— Чтобы я не видел рядом с тобой Гайлиса. А Хааса я просто убью, — вызверился Самал, начиная меня раздевать.

Только на простое раздевание это было совсем не похоже. Платье затрещало по швам, и меня просто-напросто вытряхнули из него.

— Стой! — воскликнула я, когда он кинул меня на кровать. — Остановись!

Но он совершенно ничего не слышал. Озверевшими глазами смотрел на меня, срывая с себя рубашку. Затем подошел и, схватив за ногу, снял туфлю, затем вторую. Может, такая страсть кого-то и возбуждает, но не меня. Я боялась. Мне было очень страшно. Мне всегда казалось, что когда он в таком состоянии — когда-нибудь не сдержится и ударит меня. Я прекрасно помню, как получала в детстве от кого ни попадя: то от женщины, которую раньше считала своей матерью, то от мальчишек, то от продавцов, но там хоть было за дело. Я воровала у них еду. А сейчас я боялась попасть под раздачу от бушующей магии в собственноручно созданном для меня Щите. «Пусть он выпустит пар на мне, чем пойдет убивать Тэуна», — решила я, позволяя срывать с меня нижнее бельё.

Когда Самал вроде бы успокоился, он даже не извинился. Поцеловал оставленные им синяки от грубых прикосновений, оделся и ушёл. Как мне теперь с Омидом попасть к Зелёному Камню? Вот что значит расслабилась и перестала следить за языком! Поднявшись с подушки, я села и обняла колени. С горьким вздохом я подумала: «Ладно, уж как-нибудь в Ягватскую империю попадём, а вот как мне усыпить Эдана, чтобы не встречаться с Онгоном?»

— Можно войти? — услышала я голос Джини.

Мне не нужно было ничего отвечать, потому что она и так знала, о чём я думала. Дверь открылась, и дроу торопливо приблизилась ко мне. Села на край кровати и уставилась на меня.

— Ты почему не дала ему отпор? Он твой Щит. Он слуга! Он должен тебе подчиняться. На полу должен ползать по твоему только хотению… Это всё твои детские страхи. Хочешь, я заблокирую эти воспоминания? — спросила она, оглядывая моё тело. У меня сейчас не было сил ни физических, ни моральных даже прикрыться.

— Не надо. Я скоро уйду отсюда… Попроси Саргона ускорить коронацию.

— Да он готов хоть сейчас. Ты знаешь его методы. Выкосит весь дворец, и заходи, живи на здоровье, — усмехнулась она.

Я поёжилась, вспомнив кучи растерзанных тел в Обители.

— Что у тебя с огневиком? — вдруг спросила она, и я напряглась от неожиданного вопроса.

— С каким? — уточнила я.

— Даже так? А что, ещё какой-то есть? Ты для меня сейчас закрытая книга. Я не смогла прочесть твои мысли, но он на тебя так смотрел…

— А как ты сейчас поняла, что было у меня с Самалом, если говоришь, что не можешь прочесть меня? — перебила я её.

— В такие моменты твой страх рушит защиту. И вот эта штука подсказала мне, что тебе больно, — помахала она рукой с моей меткой.

— Другие тоже это почувствовали? — испугалась я.

— Вряд ли. Среди них нет мага разума. Мы с тобой теперь в одной шкуре. Ты это ещё не поняла? Так что там у тебя с этим огненным красавчиком?

— Ничего. У него прекрасная жена, и я собираюсь лишить его печати.

— А чего же он не взял с собой жену, раз она такая прекрасная? — съехидничала дроу, укладываясь на живот.

Под подбородок она подложила руки и явно ждёт от меня каких-то откровений.

— Я думала, что ты обо мне уже давно всё знаешь. В голове моей ты как у себя дома была несколько месяцев.

— Мне больше делать нечего, как всю твою жизнь пересматривать. Не хочешь — не говори, но архимаг, похоже, исполняет свою угрозу. Сейчас Саргон сказал мне, что на городском полигоне кто-то резвится.

Я тут же подскочила и побежала к шкафу. Хватая без разбора одежду, я принялась одеваться, как вдруг рядом со мной появилась дроу и прикоснулась ладошками к моим щекам. Уставилась своими красными глазами в мои и, прикоснувшись лбом к моему лбу, зашептала:

— Приказывай! Ты можешь остановить это простым приказом. Оглуши их своей волей, и пусть знают, кому они принадлежат. Если не хочешь, то Саргон оторвёт головы драчливым петухам, и никуда тебе сбегать не придётся. Останешься со мной во дворце. От её ментальной волны меня покачнуло. Перед глазами всплыли тысячи огней, и я поняла, что это и есть городской полигон. Он был разграничен на большое количество участков, позволяющих одновременно упражняться паре десятков магов. Ошарашенная таким переходом, я не сразу сфокусировала зрение на двух магах, что лупили друг друга, заимствовав дар противника. Самал шмалял огненными шарами, а Тэун посылал огненные смерчи, подхваченные сильным ветром. Можно было бы подумать, что они просто тренируются, но на обоих уже не было живого места. Одежда — в лохмотьях. Кожа кровоточит, и красные капли разлетаются повсюду. Я и предположить не могла, что Тэун, оказывается, такой сильный. Он достойно сражается с архимагом, и только я мысленно его похвалила, как Самал поднял руку вверх и топнул ногой. Тэуна придавило к земле. Мне даже показалось, что я услышала хруст костей и сдавленный стон.

— Хватит! — крикнула я. — Я запрещаю калечить моих подданных, — проговорила за меня моим голосом Джикони, — и я поняла, что продолжаю стоять в комнате, а не на полигоне.

Самала скрутило, и он повалился на землю. Тэун тут же приподнялся и, облокотившись на руки, тряхнул головой, а я перестала их видеть. Теперь передо мной была широкая улыбка дроу.

По внутренней связи я позвала Агъяна. Он удивился, потому что мы давно так не общались.

«Быстро на городской полигон вместе с Джун. Там Самал с Тэуном. И передай моему мужу, что бы на глаза мне не попадался!»

— Приятно повиливать, не правда ли? — начала свою игру Джикони, почувствовав ослабление моих щитов.

— Я не останусь во дворце. Он весь твой, как и договаривались. Там у тебя будет много игрушек.

— Без тебя не интересно, — коварно улыбнулась она и, качая бедрами, вышла из комнаты.

Самал и вправду послушался и провёл ночь у Агъяна. Я впервые за эти несколько дней по-настоящему выспалась. Даже ночное покалывание рисунка меня не разбудило. Утром я проснулась сама по себе в семь тридцать и после утренних процедур вышла в соседнюю комнату на завтрак. Стол, как всегда к этому времени, был накрыт, и я с огромным удовольствием поела в одиночестве. Периодически дергало ладонь, но я старалась не обращать внимания. Драчуны должны были быть под присмотром Агъяна с Джун, так что ничего с ними не случится. А поболеть даже будет им на пользу. Тэун, конечно, ни за что пострадал, но скоро я освобожу его от этих мучений. Я прекрасно помню, как он просил убрать печать. Сконцентрировалась на ладони и приглушила неприятные ощущения, чтобы не обращать больше на неё внимания, и принялась выбирать наряд, подходящий к визиту с Императором. Оглядев себя в зеркале, я, не теряя времени, переместилась в каменный домик. Омид ждал меня в своей синей сутане, и мы, взявшись за руки, отправились прямо во дворец.

Появившийся Олхазар сильно удивился отсутствию архимага, потому что о моём прибытии именно он вчера предупредил своего друга.

— Наказан, — последовал от меня короткий ответ, и мы тут же были приглашены на аудиенцию к Императору.

В тронном зале, как и в прошлый раз, у стены стояли советники. На боковых сиденьях располагались принцы, и их отец появился из-за шторы.

— Я надеюсь, ты определилась с выбором? — спросил он, хитро ухмыляясь.

— Конечно. Моими мужьями станут все три ваших сына. Намджуна за прошлый ласковый приём я назначу вторым мужем, Санджар станет третьим, потому что я так хочу, а четвертым возьму Раянджи за легкую внушаемость.

— Я не хочу быть четвертым, — воскликнул самый наделавший дел молодой мужчина.

— Смешные шутки шутишь, — рассмеялся Император.

— Я серьёзна как никогда, — улыбнулась в ответ.

— Отец, я не хочу на ней жениться! — воскликнул старший принц.

Намджун пока молчал. Омид, похоже, пребывал в лёгком шоке, потому что мы не оговаривали цель прибытия во дворец.