Лирка хорошо понимала, что именно его интересует.

— Им сложно нанести урон. Даже хриппуты не справляются.

Звери отчаянно рвались из окружения. Внутри Лирки шевельнулась жалость. Но тут же всплыло воспоминание об увиденной в поселении нота-са хриппуте и её трапезе. Эти звери мало похожи на искалеченную хриппуту, найденную в доме Рышныев. Воспитанные в злобе и вскормленные на плоти на других хоёторцев, они бы с таким же удовольствием отведали и их плоти.

— Хрибный, — мрачно выругалась стоящая позади Майяри.

Она мрачно и упрямо смотрела вперёд и, судя по дёргающимся пальцам, пыталась использовать свои силы.

— Тяжко идёт, — недовольно поморщилась она, когда под одной из зверюг всё же проломилась земля.

— Не ушёл, значит, — задумчиво протянул Иррес. — Смелее стал…

Ещё три хриппуты пали. Оставшиеся наконец прониклись настоящим страхом перед неведомым хищников и, развернувшись, бросились бежать к Лесу.

— Сбегают, — доложила Лирка.

И Риш тут же приподнял повязку.

— Не преследовать, — велел он АрСиду, и мертвецы сразу же остановились.

Вопящие хриппуты продолжались нестись к Лесу, сотрясая землю топотом и воздух — криками. Хоёторцы разбегались с их пути, кто-то не успевал и падал наземь в страшных корчах.

Враг был в ужасе перед мёртвым войском. Не воспользоваться этим было нельзя.

— Идём в наступление, — решил Риш.

Казар, которому отдали командный флаг, тут же вскинул его. Алое полотнище полыхнуло языком огня. Всё салейское войско пришло в движение.

— Разворот! Берём под контроль своих товарищей! — распорядился Риш, и его наскоро сформированный батальон пришёл в движение.

Живые без всякого порядка побежали вперёд, спеша догнать мёртвых. Другие войсковые части двинулись следом почти сплошной линией. Отступившие было хоёторцы замедлились и, казалось бы, необратимое паническое бегство прекратилось. Они вновь развернулись лицом к врагу и с криками бросились в атаку. Два войска схлестнулись.

— Не встревай, — сразу же велел Риш Лирке.

Они шли в самом хвосте батальона Павших вместе с вампиром и его охранниками.

Салейцы яростно теснили врага и уже топтались по хоёторской земле. Запах крови усилился в десятки раз. Вой, вопли, крики, звон оружия, визги перепуганных хриппут и рыки драконов. В какой-то момент Лирка перестала воспринимать цвета, и мир стал трёхцветным: чёрно-белым с росчерками крови.

Мёртвые были сильнее и быстрее живых. Они вклинивались во вражеское войско и быстро уходили вперёд в компании своих живых сопровождающих. Приходилось постоянно их придерживать, чтобы они не ушли слишком далеко и не оказались отрезаны от остального войска.

Враг докатился и до них. Первым из охранников взвился Машей. Подпрыгнул в воздух и приземлился на корточки прямо на плечи выскочившего на них хоёторца. Тот испуганно выпучил глаза, вздрогнул, а в следующий миг Машей почти ласково взял его за подбородок и с хрустом вывернул голову слишком сильно влево. Хоёторец ещё упасть не успел, как мёртвый с его плеч вновь взвился в воздух и в прыжке отсёк голову второму противнику. Идущий перед вампиром охранник — плотного телосложения оборотень, бывший при жизни довольно молодым и рыжим, — кулаком свернул противнику челюсть и ударил навершием меча в грудь так сильно, что та хрустнула и враг рухнул на землю, силясь вдохнуть воздух.

Иррес рвал врагов зубами и когтями и успевал обкладывать врага самой непотребной бранью. Лирка пристроилась за спиной хайнеса, оберегая его драгоценную жизнь, а Риш следил, чтобы никто не мог подобраться ни к его невесте, ни к вампиру. Яркая госпожа Ярвиделла дралась с оборотнями-хоёторцами на равных, почти не уступая им в силе и порой превосходя в сноровке. Мастера Дагрена оттеснили немного в сторону, и теперь он пытался добраться до жены.

Не сражалась только Майяри. Окружённая щитами и под присмотром бдительного Казара, она неторопливо шла среди сражающихся и будто прислушивалась к чему-то, ведомому лишь ей одной.

Вдруг землю сотряс глубинный толчок. В глазах Майяри появилось мрачное торжество.

— А не всё прикрыл-то… — пропела она и закричала: — Госпожа Ярвиделла! Ниже пятидесяти саженей сила есть.

Та приняла на древко алебарды меч противника, пнула хоёторца ногой в грудь, отбрасывая, и на мгновение замерла так, словно тоже прислушивалась.

Торжествующая усмешка искривила её губы. Землю опять будто толкнули изнутри.

— Стой! Останови его! — зарычал Риш, и Лирка резко обернулась.

Мёртвый шёл в атаку на салейского воина. Тот испуганно отступал и даже меч опустил. Вампир посмотрел в указанную сторону, и его воин отвернулся и оставил перепуганного служивого в покое. Лирка быстро осмотрелась и увидела на земле убитого смотрящего.

Земля под ногами в очередной раз задрожала, но в этот раз так, что Лирка даже пошатнулась.

— Держитесь! — крикнула Майяри. — Госпожа Ярвиделла, к Лесу ближе!

Оглушающий треск перекрыл все звуки, Лирка всё же рухнула наземь, а сверху её накрыл Иррес.

— Сейчас мы им карьер устроим… — бормотала под нос Майяри.

Разъярённый вопль вознёсся к небу. Господин вновь гневался. Лирка поспешила выползти из-под Ирреса, но он мордой опять запихал её под себя.

— Сиди тут, пока трясти не перестанет! Чего они задумали? Горы решили проложить прямо перед Лесом?

— Не, шкура! — Майяри услышала его. — Пропасть. Будьте готовы, сейчас на нас попрут. Больше идти им некуда.

Перед Лесом появилась огромная полупрозрачная фигура Двуликого. В этот раз обе половины его лица были искривлены. Одна безумным бешенством, а вторая просто злобой. Движения мёртвых почему-то вдруг замедлились, как если бы воздух вокруг них загустел. Но все остальные двигались вполне свободно.

— А-а-а! — с неожиданным пониманием и злобой протянул Иррес. — Так это не Аллилье, а это сука Идоара! Она тут ограничения ставит. Как же я забыл, что это она у нас всеми силами управляет… Ах, тварь! Ну ничего, — дух вдруг захохотал. Лирка даже на мгновение испугалась, что безумие вернулось к нему. — С моими силами ты ничего не сделаешь, дрянь!

АрСид медленно повернул голову, будто осматривая своё войско. Голубоватое свечение вокруг него усилилось, стало ещё более явным, плотным. А затем ярко вспыхнуло, и на секунду показалось, что от вампира в разные стороны тянутся сотни голубых нитей. И свет полыхнул от мёртвых. Даже почудилось, что лица их стали более… живыми. Но лишь почудилось. Волна света туманом хлынула по земле в сторону Леса, вызывая панические вопли на стороне врага и заставляя салейских воинов шарахаться. И мёртвые вновь стали быстрыми и сильными.

А рядом с полупрозрачной фигурой Двуликого начала вырисовываться ещё одна. Чуть более тонкая, гибкая, неявно, но всё же больше женская, чем мужская. Выбравшаяся из-под Ирреса Лирка уставилась появившегося Господина… или Госпожу, но рассмотреть лицо так и не удалось. Его черты плыли и казались туманными.

— Идоара, — Иррес неприязненно оскалился.

— Жрец! — закричали впереди.

— Тёмные! Майяри! — Лирка рванула вслед за ушедшей вперёд подругой, но не успела и пары шагов сделать, как её схватила за шиворот ледяная рука Машея. Мёртвый отшвырнул её себе за спину и опять ринулся в бой.

— Ладно, он мне тоже нравится, — оценил Иррес.

— Там Майяри!

— Сочувствую жрецу!

Но с сочувствием он поторопился. Ограниченная в своих силах Майяри оказалась не готова к тому, что местные жрецы используют забытые в Салее заклятия и печати. Уже знакомый Лирке шаман — точнее, теперь, видимо, жрец — стоял, окружённый разбросанными телами. Магией от него не просто тянуло — несло. Даже воздух подрагивал маревом. Невидимый удар пришёлся в Майярины щиты, но был такой силы, что женщину отбросило назад, и она, зацепившись ногой за лозу Рыболова, рухнула на спину. А вот щит Казара как в землю врос, и хаггарес среагировал мгновенно, нарисовав печать в воздухе и отправив её в сторону жреца. Тот отбил её небрежным взмахом ладони, но не понял, что перед ним не маг, и печать впиявилась в его левую руку. Та вмиг отнялась и повисла плетью.