— Милая, тебя в доме ждёт Аиша, — произнесла Аша, протягивая Алеку стакан.

Тот был весь мокрый от пота, как и мы. Зря мы на жаре были без маек. Так и сгореть недолго. Онгон взял с плеча Аши полотенце и принялся вытираться. Лика убежала в дом, а я забрал из рук Аши второй стакан и принялся жадно пить, глядя на то, как злобно на нас смотрит Балодис. Он мельком глянул на Алека, затем на Биргера, в частности на его узор, а потом медленно перевёл взгляд на меня и тоже посмотрел на мой рисунок. Было видно, как он взбешён. И что, собственно, он до сих пор тут стоит? Почему не уходит?

Как только опустел графин, Аша направилась обратно в дом, но, поравнявшись с архимагом, он преградил ей путь.

— Мало того, что меня задолбал ягватский принц, желающий стать тебе вторым мужем, так я вижу, у тебя тут и так целый гарем! Сколько можно делать из меня рогоносца? Я сейчас же забираю вас с Ликой домой! — крикнул он, хватая Ашу за плечо с такой силой, что с подноса полетели на землю графин со стаканами, и она сама даже покачнулась.

Онгон тут же ринулся к ним, и Балодиса подняло над землёй. Он непонимающе уставился на огневика, у которого ярко мерцал узор. Я ни разу на наших тренировках такого не видел. Балодис попытался сопротивляться, но его руки раскинулись, и всё тело вытянулось, как будто его тянут за руки и ноги в разные стороны.

— Я разорву тебя на куски, если ещё раз дотронешься до неё, — грозно произнёс Биргер, остановившись возле своей женщины.

Аша прильнула к нему и обняла за талию. В моменте я понял, что они ведут мысленный диалог, и, скорее всего, она уговаривает его отпустить Балодиса. Алек давно поднялся на ноги и просто наблюдал, стоя рядом со мной. Я был ошарашен мощью Биргера. Получается, что он тренируется с нами вообще в полсилы. Глядя на то, как Балодис беспомощно висел в воздухе, я даже позлорадствовал, вспомнив, как тогда на полигоне он уделал меня. Момент был испорчен тем, что по доносившимся голосам мы услышали, что кто-то из детей собрался выйти из дома. Балодис тут же упал на землю, но мгновенно поднялся.

— Не приходи сюда больше. Мы сами Лику приведём к тебе в следующий раз, — проговорила Аша, и Балодис, гневно глядя на Онгона, тут же исчез.

Аша

После того как во дворце отпраздновали день рождения Лики, она стала проситься больше времени проводить там. Я, скрипя сердцем, разрешала ей оставаться ещё на два дня, но не больше. Мы с Онгоном жутко скучаем без неё, и подросшему брату уже тоже интересно находиться в компании постоянно болтающей сестрёнки. Порой, глядя на них, я удивлялась сама себе. Казалось, вот совсем недавно я жила себе спокойно в своём лесном домике и думала, что самая моя главная перемена в жизни будет это переезд к Юрту. Но вот пролетели уже десять лет, а я, мало того, что стала самой настоящей царицей, так ещё у меня появились два замечательных малыша. Пусть я грешна перед Матерью-прародительницей и всеми Святыми в том, что не живу с законным мужем, да ещё родила ребёнка от другого, но за это я буду отвечать когда-нибудь потом, на небесном суде. А сейчас я безгранично счастлива. Я засыпаю и просыпаюсь в объятиях любимого мужчины, и ничего в своей жизни я менять точно не хочу.

Алек тоже наслаждается своим положением в новой стае, которая образовалась неподалеку от нас. Новое поселение потихоньку разрастается, и прибывшие оборотни ждут не дождутся, когда мой оборотень станет официальным альфой. Но тот, как и я, пока не желает брать на себя ответственность и не спешит связывать себя постоянной парой. Распробовал свободные отношения, но волчонка пока так никому и не заделал. Всё-таки людское воспитание не даёт ему поддаться стайным инстинктам. Говорит, что слишком молод и красив для семейной жизни. И не поспоришь.

С Самалом у меня до сих пор очень натянутые отношения. Каждый раз, когда он приходит, он не оставляет надежды уговорить меня вернуться или чем-то завлечь: то каким-то важным разговором о дочери и её обучении, то о дворцовых делах, в которых я ничего не смыслю. Ну, хоть подарки наконец-то перестал носить, и то хорошо. За эти полгода он меня так достал, что я иногда прячусь в доме и прошу Онгона встретить дочь.

Вот и сегодня, спустя четыре дня, к нам наконец-то вернётся Лика. Зная, что она с утра любит поспать, а потом поиграть, или ещё лучше, ей там организуют какие-нибудь экскурсии по городу, поэтому скорее всего, прибудут они после обеда. А пока её не было, мы могли побыть немного вдвоём, пока сын ещё спит. Приготовление завтрака как-то незаметно превратилось в дурачество. Игры с тестом и мукой плавно перешли в поцелуи, и дело дошло бы до секса на кухонном столе, но мы услышали, как проснулся Киган. Перепачканные в муке, мы рассмеялись своему внешнему виду, и я тут же пошла к зовущему меня ребёнку, а Онгон наконец-то принялся жарить оладьи.

Через пару часов к нам в гости пришло семейство Хаас. Мы с Лами занялись готовкой, и вскоре прибежал Алек. Он с мужской компанией, как обычно, собрался потренироваться, а мы, как только закончили на кухне, разместились на террасе. Глядя на наших мужчин, Лами рассказывала мне, что нового произошло в поселении, и как только речь зашла о прибывших молоденьких оборотницах, она вспомнила давнишнюю историю:

— Я не думала, что доживу до такого! Никогда раньше не интересовалась мужскими тренировками. Со времён академии помню, как мне откровенно не нравилось смотреть, как потеют парни, а тут поддалась на уговоры Тэуна и пошла с ним на местный полигон. Кто ж знал, что среди оборотниц — это, оказывается, целое представление! Они не просто пришли, посмотрели и ушли. Они там себе сидячие места организовали и дружненько обсуждали парней и какие бы чудесные волчата у них могли бы родиться от такого хорошего генофонда. Я как услышала об этом, так словно кровавая пелена на глаза опустилась. А эти то ещё полураздетые… мышцами своими красуются. Ладно, Алека и ещё пара оборотней — можно понять, а Тэун? В минуты отдыха он успевал даже улыбаться самым настырным девушкам, — возмущалась она полушёпотом.

В ответ я ничего не сказала, потому что мы сами-то сейчас смотрели на наших мужчин с вожделением. На улице сегодня было жарко, и они, разгоряченные, действительно притягивали к себе всё наше внимание. Аиша, наигравшись в куклы на одеяле, запросилась в дом, и я попросила Лами прихватить с собой Кигана, чтобы посадить его на горшок, а сама, увидев, как Алек развалился на траве, решила принести им холодного морса.

Надо же было именно в этот момент появиться Самалу. Отправив дочь в дом, я проигнорировала мужа и, глядя на то, как Онгон вытирает полотенцем пот с лица, осознала, какую картину сейчас видит Самал: я в коротком белом хлопковом сарафане среди полураздетых, красивых, накачанных мужчин, да ещё «прислуживаю», угощая их морсом. Подавив в себе улыбку, я отправилась в дом, не ожидая, что он сорвётся. Ещё больше я напугалась, когда за меня вступился Онгон. По нашей внутренней связи я поняла, что он был серьёзен и мог легко осуществить свою угрозу.

«Любимый, прошу, отпусти его», — приобняла его за талию.

«Он понимает только силу. Мне надоело стоять в стороне».

«Пожалуйста, отпусти. Он уже всё понял», — взмолилась я, услышав, как девочки собрались выйти на улицу.

Как только Самал ушёл, я тут же поспешила в дом, пытаясь утихомирить своё сердце. Предательская память сразу же выдала мне картинку со дня моей свадьбы, как Самал упивался своей силой в Драконьей Пасти. Никогда не забуду лежащего на земле Онгона. Мужчины… Они постоянно хотят доминировать. Я прекрасно понимаю Онгона. Пусть в этот раз он постоял за меня, но где уверенность в том, что он, в будущем привыкший к моей силе, не возомнит себя лучше всех? Может, я зря и Тэуна так усиливаю? Сомнения закрались в мою голову не на шутку, и раз мне уже второй раз напомнили про Намджуна, то придётся наведаться в Ягват.