Тэун Хаас

Появившись дома среди ночи, я надеялся увидеть Лами в кровати, но её вообще в квартире не оказалось. В холодильнике было пусто, и выглядело всё так, словно здесь давно никто не живёт. Сразу же подумал, что она может быть у моих родителей, и поспешил найти портальный камень. Перерыл все ящики в столе и проверил прикроватные тумбы, но не обнаружил ни камня, ни кристалла. Даже вестник послать не могу! Выругавшись, я принялся переодеваться. Скинув с себя одежду, выданную дроу, я запихнул её в пакет, с глаз долой, и кинул к выходу, чтобы сразу вынести на переработку. Не хочу, чтобы она напоминала мне о плене.

Пока ехал, я предвкушал встречу с родными, но мысли постоянно возвращались к Аше. Что мне теперь делать? Я с самого начала подорвал к себе доверие всех отмеченных, и как мне теперь смотреть в глаза Лами? Я ведь клялся, что не подойду к Замарашке на пушечный выстрел… Лами, моя любимая девочка… Хоть бы она была здесь и не уехала в Морзум к своим родителям. Я уверен, стоит мне только обнять её, и всё вернётся на круги своя.

Дом встретил меня тёмными окнами. А чего я ждал? Глубокая ночь на дворе. Припарковавшись у ворот, я поспешил к двери и замер на секунду, обдумывая свои слова. Стоит ли говорить всю правду? Этой заминки мне хватило для того, чтобы активировать родовую магию для входа. Тихо закрывая за собой дверь, я пустил огонёк вперёд, чтобы не включать свет, и прямиком отправился в свою комнату, где могла бы быть Лами, но там было пусто. Пришлось идти в родительскую спальню, но мама меня опередила, выйдя в коридор.

— Где Лами? — спросил я, идя навстречу взволнованной женщине.

Она, увидев меня, резко остановилась, прижимая пальцы ко рту.

— Её вызвали в Китен неделю назад…

О нет! Там же как раз эти хреновы дроу!

— Мама, дай кристалл. А отец где?

— В столице. Тэун, что случилось? Ты так плохо выглядишь. Где ты был? На простую командировку это не похоже. Майга говорила, что ты в недоступной зоне, поэтому не отвечаешь на вестники.

— Она не хотела тебя тревожить, видимо. Я был в плену у дроу. Ну, не плачь только. Со мной всё хорошо… уже, — проговорил я, направляясь в комнату за кристаллом.

Отправив вестник Лами, я стал молиться о том, чтобы с ней ничего там не случилось. Граница длинная, и нарваться на ловушки дроу она не должна. Надеюсь, дальше города её в лес не пустят.

Ожидая ответа, я всеми силами успокаивал маму и пришлось пойти на кухню, чтобы отвлечь её и себя поеданием, считай, уже раннего завтрака. Вот прошёл час, два, три, а ответа всё нет. Не находя в себе сил больше сидеть на месте, отправился в Управление узнать о её командировке и отчитаться о своей работе на границе. Прибыв на место, я обнаружил поредевший численный состав сотрудников. Больше половины сейчас находились на заданиях. Насчёт Лами мне сообщили её местонахождение и еле уговорили не отправляться сейчас же на её поиски. Оказывается, на связь она не выходила уже три дня.

— Ты сейчас всё равно ничем не поможешь. Иди домой и обратись к лекарю. Твой внешний вид и психическое состояние желает лучшего. Даю неделю на лечение, — выпроводил меня начальник.

И вот время близится к вечеру, а я даже не понял, как так быстро пролетело время. Навестил господина Хубера и, получив лекарскую помощь, я брёл бесцельно по улице, пока не вспомнил, что господин Пэйон приглашал на разговор. Пришлось зайти в магазин и купить подарки в знак признательности за помощь и спасение. Для лекаря и его коллеги, госпожи Друвы, я выбрал стандартные коробочки с алкоголем и шоколадом, а Аше я взял цветы и магкарточку на покупку любых товаров с приличной суммой на счету. Надеюсь, что Балодис не отберёт её у неё.

Переместившись к воротам академии, я сообщил цель визита, и меня проводили к лекарским покоям господина Пэйона. Тот встретил меня равнодушно, принял коробочку и пригласил подождать всех в гостиной. Вскоре к нам присоединилась госпожа Друва и попросила называть её по имени. Очень приятная женщина оказалась невестой лекаря, а не просто коллегой. Ей мой подарок очень понравился. Она раскрыла при мне коробку и тут же приступила к дегустации шоколада. Общаться с ней было одно удовольствие, в отличие от Агъяна. Я припомнил нашу встречу в ресторане… Каким жизнерадостным он был, как шутил на разные темы, и каким он стал сейчас — это два разных человека. В ожидании Аши с Балодисом мы просидели минут сорок. Оказывается, он возил её на встречу с архимагами. Получается, что круг отмеченных будет расширяться.

— Джуния, есть что перекусить? Мы не успели заехать поужинать, — раздался из прихожей голос Балодиса, и я встал поприветствовать архимага.

В комнату первым вошел он собственной персоной, а вот девушку в пурпурно-розовом костюме я не сразу узнал. Стройная фигурка на высоких каблуках в слегка облегающих прямых брючках, белоснежной блузке и приталенном пиджачке — всё это уходило на второй план из-за идеально гладких каштановых волос, яркой в тон костюма помады и выразительных поблескивающих глаз в обрамлении длинных густых ресниц. Не иначе как магией Замарашку превратили в это очаровательное создание. Она, увидев меня, ожидаемо смутилась, но, произнеся стандартное приветствие, прямиком прошла к креслу и, усаживаясь с облегчением, вытянула ноги.

— Агъян, молю! Спаси меня. Эта пыточная обувь натёрла мозоли. Боюсь их снимать, очень больно.

Лекарь тут же подошёл к ней и осторожно снял туфлю, являя всем нам кровавую мозоль на пятке.

— Ты сама могла бы справиться за доли секунды, — проворчал он, проводя ладонью над травмированным местом.

— Я всё время забываю об этом. Прости, пожалуйста, — добродушно улыбнулась она и, переведя взгляд на меня, эта улыбка сразу же померкла.

Джуния с Балодисом ушли на кухню, и вот мне представился шанс вручить подарок, что я и сделал. Подождал, когда Агъян закончит со второй ногой, и преподнёс цветы с конвертом. Искренне извинился и от души раза три сказал спасибо. На это она ответила, что всё понимает, и попросила больше не извиняться. Скинув пиджак, она сняла с рук тонкие перчатки, и я заметил разросшийся узор. Он обвивал пальцы и уходил за манжет блузки. Усевшись поудобнее, она вкратце рассказала о том, как меня нашла и чему научилась за это время. Рассказала о сегодняшней встрече с Омидом и неожиданно попросила дать ей руку. Я замешкался, чем заметно огорчил её, и тогда она попросила Агъяна объяснить, для чего ей это нужно. В тот момент, когда я осознал степень своего тугодумия, я подсел к ней ближе и несмело дотронулся до руки с узором. По телу разлилось тепло, и на мгновение все печали ушли. Мне стало так спокойно и даже радостно, что я неосознанно улыбнулся.

— Хаас, убери от неё руки! Аша, тебе подогрели ужин. Идём, — раздалось совсем близко, и я вздрогнул, понимая, что я, видимо, отключился.

Я совсем не помнил, как обхватил Ашу двумя руками и прижался к ней, переваливаясь через подлокотник. Агъян невозмутимо на это взирал, и казалось, что ему вообще было всё равно, в отличие от Балодиса. Тот выдернул Ашу из моих объятий и вывел из комнаты.

— Что произошло? — прошептал я, глядя на свой мерцающий рисунок.

— Это называется долгое воздержание, — равнодушно ответил лекарь.

Аша

— Только не говори, что тебе это понравилось, — спустил меня на землю Самал.

— Нет, конечно, это было отвратительно, — засмеялась я, пытаясь скрыть неловкость.

По пылающим щекам я чувствовала, какие они должны быть сейчас красными, и, глянув на перстень, определяющий ложь, рассмеялась в голос. Естественно, Самал всё понял.

— О чём я не знаю? — спросила Джуния, усаживаясь рядом.

— Это давняя история. Потом расскажу. Я думаю, что выполнила свою работу, и вы без меня сможете побеседовать с господином Хаас. Так что я вас покину. Мне не терпится послушать сообщение от дроу. И вообще, меня ждёт Алек!