— О, здорово! Я слышала, мастер Дагрен замечательно там поработал.

Ранхаш замер, смотря на тёмно-синее платье Майяри, и, вспомнив кое-что, вернулся в гардеробную. Он уже давно не посещал этот дом, но кое-какие вещи здесь всё же хранились и господин Ириерс, здешний домоправитель, поддерживал их в порядке.

Свет упал на ряд вышитых Шидаем плащей и курток. Ранхаш даже на мгновение оторопел, а затем досадливо поморщился: и сюда добрался! Прихватив лёгкий плащ, он вернулся в спальню и набросил одежду на плечи Майяри. Та удивлённо посмотрела сперва на расшитые серебряными дубовыми листьями полы плаща, а потом на харена.

— Традиция Салеи. Равнинной части. На следующий день после свадьбы женщина надевает брачное одеяние мужа. Но вчера я был в этом, — Ранхаш кивнул на строгий, без вышивки чёрный кафтан с пыльными разводами.

Майяри молча сбросила с плеч плащ и с улыбкой вцепилась в кафтан.

— Я его почищу.

— Майяри…

— Всё равно никто не догадается, что я за тебя вышла, если надену эту красоту, — девушка со смешком посмотрела на плащ. — Ты в таком обычно не ходишь. А вот с этим сомнений никаких не будет. Остальные-то мужчины в расшитых ходят.

И едва ли не вприпрыжку направилась к купальням.

К дворцу они подъехали уже после полудня.

Приподнятое настроение Майяри не смог подпортить даже несколько унылый вид роскошного здания, повреждённую часть которого успешно скрывала распустившаяся весенняя зелень парка. Обычно оживлённый, шумный и торжественный, дворец казался странно пустым. По дорожкам не сновали слуги, не прогуливались придворные, не доносился из парка звонкий женский смех. Только часовые были на своих местах да слышались стук молоточков и тихие мужские голоса с той стороны, где здание ремонтировалось.

Холл встретил их гулкой пустотой. Ни единого звука, кроме эха их же шагов. Стража стояла неподвижно, провожая гостей тоскливыми взглядами.

Оживление появилось только ближе к входу в подземелья: стали попадаться спешащие мужчины, зазвучали приглушённые голоса и послышался грохот тяжело опускаемых предметов. Настоящая жизнь, похожая на прежнее дворцовое оживление, гудела уже в самих подземельях, будто бы все-все переместились с поверхности сюда.

Подземные коридоры, которые Майяри помнила ещё тихими и пустыми, были заполнены деревянными ящиками, бочками, бухтами верёвок и канатов и штабелями досок. Здесь как муравьи туда-сюда сновали оборотни, несущие на своих плечах строительные материалы вглубь подземелья и выносящие оттуда груды мусора. Отсыревшие стены отёрли от плесени многочисленные плечи, водянистую слизь на полах присыпали песком, а потолки кое-где подпёрли балками, чтоб уж точно не обвалились.

Девушка с интересом осматривалась. Если вход в подземелья успели завалить ящиками и бочками, то вход в Подземный город, наоборот, расчистили. Из всего города она видела один Зверинец, и сейчас её взгляду открывались совершенно новые коридоры и залы.

— Вот здесь находился артефакт, который едва не сжёг школу, — Ранхаш приоткрыл дверь — охрана косо посмотрела на него, — и девушка увидела тускло освещённую комнатку со свисающим с потолка шаром. Шар чернел пустотой и выглядел зловеще. — Весь зал был артефактом, а шар — накопителем. Сверху над нами как раз школа.

Майяри хотела пройти внутрь, но Ранхаш закрыл дверь и опять оттеснил её в коридор.

— Принцип работы неясен. Вдруг артефакт среагирует на первый подходящий накопитель.

Девушка не сразу сообразила, что под накопителем харен имел в виду её, а сообразив, развеселилась.

Ранхаш провёл её по лабиринту коридоров, и они неожиданно для Майяри вышли на площадку, с которой открывался пробирающий до мурашек вид на Подземный город.

Законники успели по-своему обжить его, и крыши домов вместе с тесными улочками заливал яркий свет фонарей. То тут, то там высились груды камней и досок, слышалась ругань, и даже Майяри чувствовала крепкий смоляной запах.

Большая стройка велась у одной из стен котлована, в котором лежал город. Её закладывали громадными каменными блоками, которые тут же расписывали знаками маги, а следом кладку поливали чем-то раскалённо-красным и остро пахнущим горячим железом.

— За стеной, — Ранхаш кивнул на место стройки, — плотина, сдерживающая подземную реку и поворачивающая её в сторону. Ты её видела, она течёт под каналом. Я сперва хотел взорвать плотину, но потом услышал, что в город привели тебя и господина Иерхарида.

Майяри содрогнулась, представив, как неукротимый поток сметает на своём пути все препятствия, выносит двери и, как кровь вены, заполняет коридоры. Толща земли над головой и под ногами и толща воды вокруг… Девушке стало очень и очень неуютно.

— Было решено приспособить подземелья под наши нужды, поэтому занялись укреплением плотины. Помимо коридоров, проложенных руками, здесь достаточно обширная система природных пещер.

С частью из них Майяри уже даже была знакома.

— Заговорщики просто обустраивали их под себя, облагораживая и подпирая балками.

В очередной раз накрыла оторопь от осознания грандиозности планов Дешия. И острое сожаление. Какой ум, какая целеустремлённость…

— Пойдём.

Ранхаш опять увёл её в коридоры. Они ненадолго зашли в Зверинец, который успели привести в относительный порядок, полюбовались пустыми клетками и ползающим по полу Йоном, который старательно перерисовывал знаки с пола в свою книжечку. На посетителей он даже не обратил внимания.

Перед следующей комнатой, в которую они решили зайти, стояла усиленная охрана. У харена даже спросили условную фразу, а Майяри смерили подозрительными взглядами.

За дверями скрывался просторный, но с низко висящими потолками зал. Примерно по центру стояли два каменных постамента, густо испещрённых каменной резьбой, между ними высился треножник, на котором мерцал мутно-белый огромный шар. Взгляд Майяри сразу притянулся к нему, и она едва успела остановиться. На полу сидел, раскорячившись, мастер Резвер. Босой оборотень, казалось, держал вес тела на одних только пальцах ног и едва ли не нюхал знаки под собой. Нечёсаные волосы скрепляла на затылке небрежным кулем то ли щепка, то ли осколок камня. Немного в стороне, тоже босой и с забранными волосами, сидел мастер Дагрен. Мужчины одновременно вскинули головы и недовольно посмотрели на гостей, но, увидев, кто пришёл, расплылись в хищных улыбках.

— Майяри… — прищурился защитник.

— Харен… — осклабился куратор.

— … у тебя же много сил… — начал мастер Дагрен.

— … мы отщипнём кусочек, чтобы проверить, как работает… — продолжил мастер Резвер, смотря на Ранхаша.

— … тебе даже худо не станет.

Ранхаш подавил соблазн поинтересоваться душевным здоровьем мастеров и просто ответил:

— Нет.

И пометил, что всё же нужно прислать сюда лекаря душ.

— Харен, ради благой цели, — попробовал надавить мастер Резвер. — Мы возьмём лишь капельку. Нам бы увидеть, как это работает.

— Вы видите, сколько здесь магии? — мастер Дагрен указал на шар. — Есть идея повернуть ритуал в обратную сторону. Не на изъятие, а на отдачу. Тогда можно было бы попробовать помочь тем, кого здесь до дна вычерпали.

— Они могут опять стать магами, если мы сообразим, как воспользоваться этой возможностью.

— Но сперва нужно понять изначальный принцип работы. И лучше не рисковать и взять того, кого вычерпать сложно, — защитник сияющими в полумраке глазами уставился на Майяри.

Девушка, сперва, как и харен, решившая, что мастера сбрендили, разгадывая головоломку от Дешия, заинтересовалась.

— Вам в помощь отрядили двух хаги, — мрачно напомнил Ранхаш о Брише и его брате Югеше, сосланных хайнесом сюда в качестве наказания.

— Посвящать в тайну двух мальчишек… — поморщился Резвер, осторожно перекатываясь с носка на пятку.

— Не посвящайте. Хайнес велел им исполнять всё, что прикажут.

— Ну, господин, — Дагрен фыркнул, — вряд ли они согласятся рискнуть своей шкурой, не зная, насколько можно нам доверять.