Та изумлённо распахнула глаза.

— Хочешь отказаться?

Женщина поспешила отрицательно замотать головой, а то вообще передумает давать имя.

— Наследником семьи назначим… — Узээриш задумчиво взглянул на вздрогнувшего Мхяна и опять ехидно посмотрел на Лирку. — Мелкого назначу. Так… Главой семьи обязуется быть Лирка́а… Так благозвучнее, так что привыкай.…Лиркаа Шхаелый, а её преемником становится Ханён Шхаелый. В семью входят Хабдир Шхаелый, Онт Шхаелый, Ёрих Шхаелый…

Лирка почувствовала, как на глазах неудержимо выступают слёзы. Воздуха не хватало от избытка чувств.

У них есть имя.

— … Сендар Шхаелый, Вехна Шхаелый…

Подбородок стоящего рядом Исешки задрожал, Мхян смотрел прямо перед собой пустыми, ничего не понимающими глазами.

— … Леший Шхаелый…

Названый не выдержал и опустил голову, закусывая губы до крови.

— … Исешка Шхаелый…

Тот порывисто схватил брата за руку и сжал до побелевших костяшек.

— … Мхян Шхаелый…

Парень очнулся и судорожно осмотрелся, будто не понимал, где находится, а затем, как маленький мальчик, вцепился в ладонь Лирки и всхлипнул, стыдливо отводя глаза.

— … и… допиши Нария Шхаелыя и пусть отказ от прежнего имени оформит, — хайнес вернул бювар Саврию и вновь посмотрел на собравшихся оборотней.

Радостно глаза блестели только у Нария. Остальные же дрожащими пальцами потирали уголки глаз, стыдясь накативших слезливых чувств, стискивали кулаки и украдкой посматривали друг на друга. Виларий, сжав громадные ручища, жевал усы и смотрел перед собой не верящим взглядом.

Саврий вернул бювар хайнесу, и тот пробежался по написанному глазами.

— Так, Нарий Шхаелый… сегодняшняя дата и моя подпись, — но за пером, чтобы расписаться, не потянулся.

И Лирка, столкнувшись с его хитрым взглядом, внезапно поняла, что он всё решил ещё до встречи с ними. И ощутила волну жгучей благодарности.

— А теперь каждый подходит и расписывается, после чего ваш первый семейный документ окажется в руках главы семьи.

— Господин Хабдир, господин Нарий, прошу подойти ко мне для написания обязательства и отказа, — позвал Саврий.

— Нарий! Нарий! — опомнившиеся Леший и Исешка бросились к нему. — Подпись… нам…

— Эй, я первый! — потеснил их Ёрих. — Я хотя бы имя писать умею.

После зачтения документа Лирка на какой-то миг выпала из реальности. Она продолжала широко раскрытыми глазами смотреть на лукаво улыбающегося хайнеса и… Сердце сладко билось. Опомнилась она, когда Саврий положил раскрытый бювар на столик и поставил рядом чернильницу с перьями. Одно перо тут же взял Нарий и принялся что-то старательно выписывать на ладони Ёриха.

— Для подписи полное имя рода писать необязательно, — просвещал вредитель. — Напиши своё имя и первую букву рода. Вот так. Справишься?

Ёрих неловко замял в руках перо, нерешительно посмотрел на раскрытый бювар, а затем на Лирку. Та сообразила, что ей следовало бы как главе рода подать пример, и, схватив Мхяна за руку, пошла к столу.

Указ о дарении имени поразил её своей красотой. Да, красота — первое, о чём подумала Лирка. Большие чёткие буквы, плавные линии завитков-хвостов, размашистая и запутанная подпись хайнеса, красный оттиск печати правящего рода и аккуратный список имён на нижней правой половине документа с пустыми линиями на левой. Для подписей членов новоявленной семьи.

Лирка взяла в руку перо, осторожно обмакнула его в чернильницу, сняла излишки чернил и неторопливо, чётко и аккуратно вывела:

Лиркаа Шхаелый

И ниже за Ханёна:

Ханён Шхаелый

На миг она пожалела, что сейчас, именно сейчас Иррес и господин Наэш не могут разделить с ней момент торжества. Но ничего, ничего. Они порадуются позже. Когда она сама сможет в полной мере оценить столь долгожданную радость.

Она отступила, давая место нервничающему Ёриху. Тот вполне бодро вывел собственное имя, а уже к нему прилепил первую букву имени рода. «Ш» пугливо жалась к «х», топырилась в разные стороны и тяжело провисала вниз.

Мхяна пришлось подпихнуть. Обычно наглый парень стеснительно упирался и, оказавшись всё же перед документом, замер, с ужасом смотря на Ёриха.

— Ну чего ты? — подбодрил вредитель. — Пиши. Ты ж грамотный.

Рука Мхяна нещадно дрожала, и его подпись выглядела так, словно её, бедную, колотила лихорадка.

— Ты мне полное, полное пиши! — горячечно шептал Исешка.

— Ты короткое-то писать не умеешь! — сердился Нарий, но послушно чертил буквы на протянутой ладони.

Следующими подошли Сендар, Онт и Вехна. Они мялись, уступая друг другу право расписаться вперёд остальных, и в конце концов как старший пошёл Онт. Сразу за ними подошли встревоженные братья, за спиной которых Нарий раздавал наставления:

— Чернил много на перо не берите, а то заляпаете весь документ.

Они чертили имена долго и сосредоточенно, сверяя написанное с буквами на ладонях. Когда они закончили, виларий Хабдир отдал лист с обязательством Саврию и неуверенно подступил к столу. Подумал, помял перо, а затем быстро и решительно твёрдой рукой вывел на бумаге новое имя.

Нарий задержался. Написав отказ, он получил от помощника хайнеса второй лист.

— Один в архив, второй направим вашей прежней семье.

Злорадно хмыкнув, Нарий написал ещё один отказ и только после этого подошёл к столу и оценил написанное: ровные и аккуратные буквы Лирки, твёрдый, немного квадратный почерк Хабдира, залихватское имя Ёриха и пугливо жмущуюся к нему букву рода, болезненную подпись Мхяна, разной степени корявости росписи Онта, Сендара и Вехны и похожие на плетни длиннющие имена Лешия и Исешки. У последнего в конце всё же стояла крохотная клякса. Улыбнувшись, Нарий быстро расписался. С завитушками, хвостами и разными закорючками, будто всю жизнь только именем Шхаелый и подписывался.

— Теперь пусть высохнет… — не успел хайнес договорить, как Лирка вывела поверх листа пальцем символ, и от нагревшегося указа вверх потянулась едва видимая дымка.

Не решаясь забрать документ, женщина вопросительно посмотрела на Сильнейшего. Тот милостиво качнул головой и торжественно заявил:

— Теперь это ваша ответственность, дана Лиркаа.

Лирка трепетно прижимала к груди бювар с документом и уже немного раздражённо отбивалась от мужчин, которые лезли в очередной раз посмотреть на указ и собственные подписи. Страх, неверие, что они действительно получили имя, прошли, и теперь все пылали нездоровым энтузиазмом и никак не могли продвинуться дальше холла. Стража уже подозрительно на них посматривала.

— Самое сложное позади, — глаза Нария горели, и он, испытав прилив сил, продумывал дальнейшие действия. — Имя у нас есть. Но семья мы бедная. Нужно сколачивать состояние.

— Сперва давай отпразднуем, — Ёрих широко лыбился.

— Хабдир, — Нарий склонился к виларию и, понизив голос, спросил: — Ты же не прописывал, сколько там… — вредитель приподнял брови.

— Ни монетки не дам! — возмутился виларий. — Раз уговорились, то всё в государственную казну. Ишь чего выдумал!

— Деда, нам что, теперь жалованье по имени рода будут платить? — спрашивал Мхян у Онта. Парень так и не пришёл в себя окончательно и интересовался всякими глупостями, но на него никто не злился.

— Ага, — отозвался Онт. — Штрафы тоже на имя рода записывать.

— А вы заметили, что нам за дракона высчитывать перестали? — свистящим шёпотом спросил Ёрих.

— Цыц ты! — набросился на него Нарий. — Чего поминаешь? И так денег нет!

«А ещё меня сумасшедшим называют», — посмеивался Иррес.

— Хватит здесь толпиться, — поторопила их Лирка, — пошлите наружу.

— Сейчас как отпразднуем… — начал было Исешка, но женщина на него так глянула, что оборотень отшатнулся и столкнулся с проходящей мимо служанкой.

Миловидная девушка вскрикнула и полетела на пол, выпуская из рук охапку цветов. Те разлетелись, и охнувший Исешка поспешил с извинениями помочь всё собрать.