― Марина, я ничего не менял.

― Тогда потрудитесь сообщить, что произошло?! Я не давала согласия на изменение курса! Это отклонение от миссии!

― Во-первых, Марина, я не обязан перед тобой отчитываться, во-вторых, в качестве исключения, я всё же сообщу, что смена курса была автоматической. На этапе прокладки была допущена ошибка, обнаружив её искусственный интеллект автоматически вмешался в процесс и проложил оптимальный курс.

Она буквально побагровела на глазах.

― Если это всё ваши происки, из-за которых нам придётся вступить в открытое боевое столкновение с другим судном…

― Какие происки? О чём вообще речь? Искусственный интеллект самостоятельно меняет курс в условиях критической ситуации.

― Вы специально построили маршрут с ошибками!

― А вот это уже бездоказательное обвинение! Вы хотите сказать, что я как капитан исполняю свои обязанности халатно?!

― Нет! Вы сбились в коалицию с вашим вторым пилотом, чтобы игнорировать моё присутствие.

― Вы в курсе, что бездоказательные и безосновательные обвинения такого характера могут нас привести к спору вокруг 15-й статьи устава? ― вмешалась Кобра. ― Если у вас есть, что нам предъявить, готовьте соответствующее заявление в письменном виде и продублируйте его в Единую систему контроля галактических полётов. Иначе, без прямых доказательств нам не о чем разговаривать.

Я готов был поклясться, что у Марины из ушей пошёл пар. Она сверлила нас взглядом какое-то время.

― Я накладываю вето на то, чтобы мы вступали в любые контакты с конкурирующими судами, как-либо с ними взаимодействовали и вообще приближались к ним на минимальное расстояние опасного контактирования!

― Марина, ты хочешь, чтобы мы из-за твоего вето нарушили полётный устав? ― спрашиваю я. ― Любое судно, вооружённое любыми средствами поражения, рассматривается в свободном космическом пространстве, как потенциальный враг. И мы обязаны не только фиксировать его передвижение, отслеживать полёт, но и выйти на связь, установить намерения, а также составить карту оснащения судна, используя наши радары. При неминуемом столкновении, наша обязанность сделать всё возможное, чтобы обезвредить, отвлечь или договориться. Если мы это не сделаем, то Возрождение может подать на нас в суд. И я почему-то уверен, что корпорация выиграет это дело.

― Полётный устав распространяется только ближние рубежи! Дальний рубеж ― это дикий запад! ― прошипела Марина.

― Нет такого документа, который разграничивает космическое пространство на ближний и дальний рубежи. Правила для всех одинаковые. ― вставила Кобра.

― Может это и не прописано! Но на дальних рубежах есть негласные правила! ― продолжала говорить сквозь зубы Марина, понимая, что её аргументация не имеет веса.

― Вот когда найдёте соответствующий документ, представьте его нам, и мы уже обсудим, как действовать в сложившейся ситуации.

Марина не выдержала и резко покинула капитанский мостик, не проронив больше ни слова. Мы с Коброй дали друг другу громкое «пять», заставим звук от хлопка отражаться от пустых стен помещения ещё какое-то время, создавая подобие лёгкого звона.

― Отличная пятюня! ― возрадовался я.

― А то!

― Она хотела говорить с нами на языке бюрократии, она получила бюрократию.

― Рази врага его же оружием.

― Как думаешь, она сможет найти что-то, что позволит развязать ей руки?

― Мы сейчас оторваны от цивилизации, у неё есть только те данные, что подгружены на Гардиконе. Поэтому обновить нормативные акты не сможет. А даже если сможет, как ей должно повезти, чтобы выпустили новый нормативный акт, подходящий под нашу ситуацию?

― Тоже верно. ― радар засёк что-то. ― Ну-ка, что там у нас?

― Это он! ― ответила Кобра. ― Пройдём примерно в трёхстах тысячах километрах друг от друга.

― Совсем близко. Приступаем к выполнению уставных обязательств.

― Установление связи, сканирование и готовность к боевому столкновению?

― Именно.

― Тогда кто-то должен сесть в гиперджет и находиться в стадии готовности.

― Ты это сделаешь, когда мы приблизимся к Доминусу-553.

Она посмотрела на меня с удивлением и недоверием.

― Ты не давал мне оседлать гиперджет с момента, как он перешёл в твою собственность. ― прищурилась Кобра.

― Я слишком долго держал тебя вдали от твоего основного занятия. ― ответил я, переключив несколько тумблеров, открывающих стыковочный шлюз, к которому присоединён гиперджет. ― Ты не должна терять навыки. Поэтому сегодняшний полёт твой.

Она улыбнулась, её глаза засверкали.

― Переодевайся и синхронизируйся. Надеюсь, нам это всё не понадобится, но если понадобится, то ты знаешь, что делать.

― Конечно знаю.

На этом она сорвалась с места и отправилась выполнять мои распоряжения, чуть ли не подпрыгивая от радости. Я развернулся к приборной панели. За этот короткий промежуток времени мы получили практически все данные о корабле. Я был почти на сто процентов уверен, что это «Отчаянный» во главе с Каном Виттером.

Мне высветился номер борта, присвоенный на Гардиконе и верифицированный Возрождением. Триста двадцать пять.

― Борт, номер триста двадцать пять, с вами говорит капитан круизера Внезапный, Антей Керимов. Приём!

Тишина быстро прервалась.

― Капитан Керимов, а я уж думал, что вы сгинули на пятьсот пятьдесят втором.

― Для этого понадобится чуть больше, чем обычный электромагнитный пульсатор.

― Да не парься ты, это был небольшой розыгрыш. Так, чисто размяться. Хотели бы вступать в открытое боевое столкновение, снесли бы вашу посудину, улетая с планетоида.

― Не слишком ли много уверенности для человека, который даже не знает, с кем имеет дело?

― Антей, завязывай со своими намёками, Отчаянный будет покруче твоего Внезапного. Соревноваться с тобой для меня всё равно, что соревноваться в инвалидом.

Нет, ну он совсем охренел.

― Виттер, ты там совсем берега попутал?!

― Хорошо, что ты навёл справки, а то было как-то не по себе. Я знаю о тебе всё, а ты обо мне ― ничего.

― И в чём тогда твоя проблема? Мы друг о друге знаем, нам нечего делить. Планетоиды достаточно большие, чтобы не пришлось даже пересекаться.

― Ничего личного, Антей. Но Возрождение сокращает финансирование Бездны, поэтому останется лишь сильнейший. То задание, которое ты выполняешь, они поручили очень многим. Ведётся гонка. У нас аналогичное задание. Тот, кто привезёт быстрее, больше и качественнее, тот и победитель. Остальные за бортом. Не обессудь.

― То есть, ты мне сейчас хочешь сказать, что если мы вернёмся на Гардикон позже вас, то они у нас не выкупят данные?

― Как ты вообще выжил в Бездне, не понимаю? Задаёшь вопросы, будто вчера родился.

Но мне было достаточно этой информации, и я отключил связь, переключившись на канал с Коброй.

― Кобра, как слышно?

― Скользящий, слышно хорошо.

― Статус боевой готовности?

― Полная боевая готовность, идеальная синхронизация.

В дверь начала лупить Марина. Но я её игнорировал.

― Как только сбавим скорость с внутрисистемной до орбитальной, будь готова к вылету.

― Какова боевая задача?

― Разнести к всё навесное оборудование «Отчаянного» в том числе и сканеры.

― Сделаем.

Я нагнетаю скорость, чтобы догнать «Отчаянный». Скоро будет потеха.

* * * * *

В непосредственной близости мы оказались возле Доминуса-553, который представлял собой чёрную планету со множеством кристально белых облаков. Андрей сообщил, что атмосфера планетоида состояла из азота и водорода.

― Экипаж «Внезапного», немедленно займите безопасное положение и пристегнитесь. Наш корабль в ближайшее время может начать боевое маневрирование.

Марина оказалась на капитанском мостике чуть ли не через секунду, она орала, грозилась исками, сказала, что мне больше не видать ни одного контракта с Возрождением.

Я даже думал, что в один момент эта девчонка мне отвесит оплеуху. Мда, это точно не моя бывшая, либо очень озлобленная бывшая… Когда мы расставались, я отчётливо помню, что она мне желала удачи и всех благ. Отпускать не хотела, но выбора не было.