концентрация тёмной магии пробудила призрака. Если дворец стоит, как ты говоришь, в нехорошем месте, а он из царского рода, то есть кровно привязан к этому месту, да ещё и умер насильственной смертью, такое вполне могло случиться. Призрак пробудился, наткнулся на труп девушки и вытащил её отсюда.

«Гладко, – согласился Захребетник. – И впрямь всё сходится».

– Ну‑ка, отведи меня к месту ритуала, – потребовал у призрака он. – Мне нужно понять, что это было, прочувствовать магию. Если я на неё настроюсь, то и колдуна указать смогу.

– Отлично, – обрадовался я.

И уставился на призрака.

– Ходят, ходят, покою от них нет, – вместо того чтобы отвечать, снова тем же сварливым тоном завёл прежнюю песню он. – Шкатулка слоновой кости с инкрустацией перламутром и бирюзой, подарок индийского шаха – куда подевалась, спрашивается? Не знаешь? А я тебе скажу! Украли. Ничего без присмотра оставить нельзя.

– Место, где на полу меловые рисунки и свечи, – терпеливо пояснил я. – Где ты нашёл на столе девушку. Отведи меня туда.

– Занавесь бархатная цвета бордо с золотыми кистями, – угрюмо пробухтел призрак. – И та пропала! – Он развернулся и поплыл прочь.

– А ну, стой! – рявкнул Захребетник.

Он в несколько прыжков догнал призрака и остановился перед ним. Следующие битых полчаса мы наперебой пытались выяснить, откуда призрак утащил мёртвую девушку. Бесполезно. Довольно скоро стало ясно, что прапрадед государя над нами не издевается, суть вопросов до него действительно не доходит. То ли оттого, что при жизни был не особенно сообразительным, то ли смерть так повлияла – сложно сказать. Всё, что он может, – это ныть и проклинать воров и мерзавцев.

Я попробовал исследовать подвал самостоятельно, но быстро понял, что без хотя бы приблизительного плана на руках это занятие обречено на провал. В здешних катакомбах можно вечность блуждать и ничего не найти.

– Идём в Тайный приказ, – решил я. – Уж у них‑то должен быть план!

В этот раз Одоевского в кабинете якобы не оказалось. Его адъютант, мельком взглянув на меня, сообщил сквозь зубы, что их высокородие на докладе у государя и раньше завтрашнего полудня здесь не появятся.

«Врёт? – спросил у Захребетника я. – Одоевский специально приказал меня не пускать?»

«Да врёт, конечно».

Захребетник перехватил управление.

– Вот как? – фыркнул он. И прищурился, глядя на адъютанта. – Для того чтобы выслушать доклад, государь приходит сюда и сидит в кабинете его высокородия до завтрашнего полудня?

– С чего вы это взяли? – деланно удивился адъютант.

– С того, что его высокородие сейчас в кабинете. Я понимаю, что вы человек подневольный и на вопрос, исходящий от меня, вам приказано отвечать так, как ответили. Но прошу доложить его высокородию: мне известно, что он здесь, и во избежание конфузной ситуации я прошу принять меня незамедлительно. Если ворвусь в кабинет сам и увижу там того, кто, по вашему утверждению, отсутствует, получится некрасиво. В том, что я способен так поступить, сомнений у вас нет, полагаю?

Адъютант покраснел, вышел из‑за стола и скрылся за дверью.

«Сообразил, что Одоевский на месте, – похвалил меня Захребетник. – Молодец!»

«Ну а где ему быть? Не в самом же деле у государя с докладом. Время позднее, беспокоить Его Величество можно разве что при чрезвычайных ситуациях. А таковая случилась вчера. Новых, насколько понимаю, пока не возникало – иначе все носились бы как ужаленные».

Из кабинета вышел адъютант и буркнул:

– Его высокородие готовы вас принять.

Я вошёл. Одоевский сидел за столом и делал вид, что страшно занят.

– Если вы пришли обсуждать вопрос поставки на довольствие, то будьте любезны решать это со своим руководством, – проворчал он.

– О, не извольте беспокоиться, – усмехнулся я. – Этот вопрос я уже решил самостоятельно. А пришёл, чтобы доложить, что нащупал путь проведения расследования. Вы, насколько я понимаю, на этом пути пока не продвинулись?

Одоевский мрачно запыхтел.

– Что вам угодно?

– Мне угодно получить схему дворца. Конкретнее – его подвалов.

– Зачем? – насторожился Одоевский.

– Затем, что я уверен: убийство совершено там. И совершено оно с целью проведения ритуала. Это не обычное убийство. Вы своими глазами видели, что оно связано с тёмным колдовством. Если я найду место проведения ритуала, выйду на след колдуна.

– Вот оно что? – Одоевский хищно прищурился. – Убийство совершено в подвале? Вы уверены?

– Абсолютно.

– А почему в таком случае тело оказалось в пруду?

– Тело сбросили в подземную речку. Исходя из этого, я бы предположил, что место проведения ритуала находится недалеко от неё.