Переживёт как-нибудь.

Собственно, злил её даже не сам бал, а воцарившаяся из-за него суматоха. Когда на следующий день после получения приглашения госпожа Пандар ранним утром — восток только-только посветлел — вывезла её из дворца в город к портному, Лирка не могла сдержать недоумения. Доблестный служитель иглы и нитки выглядел очень усталым, а его помощники едва находили в себе силы улыбаться: предстоящее торжество выпило силы и у них. Но всё же можно было сказать по их внешнему виду и по обстановке самой мастерской, что заведение не самое дешёвое.

— Распоряжение хайнеса, — госпожа Пандар невозмутимо вынула трубку изо рта и выдохнула густой дым. — Так как тебя туда зовут по работе, то экипировку оплачивает наниматель.

Лирка раздражённо фыркнула. Интересно, хоть кто-то останется в неведении относительно истинной причины её присутствия на балу? С такой-то «секретностью»! Она-то надеялась на непримечательное платье, которое не привлечёт к ней особое внимание гостей. Но разве можно надеяться, что госпожа Пандар, вооружённая наставлениями хайнеса, позволит ей остаться незаметной?

«Поверь, затмить кого-то у тебя вряд ли выйдет, — постарался утешить её господин Наэш. — К балам во дворце хайнеса начинают готовиться за несколько месяцев. Начинали бы и раньше, но мода на наряды проходит слишком быстро. За пару дней даже сиятельная госпожа Пандар не найдёт портного, у которого бы сохранились силы и вдохновение, чтобы сотворить что-то невероятное».

Иррес заворчал нечто невразумительное. Дух любил быть первым во всём. Состязаться в роскошности дамского наряда ему, с одной стороны, совсем не хотелось, но и оказаться среди неприметных неудачниц тоже.

Собственно, визит к портному Лирку не очень-то напряг. Они съездили-то один раз. Не напрягло её и разучивание танца. Та же тренировка, только несколько бессмысленная на её взгляд. Но настроение после плавного кружения по залу в компании учителя танцев — очень приятного и весьма деликатного немолодого оборотня — почему-то улучшалось. Учитель хвалил её самым лестным образом, явно завышая успехи, но в целом Лирка не чувствовала сложностей в осваивании танцевальных па. Её тело привыкло к постоянным тренировкам, а служба соглядатая требовала плавности, гибкости и умения двигаться осторожно, вкрадчиво, словно земля вокруг усыпана яичной скорлупой. В танце требовалось запомнить только последовательность движений, которых было не очень много и они повторялись друг за другом. Госпожа Пандар заявила, что душевности Лиркиному танцу не хватает, но на то нужно больше практики, чтобы думать о душе, а не о движениях.

Так что ни пошив наряда, ни разучивание танца не принесли особого беспокойства.

Беспокойство и раздражение приносили окружающие.

Лирка была готова убить того, кто донёс её семейству о предстоящем торжестве, но опасалась, что тогда её казнят за убийство самого хайнеса. Нарий развил бурную деятельность и заявил, что сопровождающим будет он, чем привёл сестру в замешательство и смущение. Она-то думала, что сопровождать её будет госпожа Пандар. Но та неожиданно поддержала Нария, сказав, что как компаньонка она будет дожидаться её в обществе других компаньонок. И даже сходила и изучила гостиную, в которой соберётся стайка сопроводительниц.

«Скорее уж серпентарий», — вздохнул господин Наэш.

Лирка удивилась. Такую характеристику она была готова ожидать от Ирреса, а не от бывшего хайрена.

«Почти каждая из них мечтает отдать свою подопечную замуж самым достойным и выгодным образом, — пояснил господин Наэш. — Так что это будет встреча самых ярых соперниц».

Теперь госпожа Пандар в Лиркиных глазах была данетием, который с вершины холма изучал расположение вражеского войска и продумывал стратегию дальнейшего боя. Она ей что, жениха искать собралась? Здесь? Среди высокородных? Аппетитов компаньонки Лирка не разделяла. Но против не высказывалась, притворяясь, что ничего не замечает, а сама запоминала каждое распоряжение госпожи Пандар в надежде, что в будущем это поможет избежать расставленной ловушки. Ну и удружила ей Майяри!

В общем, Лирка не разделяла эмоции окружающих в отношении бала и сама ожидала его как необходимость, тяжёлую рабочую обязанность.

В день бала Лирку выдернули прямо с танцевальных занятий на примерку привезённого платья. Примерка — весьма громко сказано! Платье дошивали прямо на ней. Магичка была так обескуражена суетящимися вокруг неё портными, что совершенно потерялась в ощущениях. Даже Иррес не нашёлся с комментариями, закруженный и замороченный. Островком спокойствия была только непоколебимая госпожа Пандар, благодаря которой всю комнату заволок табачный дым.

Когда платье с Лирки стащили, в неё тут же вцепились горничные. Увидев груду нижнего белья, магичка воспротивилась:

— Я не могу это надеть! Если мне потребуется вмешаться как магу, будет не до приличий. Мне из-под подола кружевами щеголять?

— А что, приличнее штанами? — сурово свела брови компаньонка. — Чтобы говорили, что у рода Шхаелый нет денег на приличное бельё для даны?

Этот бой Лирка проиграла. Не смогла подобрать слова для отпора и сдалась на милость служанок, которые отчего-то смущённо посматривали на её крепкое тело и хорошо прорисованные мышцы живота. Ей было невдомёк, что подобные тела дворцовым служанкам доводилось видеть только в окна и украдкой, когда распалённые тренировками стражники рубахи сбрасывали. Ещё и Иррес, взбудораженный нежными женскими прикосновениями, бросал горячие взгляды, пусть и сдобренные знатной порцией Лиркиного раздражения.

Большего неудобства она не чувствовала, даже когда её Викан рядил для задания. Да и там ей всего-то нужно было сыграть чужую роль, а здесь представить себя как дану Лиркаа Шхаелый.

Ханён, который полностью разделял мамино нежелание идти в платье — что может быть шикарнее мундира? — вёл себя очень тихо с самого момента примерки недоделанного наряда. Он просто молча смотрел во все глаза на маму, а потом, когда её разоблачили, остался наблюдать, как платье дошивают на подставке. Выглядел он зачарованным, и госпожа Пандар посматривала на него с понимающей ухмылкой.

Ужас сколько времени требуется на подготовку к балу! Лирка бы ни за что не повторила этот опыт. Пока платье дошивали, горничные вместе с госпожой Пандар перебрали кучу белья, отобрав наконец то, что на их взгляд подходило Лирке больше всего. Лирка же больше всего хотела этими тряпками камин растопить. Она успела пообедать, выгнать любопытного Мхяна, что-то более-менее сдержанно ответить посыльному от Майяри и уже не столь сдержанно — но она старалась — посыльному от Мадиша. На её взгляд, друзья слишком уж переживали, она не в Хоёторский Лес собралась, хотя с удовольствием отправилась бы именно туда, а не на этот проклятый бал.

«Эй, там бывает весело! — попытался успокоить её Иррес. Дух терпеть не мог, когда кто-то кроме него долго пребывал в дурном настроении. — Наэш, подтверди».

Господин Наэш молчал. Ему балы редко приносили удовольствие. Будучи сыном хайнеса, он всегда ощущал себя дичью под восхищёнными взглядами молодых оборотниц.

Уже ближе к вечеру Лирку наконец облачили в наряд. Утомлённые портные осматривали её лихорадочными взглядами и, пока горничные причёсывали её и слегка красили, подправляли что-то то там, то сям, из-за чего у магички появилось стойкое ощущение, что в платье её зашивают.

И вот наступил момент, когда к ней наконец поднесли зеркало. До этого она могла оценить только цвет — тёмно-синий, столь глубокий, что ещё на пару оттенков темнее, и это был бы вдовий чёрный цвет. Левая бровь Лирки невольно дёрнулась.

— Измышлять особо времени не было, так что у Викана совет спросила, — оправдала её подозрения госпожа Пандар. — Зато как ты хотела. Всё закрыто!

Первая мысль — если на балу будет кто-то, кто видел её в образе куртизанки при попытке поймать хоёторцев, он обязательно её узнает. Декольте у платья не было. Узкий ворот проходил прямо над ключицами, а от него ткань собиралась аккуратными складками, которые кокетливо расходились при каждом вздохе на ложбинке между грудями, приоткрывая вид на татуировку-печать, которая не так давно ещё служила для изменения запаха. Лирка в ужасе уставилась на эту прорезь.