«С мячом снова Арменак Алачачян, — тараторил из телевизора Озеров. — Счёт 38:44 впереди команда звёзд НБА. До конца первого периода осталось 30 секунд. Алачаян проходит по левому краю, отдаёт пас на Круменьша. Круменьш, не гладя на кольцо швыряет мяч в правый угол площадки, а там его вылавливает Крутов из московского „Динамо“. Бросай же Богдан!».

— Давай, Богданыч! — заголосили космонавты. — Надо решать самому!

«Бросок с семи метров… ииии мяч в сетке! — закричал Озеров. — Это очередные два очка в нашу копилку! 40:44, мы по-прежнему догоняем, но гнутся хвалёные американские профессионалы».

— Гоооол! — закричали все, кто находился в данную секунду в столовой.

«Какой замечательный баскетбольный спектакль выдают сегодня мастера лучшей игры с мячом, — нараспев произнёс телекомментатор. — Внимание на экран. Вы посмотрите, что сейчас происходит. Наши ребята всей пятёркой остались на половине поля американской команды и не дают спокойно ввести мяч в игру».

— Дави их, мужики, давиии! — прокричал кто-то из космонавтов.

«С мячом Джерри Уэст, он не знает кому сделать пас! — продолжил из телевизора Озеров. — Это же задержка мяча, товарищ судья! За это нужно штрафовать! Наконец Уэст выбросил мяч на Кей Си Джонса. Но тут в борьбу вступил Алачачян! Мяч выкатился из рук американца, за ним бросился на паркет Корнеев, пас на Крутова. Бей, Крутов! Бей!».

— Да бей же ты! Бей! — заорали летчики-космонавты и Сергей Королёв, вторя Николаю Озерову.

Однако наш баскетболист ворвался с мячом в трёхсекундную зону, выпрыгнул вверх, дождался, когда его ударит по рукам американский игрок и бросил мяч точно в корзину сборной США.

— Гоооол! — заорали космонавты и принялись обниматься.

— Сергей Палыч, 42:44! 42:44! — прокричал Юрий Гагарин и обнял генерального конструктора.

«Внимание, товарищи телезрители, это ещё не всё, это ещё не конец, — произнёс из телевизора Озеров. — Два очка засчитаны. И за 5 секунд до конца первого периода наша команда получила право на один штрафной бросок. Давай, Крутов, давай! Вся советская страна смотрит этот матч. Нужно непременно догнать сильнейшую сборную НБА».

— Богданыч, делай! — заорали космонавты. — Соберись!

Далее Крутов встал на линию пробития штрафных. Телекомментатор в телевизоре замолк, чтобы не вспугнуть удачу. И вдруг вместо нормального грамотного броска в корзину гостей, Крутов швырнул мяч по пологой траектории в ближнюю дужку кольца. И все, кто был в столовой, схватились за голову. А наш баскетболист первым подобрал отскочивший мяч и одной рукой изящно закинул его в сетку кольца.

— Дааааа! — радостно запрыгали космонавты и снова начали обниматься.

«44:44! — торжественно произнёс Озеров. — Вот это баскетбол. Вот это баскетбольный спектакль! Такой баскетбол нам всем непременно нужен! Судья даёт сигнал на перерыв. А мы не прощаемся. Сейчас к нам в комментаторскую кабину заглянет второй тренер сборной СССР, Александр Гомельский и мы с ним обсудим перипетии первой половины увлекательнейшего матча».

— Сергей Палыч, ну наши и дают, это же настоящая битва! — затараторил Гагарин.

— Спокойно, товарищи космонавты, — пророкотал Королёв. — Я же говорил, что победа будет за нами! Во втором периоде мы их обязательно дожмём. Кто хочет покурить? За мной.

56-летнего университетского тренера Генри Айбу, как одного из самых лучших специалистов американского студенческого баскетбола, попросили возглавить сборную США всего за неделю до вылета в Москву. И он конечно тут же дал свой категорический отказ. Степенный и основательный Айба до зубовного скрежета ненавидел безответственности и расхлябанности. И под стать ему, все его команды играли в строгий, умный и качественный оборонительный баскетбол, где безукоризненно соблюдалось правило 5-и передач. То есть в позиционном нападении никто не имел права атаковать кольцо соперника пока не будут выполнены эти самые передачи. А тут ему дали всего три дня, чтобы сделать из совершенно незнакомых баскетболистов настоящую команду.

Однако представитель компании «Кока-кола», посетив дом Айбы, выписал такой банковский чек, что университетский тренер просто не смог сказать слово «нет». Причём Генри прекрасно осознавал — почему обратились именно к тренеру университетской команды? Таким образом организаторы матчевой встречи страховались от возможной неудачи. Дескать если вдруг по какой-то невероятной случайности звёзды НБА проиграют, то все огрехи спишут именно на университетского тренера, который не смог найти общий язык с профессионалами. Кстати, что касается профессионалов, то Генри Айба быстро понял, что в этой команде только трое являются звёздами первой величины: Билл Рассел, Джерри Уэст и Оскар Робертсон. Остальные парни были крепкими середнячками и игроками ротации. Но и этих троих с лихвой должно было хватить, чтобы разгромить любительскую сборную СССР.

Правда на баскетбольном паркете случилось что-то из ряда вон выходящее. Весь план на игру поломал маленький разыгрывающий сборной Советов. Благодаря ему соперник легко разбивал командный прессинг, над которым Айба скрупулёзно поработал все три дня. А в нападении этот малыш бросал и попадал с высоким процентом с таких дальних дистанций, с которых почти не атаковали ни в НБА, ни в студенческом баскетболе.

— Почему мне ничего не рассказали об этом Крутоффе? — прошипел на своих помощников Айба.

— Так у него после Олимпиады была серьёзная травма ног, да и сегодня он приехал во Дворец спорта на костылях, — пробурчал один из ассистентов.

— Неплохо тут в СССР больные люди на костылях прыгают, кладут в баскетбольную корзину мячи сверху, — криво усмехнулся главный тренер. — А может здесь в Москве продаются какие-то волшебные пилюли? Или просто Советы запудрили вам голову? Посмотрите все какая страшная травма. А этот Крутофф оказывается жив и здоров! Ладно, — тяжело вздохнул Айба, — дайте подумать.

«Что тут думать-то? — пробормотал Генри про себя. — Нужно приставить к Крутоффу персональщика, который выведет его из себя и заставит нервничать. А ещё лучше пусть затеет с ним потасовку, чтобы их обоих выгнали с площадки. Ну а после Рассел, Уэст и Робертсон довершат разгром сборной Советов».

— Эрл, — главный тренер подозвал к себе 183-сантиметрового защитника Эрла Келли, который весь первый период просидел на лавке.

Этот белокожий 28-летний игрок был задрафтован командой НБА «Милуоки Хокс», но вместо профессионального баскетбола предпочёл продолжить обучение в магистратуре и выступать в студенческой лиге. И во время короткого сбора он понравился Генри тем, что неукоснительно, без лишних вопросов, неуместных шуточек и кривляний выполнял все его указания.

— Эрл, вот тебе персональное задание на второй период, — шепнул Айба своему подопечному. — Приклейся к этому Крутоффу и выведи его из игры. Давай, сынок, я на тебя рассчитываю. Вся Америка сейчас смотрит этот матч. И мы не имеем права его проиграть.

— Весь Советский союз смотрит эту игру! — пророкотал Степан Спандарян перед выходом на второй период матча против сборной США, обведя взглядом всех игроков сборной. — Сегодня работают все радиостанции страны! Мы нашли слабое место сборной НБА. Мы прикрыли Билла Рессела. Теперь осталось только дожать хвалёных американских профессионалов. Так пойдёмте и сделаем это!

— Даааа! — закричали парни, вскочив со своих мест.

— И это всё, Степан Суренович? — спросил я, не разделяя всеобщего энтузиазма. — У нас Янис Круминьш еле-еле до перерыв добегал. Корнеев и Вольнов отпахали без замен все 20 минут. Да нас сейчас Штаты на паркете в порошок сотрут!

— Богдан прав, Степа, — поддержал меня Гомельский. — Пусть первые пять-семь минут запасные отработают.

— За пять минут, Саша, они разницу в счёте сделают в 15 очков, — тихим голосом сообщил Степан Спандарян своему коллеге Александру Гомельскому.

— Это безрассудство, Саша, — согласились с главными тренером наставники ЦСКА и «Динамо», Василий Колпаков и Евгений Алексеев. — Мы потом не отыграемся.